Вопросы международного права и международной политики - Андрей Януарьевич Вышинский

Такая позиция, конечно, совершенно противоречит Уставу ООН, является грубым нарушением Устава, призывом, подстрекательством к грубому нарушению Устава, который предусматривает возможность принятия решения семью голосами членов Совета безопасности лишь тогда, когда дело идет о процедурных вопросах. Г-н Коэн, конечно, хорошо знает все это. Тем не менее он здесь говорит, что «вето» делает невозможной деятельность Совета безопасности и создает необходимость для членов Совета безопасности искать других путей в рамках Устава для поддержания мира и безопасности. Но г. Коэну хорошо известно также и то, что «в рамках Устава» таких «других путей» найти нельзя, что другие пути могут быть найдены лишь вне Устава и в противовес Уставу Организации Объединенных Наций. Американский представитель добавил, что «вопрос об эффективном функционировании Совета безопасности, вопрос о неспособности Совета безопасности к действию являются чрезвычайно важными вопросами, влияющими на дело поддержания мира и безопасности…»

Таким образом, вопрос о так называемом «вето» представитель США связывает с вопросом о «неспособности Совета безопасности к действию». У г. Коэна получается, что Совет безопасности не может действовать, потому что в Совете безопасности действует «вето». Из этого делается, конечно, совершенно определенный вывод о том, что «вето», то-есть принцип единогласия, надо уничтожить, и к этому стремятся и представители США, и представители Англии, и некоторые другие, поддерживающие их в этом стремлении. Они, правда, считают, что время для этого еще не пришло, что нужно выждать, когда придет это время, и тогда нанести этому принципу единогласия смертельный удар. Они считают, что сейчас нужно ограничиться тем, чтобы провести необходимую подготовительную для этого работу.

Таков смысл всех этих выступлений. Таков смысл всего того, что мы слышали здесь как из уст представителей Уругвая, Новой Зеландии и др., так и от делегатов Соединенных Штатов Америки и Англии. И мы имеем поэтому право сказать, что все эти выступления являются не чем иным, как открытым нападением на принцип единогласия, являются подготовкой к отмене принципа единогласия, принципа «вето», того принципа, без которого не может действовать и даже существовать Организация Объединенных Наций.

2. Историческая справка о принципе единогласия

Чем было, в действительности, продиктовано принятие этого принципа, из чего исходили инициаторы и защитники предложения ввести при голосовании в Совете безопасности правило единогласия пяти великих держав?

Прежде чем ответить на этот вопрос, мне кажется, было бы не лишним обратить внимание на тот факт, что правило единогласия постоянных членов Совета безопасности при голосовании непроцедурных вопросов или так называемое право «вето» вовсе не представляет собой какое-то новшество. Надо напомнить, что предложение включить в Устав правило единогласия при голосовании в Совете безопасности по непроцедурным вопросам («вето») было внесено по инициативе тогдашнего президента США Франклина Делано Рузвельта. В этом можно убедиться из послания Ф, Рузвельта на имя Генералиссимуса И. В. Сталина от 14 декабря 1944 г., где было впервые сформулировано это правило. Это предложение не создавало для постоянных членов Совета безопасности никакого нового права, ибо этим правом всегда обладали постоянные члены Совета Лиги наций, а их было 5 представителей так называемых главных держав – США, Франции, Англии, Японии, Италии, и 4 непостоянных члена, избираемые собранием Лиги наций.

В этой связи также небезынтересно напомнить о декларации четырех держав от 7 июня 1945 года на конференции в Сан-Франциско, о которой здесь была уже речь.

В этом заявлении говорилось: «Необходимо также помнить, что по ялтинской формуле (а ялтинская формула – это формула статьи 27 нашего Устава) пять великих держав не могли бы действовать самостоятельно, поскольку, даже при условии их единогласия, принятие любого решения Совета должно включить совпадающие голоса, по крайней мере, двух непостоянных членов». Просил бы обратить внимание на этот весьма важный момент особенно тех, кто здесь выступает с такой невоздержанной хулой на принцип единогласия. Декларация четырех от 1945 года, таким образом, констатирует, что в правиле единогласия, которое должно применяться при голосовании непроцедурных вопросов в Совете безопасности, имеются, в сущности говоря, два важнейших элемента: 1. Требование совпадающих голосов всех постоянных членов. 2. Требование совпадающих голосов двух непостоянных членов.

Ведь для принятия решения нужно иметь семь голосов, причем недостаточно пяти голосов всех постоянных членов, что, действительно, создавало бы привилегированное положение для великих держав, а нужно, чтобы были еще два голоса непостоянных членов. Это значит, что несколько непостоянных членов Совета безопасности, отказавшись присоединиться к единодушному решению пяти великих держав по тому или другому непроцедурному вопросу, фактически могли бы наложить «вето» на это согласованное решение пяти держав.

Значит, мы имеем два вида «вето». Это должны помнить и знать те, кто, искажая историческую правду, позволяют себе говорить о том, что принцип единогласия якобы дает привилегию пяти, которые могут как угодно командовать всеми делами в Совете безопасности. Это, господа, неверно и неправильно, потому что не пятью голосами постоянных членов, хотя бы совпадающих, решаются все вопросы в Совете безопасности, а пятью голосами плюс два совпадающих голоса непостоянных членов» Это и отмечается в Сан-Францисской декларации четырех держав.

Как же можно при таком положении вещей говорить о том, что «вето» означает какую-то диктатуру пяти или даже одного из пяти, который может наложить свое «вето»? Но это можно сказать про любого из двух непостоянных членов, иначе говоря, про любого из членов Совета, потому что стоит только соответственному количеству членов Совета безопасности воздержаться, как не получится семи голосов и решение будет заблокировано. Этим, между прочим, и объясняется тот, например, случай, когда три постоянных члена Совета безопасности по берлинскому вопросу предпочли рассматривать этот вопрос согласно 7 главе Устава, а не шестой главе, чтобы обеспечить себе семь необходимых голосов для принятия решения по этому вопросу.

Таким образом, декларация, принятая в Сан-Франциско, дает нам возможность правильнее судить о том, как осущест-вляется голосование в Совете безопасности, и исключает таким образом всякое основание демагогически восклицать о том, что «вето» – это привилегия великих держав. Это совершенно неправильно.

Кстати, о привилегии. Право «вето», конечно, не привилегия, а обязанность, долг, который вытекает из той сугубой и особой ответственности, которую несут пять великих держав за мир и безопасность народов. Позвольте вновь сослаться на послание Фр. Рузвельта от 14 декабря 1944 года. В этом послании Рузвельт говорил о постоянных членах Совета безопасности, как о «главных хранителях мира», которые должны взять на себя моральное руководство и должны действовать единогласно во всех решениях Совета, не подвергая опасности свои жизненные интересы. В этом послании президент Рузвельт писал: «Это сделало бы гораздо более приемлемым для