Под маской зла. Как профайлеры ФБР читают мысли самых жестоких серийных убийц - Марк Олшейкер

Этот убийца несомненно принадлежал к категории организованных, которые тщательно планируют свои преступления. В течение нескольких дней он следил за жертвой, наблюдал за ее перемещениями и ждал удобного случая. Он выбирал одиноких жертв или тех, кто точно будет находиться в одиночестве в момент нападения. Это искушенный преступник: он понимает, что, совершая преступления в домах жертв, он в меньшей степени рискует быть замеченным или оставить свидетелей.

Оба агента были уверены, что у этого преступника есть криминальный опыт, не ограничивающийся взломом и проникновением. Он насиловал и раньше, хотя, возможно, не понес за это никакого наказания. Ни в коем случае он не мог начать со столь изощренных убийств.

В том, что изнасилования и убийства Хэмм и Таккер совершил один и тот же преступник, Джада и Стива убедили не только описание внешности и маска. Была еще и психолингвистика. Эту составляющую профайлинга мы широко применяем в работе с похищениями людей с целью выкупа, захватами заложников, вымогательствами и террористическими атаками, иными словами, в любых ситуациях, когда устная или письменная коммуникация становится нашей основной поведенческой зацепкой. Наверное, самым впечатляющим было недавнее использование психолингвистического анализа в деле Унабомбера. Как мы рассказывали в книге «Унабомбер: по следам самого опасного из американских серийных убийц», это было тщательнейшее сравнение опубликованного манифеста Унабомбера с его личными письмами и записками, которое в конечном итоге увенчалось идентификацией личности Теодора Качинского.

В данном случае из собранных Джо Хоргасом материалов следовало, что лексика и структура фраз этого насильника не только повторялись в каждом случае, но и соответствовали общему психотипу человека, способного на подобные преступления. Насильнику требовалось, чтобы жертвы выказывали признаки сексуального удовлетворения и тем самым укрепляли его маскулинность. Его основной мотивацией был контроль, на что указывали устные оскорбления, использование ножа и, главное, связывание, пытки и убийства жертв.

Оба агента обратили особое внимание на то, что преступник такого типа с каждым убийством становится все более и более жестоким, опытным и умелым. Джад указал, что первое изнасилование с похищением с парковки было высокорискованным. Преступник сделал выводы, модифицировал свой модус операнди и с тех пор практически всегда нападал на жертв в их домах. Со временем возрастала и степень контроля над жертвами. Первоначально он использовал для этого только нож, но впоследствии стал заклеивать жертве рот и глаза и связывать ее. В последних изнасилованиях он чувствовал себя настолько уверенно, что вламывался в соседние дома и похищал оттуда свои подручные средства. К тому же он приносил веревки с собой, показав еще более высокую степень подготовленности.

Изнасилования были репетициями убийств: он совершенствовался в способах проникновения в дома, не оставлял отпечатков пальцев и чувствовал себя в домах жертв настолько привольно, что водил их из помещения в помещение, чтобы насиловать в разных местах.

По мнению Стива и Джада убийства начались, когда преступник почувствовал, что лишается контроля. В качестве примера они привели последнее изнасилование в Арлингтоне. Насильник быстро нарастил свою жестокость после того, как женщина отказалась использовать секс-игрушку и попыталась уговорить его уйти. Преступник посчитал это попыткой перехватить инициативу и контроль и это взбесило его. Впоследствии практически все убитые им женщины были образованными и успешными, хозяйками своей жизни. Поскольку убийца превосходил их в физическом отношении и заставал врасплох, они, вероятно, пытались уговаривать его, оказывать словесное сопротивление. Одного этого хватало, чтобы вывести убийцу из себя.

После того как мои коллеги подтвердили подозрения Хоргаса, тот помедлил и сказал: «Давайте я вам кое-что объясню. На самом деле дело Хэмм закрыто – парня арестовали, судили и посадили». Он кратко рассказал агентам о Дэвиде Васкесе и о предположительном сообщнике, которого не удалось ни поймать, ни идентифицировать. «Как вы думаете, там действовало больше одного человека?» – спросил он. Стив сказал, что необходимо более подробно ознакомиться с делом, но уже сейчас можно с уверенностью сказать, что человек вроде Васкеса был бы неспособен на убийство Хэмм ни в одиночку, ни с соучастником. Он подчеркнул, что преступления такого типа совершаются одиночками, и что при наличии двух преступников это было бы заметно по признакам несовпадающих моделей поведения на месте преступления. Коллективный опыт нашего отдела подсказывал, что человеку уровня Васкеса не хватило бы ни умственных способностей, ни криминальных познаний для совершения этого преступления.

Затем они поговорили о расовой принадлежности убийцы и о том, что в нашем первоначальном психологическом портрете мы описали белого преступника. Агенты отметили, что нам не рассказали о чернокожем насильнике в маске, а наши выводы зависят от полноты входящей информации. Кроме того, вплоть до этого момента все серийные убийцы были белыми, за исключением Уэйна Уильямса из Атланты. При этом Уильямс убивал только представителей своей расы. Но с другой стороны, подчеркнули Джад и Стив, преступник Хоргаса вполне мог оказаться чернокожим. Более того, если все согласны, что чернокожий насильник и убийца – один и тот же человек, то следствию нужно работать именно в этом направлении.

С чего же начать?

Если все это укладывается в некую схему, то она поможет и установить подозреваемого. Вернитесь к первому изнасилованию и всмотритесь повнимательнее. В той обстановке преступник чувствовал себя наиболее комфортно, значит, он либо жил там, либо работал.

– Смотрите, в отличие от дела Хэмм, все изнасилования остаются нераскрытыми, – продолжил Стив. – Никого так и не задержали. Из наших исследований известно, что сексуальные маньяки такого типа не завязывают сами. Они либо вынуждены куда-нибудь переехать, либо их сажают по другому обвинению.

– В общем, человек будет убивать там же, где убивал, пока его не разоблачат или не произойдет что-то еще, – сказал Джад.

– Если бы его арестовали за изнасилование или похожее преступление, его обязательно бы опросили в связи со всем этим. А этого не произошло, – заключил Стив.

Схожим образом, если бы он переехал и начал орудовать где-то еще, местные полицейские обратили бы внимание на его почерк и ответили на запрос Хоргаса. Но и этого тоже не произошло. Соответственно, если активность вдруг резко прекратилась, как было в данном случае, то есть немалая вероятность, что он сидел по другому обвинению. Другая возможная причина – смерть, но ее можно сразу исключить, поскольку тот же преступник снова взялся за свое.

– Скорее всего, он сидел за кражу со взломом, – решил Стив. – Это еще одна его специальность.

– Смотрите, раз вы не поймали насильника в начале 1980-х, а его активность прекратилась вскоре после убийства Кэролин Хэмм, поищите среди тех, кого в