Властные институты и должности в Европе в Средние века и раннее Новое время - Татьяна Павловна Гусарова

Упадок королевской власти и расцвет местничества в конце VII — начале VIII в. разорвали прежде относительно единое церковное пространство в Галлии и привели к значительному ослаблению Церкви как государственного института.

В 743–747 гг. в Галлии по инициативе сыновей Карла Мартела Карломана (741–747 ум. 754/5) и Пипина Короткого была проведена церковная реформа, имевшая своей целью восстановление церковной иерархии с епископом в каждом городе и митрополитом в каждой провинции, а также укрепление ее связи с королевской властью. Последующие изменения галльской церкви проходили при активном участии сына Пипина Карла Великого. В последней четверти VIII в. были восстановлены церковные провинции, разрушенные во времена меровингской анархии. Для поднятия авторитета митрополит получил титул архиепископа (archìepiscopus, achevêque), который четко указывал на его верховенство над епископами своей провинции. Архиепископу предписывалось периодически проводить церковные соборы в своей провинции, созывая епископов всех входивших в нее диоцезов, и председательствовать на них, вести законотворческую деятельность и контролировать отправление церковного правосудия.

Ключевой фигурой в рамках диоцеза являлся епископ. Окруженный канониками, которые образовывали капитул диоцеза, он единолично отправлял властные полномочия — административные и юридические. Диоцез делился на небольшое количество архидьяконств, которые вобрали в себя бывшие общественные церкви предместий и бывшие частные церкви крупных доменов Меровингской эпохи. Стоявшие во главе них архидьяконы назначались епископом и были ответственны перед ним, аналогично тому как граф назначал сотников и викариев. Архидьяконы считались заместителями (vicarius) и служащими (minister) епископов, исполняли его поручения и отвечали перед ним за церкви своего округа. Они осуществляли и юридическую функцию, рассматривая и вынося приговоры по маловажным делам или передавая наиболее значительные казусы на суд епископского трибунала.

Архидьяконство делилось на деканства — округа еще меньшего размера, образованные вокруг бурга или церкви в предместье (vicus). При Меровингах эта же церковь обычно охватывала и прихожан ближайшей сельской округи. Теперь же в каждой деревне имелась своя церковь и свой священник. Пресвитер предместной церкви превратился в главу прихода и получил название декан (decanus; doyen).

Административная реформа франкской церкви потребовала больших усилий, особенно на низших ступенях иерархии, где необходимо было создать сотни архидьяконств, тысячи деканств и приходов. Тем не менее церковная организация постепенно проникала до самых низших сельских слоев каролингского общества, объединяя его и нивелируя этнические различия. Созданная при Каролингах церковная структура в дальнейшем не подвергалась существенным изменениям на протяжении последующего тысячелетия. После распада державы франков она сохранилась во всех королевствах — преемниках и через них была передана другим государствам, вновь созданным на восточных и северных окраинах Европы.

Священнослужители занимали важное место в королевском окружении, отправляли значительные должности во дворце, начиная с апокрисиариев, которые всегда выбирались из деятелей Церкви. До конца XIII в. королевская канцелярия была настоящей вотчиной клириков, ибо только они умели читать и писать на латыни. Немало выдающихся прелатов служило советниками короля, формально не занимая никакой должности, как, например, Сугерий, аббат Сен-Дени (1122–1151).

Начиная с конца V в. и на протяжении всего Средневековья Церковь оставалась важнейшей опорой королевской власти. Это особенно ярко проявилось в конце IX и в X в. — в период напряженного соперничества между Каролингами и Робертинами, в период дробления королевства на самостоятельные территориальные принципаты. Епископы Северной Франции дольше всех прочих крупных сеньоров королевства продолжали прибывать в курию по приглашению государя и с первыми признаками укрепления королевской власти в начале XII в. вернулись в Королевский совет.

Королевская власть держала Церковь под своим неусыпным контролем. Рядом с каждым аббатом и епископом она ставила своего агента, замещавшего духовное лицо в военных и юридических вопросах (advocatus, vice-dominus', lúdame)[2]. Король в обязательном порядке участвовал в назначении епископов и аббатов. Хотя согласно церковному праву епископа избирал клир и паства диоцеза, а посвящал в сан митрополит или архиепископ, уже с меровингских времен король присвоил право утверждать это избрание. Каролингские короли, получавшие божественное помазание, расширили эту прерогативу. Они могли трижды, на трех разных этапах, вмешиваться в процедуру избрания нового епископа. Избранный епископ должен был предстать перед королем и принести ему клятву верности, только после этого он мог быть посвящен. Совокупность светских функций и владений, прерогатив и привилегий, включая иммунитет, — все то, что обозначалось словом episcopatus, или abbatia, являлась публичной должностью, аналогичной comitatus, которой король наделял по своему усмотрению, и в случае вакации она возвращалась к главе государства. Ни Каролинги, ни последующие короли Франции никогда не отказывались от этих своих прав, которые позднее получили названия регалии (regales).

На протяжении нескольких столетий, последовавших за расселением франкских племен в Галлии, в обществе произошли значительные социальные и политические изменения, нашедшие свое отражение в создании и функционировании потестарных институтов, в новых принципах организации центрального и территориального управления. Меровингская эпоха представляет собой переходный период, когда происходило разложение племенных форм управления, частичное освоение римских традиций и активный синтез новых потестарных институтов. Каролингская эпоха, почти полностью избавившаяся от пережитков родо-племенных отношений, утвердила иерархическую структуру государственного устройства с параллельными светской и церковной вертикалями власти, взаимно переплетенными и увенчанными на вершине фигурой короля или императора. Несмотря на все потрясения и междоусобицы X в., основной структурный каркас государства оставался неизменным, и именно его унаследовали пришедшие к власти Капетинги.

Глава 2.

Институты власти и должности во Французском королевстве в XI–XIII вв.

В конце X в. на престол Франции взошла новая династия Капетинги, которым суждено было, возглавляя королевство целых шесть столетий, со временем превратить свой скромный домен — «Французский остров» (Ile-de-France) в могущественную европейскую державу. На долю первых представителей династии выпала особенно сложная задача собрать распавшееся на независимые владения королевство, возродить престиж королевской власти, укрепить государственные институты т. е. стать не формальными, а настоящими суверенами Франции. Эта великая задача в целом была решена к концу XIII в. Весь период XI–XIII вв. можно разделить на два этапа: 1) XI в, — феодальная анархия, завершившая распад королевства на территориальные владения; 2) ХII–ХIII вв. — время королей-пастырей и укрепления королевской власти.

Источники

Основными источниками по истории развития институтов государственной власти во Французском королевстве в XI–XIII вв. являются законодательные акты, в первую очередь королевские дипломы и ордонансы. В правление Капетингской династии, особенно в XI–XII вв., эти грамоты содержат исключительно ценный материал, который не встречался ранее и который исчезнет с укреплением королевской власти во Франции, — длинные списки свидетелей, подписывавших различные акты, с обозначением их должностей и титулов. Эти перечни сами по себе являются ценнейшим