ФСБ. Бывших не бывает? - Валерий Владимирович Пирогов

но потом стали накапливаться обиды и непонимание с командой Ельцина. Они хотели диктовать ему свои условия, но духовенство и националисты также жестко потребовали от него определиться, он с народом или с Москвой? И он определился…

– А как ты стал генералом? – уточнил Виктор.

– Это было еще в первые месяцы при Дудаеве. Госсовет предложил присвоить звание генерал-лейтенанта Дудаеву, а двум его помощникам – звание бригадных генералов. Дудаев отказался, а нам двоим присвоили. Но уже через месяц обстановка изменилась – меня признали российским империалистом, врагом ислама и хотели расстрелять. Чудом спасся, и после этого в Чечне не бывал. На Кавказе много других мест, где ко мне хорошо относятся. Да и в Москве тоже.

– Да, невесело выглядит всё это… Наверное, надо отметить встречу, выпить. У меня есть хороший коньяк! – предложил Виктор.

– Я помню, что ты всегда пил только коньяк. Спасибо, но я уже пару лет совсем не пью, только чай, – пояснил ситуацию Магомет.

– Здоровье или религиозные мотивы? – уточнил Виктор.

– Здоровье, да и желания уже как-то нет…

– Тогда – каждому своё, мне коньяк, тебе – чай, – вынес приговор Виктор.

Они встречались на Кавказе еще несколько раз, а потом их пути снова разошлись на несколько лет.

В конце девяностых Виктор уволился в запас и всегда очень высоко отзывался о личных и деловых качествах боевого генерала Рохлина. Сочувствовал сложностям в семейной жизни генерала…

В последние годы Виктор Бирюков лишь изредка наведывался в Москву. Он работал генеральным директором крупной волгоградской фирмы, но бизнес и семейные обстоятельства не позволяли ему надолго отлучаться в Москву. Зато он регулярно звонил Виктору, не забывая поздравить его и жену с днем рождения и праздниками, но лично встретиться им удавалось крайне редко.

Когда он неожиданно зашел к Виктору в Таможенный комитет, тот был искренне удивлен и обрадован. Это было в 2004 году.

Сначала обсудили обстоятельства его неожиданного посещения таможенной службы. Оказалось, что Виктор банально хотел выяснить обстоятельства задержания таможенниками вывозимых его фирмой за границу черных и цветных металлов. Виктор, как это часто бывало, обратился за помощью к крупному специалисту в области таможенного оформления полковнику Николаю Васильевичу Шарову.

Тот собрал в приемной зампреда ГТК нескольких коллег, и они в момент установили, что произошла ошибка в определении кода товара.

– Что же теперь делать? – поинтересовался Бирюков.

– Варианта два. Первый – взять с вас штраф, небольшой, и тут же освободить от ареста этот груз. Второй – обжаловать задержание груза через суд, тогда, скорее всего, штрафа не будет, но дело займет более месяца. И гарантий никаких, – объяснил ситуацию Шаров.

– Что выбираем? – уточнил Бирюков.

– Выбираем «соломоново решение», – прервал их диалог Дмитриев, который в таких случаях часто терпеливо выслушивал мнения и споры специалистов и останавливался на оптимальном, с его точки зрения, решении, – сейчас ты, Виктор, сразу платишь штраф и товар выпускается, а потом подаешь иск в суд, и решение, надеемся… – Виктор вопросительно взглянул на коллег, – будет «справедливым». Вот тебе телефон заместителя начальника нашего Правового управления. Позвонишь через неделю, он объяснит, как мотивировать иск. Все. Спасибо, Николай Васильевич, за консультацию и помощь. Ты настоящий профи! – поблагодарил он Шарова.

Когда они вернулись в свой кабинет, Дмитриев, отвлекаясь от скучной таможенной темы, спросил:

– Виктор, ты всё еще продолжаешь помогать семье Рохлина?

Ему было известно, что раньше Рохлин и Виктор имели в Волгограде крупный совместный бизнес в сфере строительства.

Виктор задумчиво покрутил в руках стакан с минералкой и молча поставил его на стол.

– Понятно, вопрос не в тему! – отреагировал Дмитриев на молчание друга.

– Не в тему, это точно! Только относится это не к Рохлину и не ко мне. Знаешь, я не люблю сплетничать, тем более об отсутствующих, но, похоже, это не тот случай… Да, я помогал его семье всё время после смерти Рохлина. Привозил им по несколько тысяч долларов, иногда и больше, но его жена и дочь имели столько пристрастий, что никаких денег не хватало.

– Даже так? О Рохлине немало говорили и писали в СМИ, но об этом нигде не упоминалось, – удивился Дмитриев.

– Так и должно быть. Возможно, что никто, кроме меня, и не возил им деньги. А потом, зачем бросать тень на светлую память такого человека, как генерал Рохлин? Но очень похоже на то, что жена и дочь дружили с алкоголем и казино. Иначе куда они девали деньги? Какое-то время я оставлял деньги зятю, чтобы тот прятал их и выдавал деньги только по частям, но женщин не обманешь, они всё равно находили эти деньги. Потом зять ушел от них. Конечно, проблем в семье было выше крыши – больной сын, вечно занятый службой и политикой муж и предоставленные сами себе женщины, которые всю жизнь провели, переезжая из одного гарнизона в другой…

Ретроспектива

2 июля 1998 года находившийся в оппозиции властям лидер «Движения в поддержку армии, оборонной промышленности и военной науки» генерал-лейтенант Лев Рохлин, пытавшийся 15 июля поднять вооруженный мятеж, был убит на пике своей популярности на подмосковной даче под Наро-Фоминском. В его загадочной смерти обвинили жену Тамару, которую осудили на 4 года лишения свободы. Находясь под колоссальным давлением следствия, она несколько раз меняла свои показания, но на суде заявила, что мужа убивала не она, что он боролся с режимом Ельцина и был прав. Это её заявление не осталось без последствий.

В 2000 году суд признал Рохлину виновной и приговорил к 8 годам заключения в колонии общего режима, а в декабре Мособлсуд сократил срок наказания до 4 лет. Летом 2001 года Верховный суд отменил приговор, направив дело на новое рассмотрение, и Рохлину выпустили на свободу под подписку о невыезде. В 2005 году суд вторично признал Тамару Рохлину виновной и назначил ей наказание – 4 года условно.

Несмотря на решение суда, многие до сих пор придерживаются версии, что генерала устранили по политическим мотивам, а его супругу заставили себя оклеветать.

Виктор Алкснис считает, что Рохлин готовился к силовому решению вопроса о власти. Он активно проводил работу в войсках, где у него был очень большой авторитет. Незадолго до убийства ФСБ раскрыло организацию, которая готовилась к военному перевороту в Волгоградском корпусе. Потом последовало убийство Рохлина. Поэтому Тамара Рохлина выполняет роль «козла отпущения».

В свою очередь корреспонденты «Экспресс газеты» опубликовали свою версию продолжающейся трагедии семьи Рохлина: «Тамара Павловна спивается, терроризируя соседей, сын Игорь – постоянный пациент психушки, а дочь Елена тратит оставшееся наследство на наркотики и казино. Якобы жена Рохлина любила выпить, любила всегда, в Ташкенте три месяца лечилась от алкоголизма. Считала себя “царицей Тамарой”. С их сыном Игорем действительно произошла трагедия – в годовалом возрасте он перенес менингит и стал