НАТО и атом Ядерная политика Североатлантического блока - Борис Михаилович Халоша

еще надеясь на длительное сохранение в НАТО монополии в области ядерного оружия и рассматривая ее как важнейшее орудие своего господства в блоке, Соединенные Штаты Америки в течение ряда лет после создания НАТО не передавали это оружие своим союзникам и не делились с ними секретом производства этого оружия. Закон об атомной энергии, известный под названием закона Мак-Магона и принятый в 1946 году, прямо ссылаясь на «очевидное значение» ядерного оружия для достижения внешнеполитических и военных целей США, не разрешал передачу американского атомного оружия, а также информации о «производстве или применении» этого оружия иностранным государствам. Подобное положение отражало расстановку сил в империалистическом лагере, сложившуюся в первые годы после второй мировой войны, когда США еще занимали господствующие экономические позиции в капиталистическом мире, обладали монополией на ядерное оружие. Поэтому в 1951 году в законе Мак-Магона были даже еще более усилены статьи, касающиеся секретности. «Особые отношения» в ядерной области установились лишь между США и Англией в связи с превращением последней в атомную державу и допуском ее к части атомных секретов США, хотя сам факт овладения Англией в октябре 1952 года ядерным оружием и начавшееся атомное соперничество между США. и Англией свидетельствовали о том, что расчеты Вашингтона на длительное сохранение своей монополии на ящерное оружие даже в западном мире оказались несостоятельными.

Ставка правящих кругов США на ядерное оружие в НАТО особенно возросла после прихода в 1952 году к власти правительства республиканцев и замены доктрины «сдерживания» еще более реакционной и агрессивной доктриной «освобождения» социалистических государств или «отбрасывания» коммунизма. Военным эквивалентом этой новой внешнеполитической доктрины США являлась военная доктрина «массированного возмездия», игравшая на протяжении середины и второй половины 50-х годов определяющую роль в системе стратегических мероприятий американского империализма. Доктрина «массированного возмездия» подразумевала применение ядерного оружия в любом военном конфликте с социалистическими странами.

Все это остро ставило перед Соединенными Штатами Америки вопрос о том, как осуществить в этих условиях и на наиболее выгодных для себя основах политику ядерного вооружения стран — участниц Североатлантической военной группировки. На сессии Совета НАТО, состоявшейся в апреле 1953 года, впервые был поставлен вопрос об атомном вооружении Североатлантического союза. В коммюнике следующей сессии Совета НАТО, состоявшейся в декабре 1953 года, уже прямо указывалось на необходимость изыскать «решение проблемы атомного оружия». На сессии Совета НАТО, состоявшейся в декабре 1954 года в Париже, был одобрен специальный доклад военного комитета относительно «наиболее эффективной формы военной мощи НАТО... с учетом развития в области современных видов вооружения и техники», то есть в области ядерного оружия. Этот доклад был положен в качестве «основы» для военного планирования и военных приготовлений стран — участниц Североатлантического союза. На сессии Совета НАТО, состоявшейся в декабре 1956 года, Соединенные Штаты объявили уже о своем намерении поставить в ближайшие годы для вооружения армий стран — участниц НАТО и, в частности, западногерманского бундесвера так называемое тактическое ракетное оружие — неуправляемые снаряды «Онест Джон», самолеты-снаряды «Матадор» и зенитные ракеты «'Найк», могущие нести как обычные, так и ядерные заряды.

Новый этап в американской политике ракетно-ядерного вооружения НАТО наступил в 1957 году.

Почему это произошло?

Изумительный рывок, сделанный в том году Советским Союзом в области науки и ракетной техники и нашедший свое выражение в создании им межконтинентальной баллистической ракеты и в запуске первых в мире искусственных спутников земли, развеял прежнее представление о военном превосходстве и «неуязвимости» Соединенных Штатов Америки. Стало совершенно очевидно, что их территория так же уязвима в случае войны, как и территория любой другой страны — участницы НАТО.

Все это остро ставило перед американскими военными кругами новые проблемы в области проведения политики ракетно-ядерного вооружения НАТО.

Соединенные Штаты, стремясь в этих условиях компенсировать свое серьезное отставание от Советского Союза в области производства межконтинентальных баллистических ракет, приложили в первую очередь усилия к созданию ракетно-ядерных баз на территории своих западноевропейских партнеров по НАТО. Для этого на сессии Совета НАТО с участием глав правительств, состоявшейся в Париже 16–19 декабря 1957 года, Соединенные Штаты провели решение — «предоставить в распоряжение верховного главнокомандующего вооруженными силами союзников в Европе баллистические снаряды среднего радиуса действия» и создать в Западной Европе «запасы ядерных боевых зарядов». Американский журнал «Форчун» безо всяких обиняков писал тогда по поводу этого решения: «НАТО, оснащенная баллистическими ракетами средней дальности полета и ядерными зарядами, обещает быть исключительно полезной организацией в такой период, когда американские вооруженные силы... будут переоснащаться межконтинентальными баллистическими ракетами». Указывая на подлинное назначение американских ракетно-ядерных баз на территориях западноевропейских стран — участниц НАТО, журнал прямо писал, что «для США это критически важная дуга во всемирной системе баз, которая позволяет нашей стране расположить всю свою ядерную ударную мощь в пределах досягаемости советской державы».

Взяв курс на размещение своего ракетно-ядерного оружия среднего радиуса действия на территории западноевропейских стран — участниц НАТО, Соединенные Штаты Америки разработали вместе с тем сложную систему мер, направленную на то, чтобы сохранить в своих руках монополию на ядерное оружие в НАТО, использовать ее для дальнейшего усиления зависимости своих партнеров в военном отношении.

Каким образом это достигалось?

По сообщениям, просочившимся в западную печать, на боннской и парижской сессиях Совета НАТО, состоявшихся в мае и декабре 1957 года рассматривался специальный атомный план для НАТО. Сущность этого плана заключалась в следующем: предоставляя своим партнерам по НАТО ядерное оружие — атомные бомбы, ракеты, управляемые снаряды, Соединенные Штаты решили сохранить под своим односторонним контролем ядерные боевые заряды от этого оружия. Ядерные боевые заряды хотя и были доставлены на территории стран — участниц НАТО, но продолжали находиться под прямым контролем верховного главнокомандующего вооруженными силами НАТО в Европе, каковым неизменно являлся и является американский генерал. И хотя на территории стран — участниц НАТО и действовала так называемая система «двойного контроля» (предусматривавшая право вето на запуск ракетно-ядерного оружия правительством страны, на территории которого оно было расположено) в условиях сохранения одностороннего американского контроля над ядерными боезарядами, она теряла свое значение; решение о применении ядерного оружия в Европе фактически могло приниматься только Вашингтоном.

Посредством такой системы Соединенные Штаты Америки фактически узурпировали в своих руках право единолично решать вопрос о развязывании войны с применением ракетно-ядерного оружия, рассматривая это как важнейший фактор сохранения своего господства в НАТО. Именно упомянутые выше условия