Предлагаю ничью - Алиса Ростовцева

Рассказала.

Как в школе желание сделать что-нибудь Ветровой стало почти нестерпимым.

Лишний раз решила мне доказать, что я тебе на хрен не нужен?

Отлично, детка, отлично.

* * *

Говорят, что злость делает нас слабее. Отравляет нас изнутри и разрушает душу. Жалкое зрелище — человек, сжигающий сам себя, лелеющий свою злость так, будто от этого зависит его счастье.

Не знаю, как у других. Но моя дальнейшая жизнь напрямую была связана с тем, насколько я сильно злилась. В этот раз я действительно была очень и очень зла. Запала и ярости первых дней мне хватило на то, чтобы отбросить малейшие мысли о Тиме. Его нет в моей жизни, в ней больше его не будет. Эта история завершилась, и я собиралась начать с нуля.

Без него.

Без Тимура.

Без оглядки на то, что было.

* * *

Три дня назад Мелкий сказал мне, где и во сколько я мог бы найти Кси. Ничего супер сложного. Ресторан на соседней улице буквально в ста метрах от места ее работы. Обед, каждый день, ровно в двенадцать тридцать. Все, что мне оставалось, это просто туда прийти. А дальше я был твердо уверен в том, что Ветрова сделает все остальное. Это будет несложно. Просто прийти и просто дождаться ее…

Но день Икс наступил, стрелки часов над входом в огромный зал медленно подползли к отметке 12:40, а Ветрова даже не думала торопиться. Словно специально. Или назло мне. В моем ожидании десять минут не играли огромной роли, но чем дольше медлила Кси, тем сильнее становилось мое недоумение.

Где она шляется,***?

Кси появилась в дверях почти в час пятнадцать. Мой раздраженный взгляд автоматически переместился на циферблат наручных часов. Большая черная стрелка подползала к изогнутой тонкой тройке. В толпе коллег, двух женщин и четырех мужчин, Ветрова одной из последних шагнула в просторный холл.

— Решил последовать примеру младшего брата? Вы с ним на редкость… не оригинальны.

Первая фраза Ксении, застывшей возле меня, прозвучала устало и желчно. Мы словно вернулись с ней лет на десять назад, во времена наших школьных нелепых ссор. Ветрова даже смотрела на меня с тем же презрением, что и раньше. И никаких тебе «Здравствуй, Тим».

Желание сбить с нее спесь стало неожиданно острым.

— А ты рассчитывала на оригинальный подход? — я усмехнулся, наблюдая за тем, как Кси отодвигает стул и без приглашения устраивается напротив. — Отказалась дать номер своего телефона, не сказала, куда уезжаешь, и ты еще упрекаешь меня в отсутствии воображения? Да, неужели?

Кси одарила меня мимолетной улыбкой, на мгновение отвлеклась, делая знак коллегам начинать без нее. И лишь после этого, смерила меня внимательным взглядом.

— Так что ты делаешь здесь, Тимур?

Я делаю здесь?!

— Обедаю, если не видишь, — я кивнул в сторону одиноко стоящей на белой скатерти чашки.

— Вижу, — Ксения с коротким смешком подвинула полупустую чашку чуть ближе ко мне. — Тогда я, пожалуй, не буду мешать тебе… Обедать. Приятного аппетита.

Она поднялась из-за стола. Уже? Этот разговор мог стать самым коротким за всю историю нашего общения с ней. Сколько продолжалась наша беседа? Минуту или тридцать секунд?

— Мы не договорили, — я резко повысил голос, привлекая внимание Ветровой и ее коллег по работе. Мне было плевать на то, что на нас оглянулась почти половина зала.

— А ты пришел со мной поговорить? — Ксения замерла на месте под моим негодующим взглядом и изумилась настолько по-детски невинно, что мне захотелось тут же ее встряхнуть.

— Ты не ожидала? — я откинулся на спинку стула, следя за тем, как Ветрова невозмутимо садится обратно и, притянув к себе пухлую папку меню, взглядом бежит по страницам.

— Разочарован? — она опять усмехнулась.

— Ты плохо играешь, — сообщил ей с улыбкой, надеясь на то, что мой прозрачный намек хоть как-то на нее повлияет. Дрожь в голосе Кси была чересчур заметна: Ветрова волновалась. И этот факт заметно меня веселил. Как зверь, чувствующий запах свежепущенной крови, я собирался загнать свою жертву в ловушку. Но…

Не прокатило. Кси в ответ лишь пожала плечами.

— Если я так плохо… играю, как ты говоришь, тогда давай не будем тратить время друг друга? — Кси ухмыльнулась. — Какая часть из последнего нашего разговора тебе не понятна? Та, где я говорю тебе, что я не хочу тебя видеть?

— Мне непонятна та часть, где ты кричишь подо мною «еще», а потом выставляешь меня за дверь, — моя злость еще не достигла предела, но я был близок к тому, чтобы сорваться. Сейчас.

— Ты же уже взрослый мальчик, — Кси надула пухлые губы, изощренно надо мной издеваясь. — У нас был хороший секс, мы развлеклись. Но я уже объяснила тебе, что не хочу продолжения. Давай я повторю тебе снова? — Ксения наклонилась ко мне через стол, стирая с лица усмешку. Она была чертовски серьезна, когда, деля предложение на слова, спокойно мне сообщила. — Я. больше. Не хочу. Тебя. Видеть.

— Зато Я хочу тебя видеть, — слова сорвались с языка раньше, чем я успел подумать о том, как грубо и бескомпромиссно они прозвучали. Это не имело значения в самом деле. Ветрова уже готова была оставить меня один на один с пустыми чашками и неоплаченным счетом за кофе, и я собирался сделать все, что угодно, лишь бы она осталась.

— А это уже не моя проблема, Тимур, — Кси фыркнула и, зеркально повторив мою позу, откинулась на спинку стула. То, что она все еще не ушла, было хорошим знАком.

— Ты ошибаешься, Кси. Это твоя проблема.

* * *

Вдох, выдох. Вдох…

Ровнее, легче.

Ничего страшного не происходит. Все тот же знакомый до мелочей зал любимого ресторана. Улабающиеся и спорящие о новом транспортном налоге коллеги. Черт их дернул сесть так близко к Тимуру. Ничего уже не удастся переиграть.

Тим хочет, якобы, со мною поговорить. Приятели из салона рассчитывают на милую сцену. И только я чувствую себя оказавшейся меж двух огней. Или, как там говорят, 'между молотом и наковальней'? Слишком пафосно, чтобы быть правдой. Но сердце колотится под самым горлом, пальцы едва заметно трясутся. Язык не заплетается, и взгляд не метается от предмета к предмету, хотя да… та новенькая официантка, кажется, переборщила с явно не дневным макияжем.

Я стараюсь изо всех сил держать свою маску. Но, так же, как прежде, в моих отношениях