Властные институты и должности в Европе в Средние века и раннее Новое время - Татьяна Павловна Гусарова

он выступал от имени короля на заседаниях Парижского парламента, на Генеральных штатах и ассамблеях нотаблей. Канцлер считался по праву руководителем королевских советов, поскольку в отсутствие короля возглавлял и проводил их заседания. Его роль в управлении до начала XVII в. была определена юристом Луазо в трактате об управлении, где канцлер назван «контролером и исправителем всех дел во Франции». Характерно, что в эту эпоху канцлер имел отношение к управлению финансами. Этот порядок нарушается в конце правления Генриха IV, когда суперинтендант финансов Сюлли становится наиболее приближенным советником короля. В дальнейшем статус канцлера восстанавливается, в особенности когда канцлером был Пьер Сегье. Но Сегье со временем стал мешать Кольберу и в 1661 г. был выведен из Верхнего совета, который отныне стал возглавляться королем. Однако он оставался во всех остальных советах и руководил Частными финансовыми советами. Тем не менее при Короле-Солнце значение этой должности уменьшается. Канцлеру подчинялся обширный штат, в его ведомстве служили чиновники четырех типов. Кроме того, ему подчинялась целая армия более мелких служителей от судебных секретарей до плавильщиков воска.

Пост канцлера никогда не занимали представители высшей титулованной знати. Не случайно Сен-Симон говорил, что канцлер, являющийся герцогом, — «это чудище». Одно такое чудище все же родилось канцлер Сегье в 1651 г. был возведен в сан герцога. Должность канцлера давала ее носителю специальные доходы для того чтобы поддержать ее статус. Она не могла, в отличие от многих других, ни продаваться, ни передаваться. Канцлер мог подать в отставку, лишиться должности только за преступление. Известен только один прецедент канцлер Гийом Пуайе был осужден и лишен должности в 1545 г. Обычно при смене вместо канцлера назначался хранитель печати, как и в случае если канцлер по возрасту или по болезни не мог исполнять свои обязанности. Король сохранял за носителем титул и почести, но отбирал печати, которые либо хранил лично, либо назначал их хранителя (сама должность создана в 1551 г.). Несмотря на пожизненный статус, канцлер иногда мог впасть в немилость, и в этом случае его функции также переходили к хранителю печати. Иногда в роли хранителя печати выступали сами монархи. Хранитель печати, как и канцлер, считался высшим должностным лицом короны.

Коннетабль Франции (connétable de France) был командующим французской армией и хранителем королевского меча: «Все носящие оружие должны повиноваться ему»[14]. В эпоху абсолютизма особые военные прерогативы коннетабля и, в частности, право возглавлять войска могли создавать политические сложности. Коннетабль командовал армией и участвовал в организации ее финансирования, т. е. он был обязан заботиться о ее снабжении, распоряжаться расходами, размещением гарнизонов. Много позже знаменитый генеалогист и историк коронных должностей с. Ансельм заметит: «Коннетабль входит в самый секретный и узкий совет при короле, а королю не следует отдавать приказ о войне без совета коннетабля»[15]. Измена коннетабля Бурбона, который перешел на сторону главного противника Франции императора Карла V в 1523 г., определила в будущем и частые вакансии этой должности, и принцип назначения на нее — короли руководствовались скорее лояльностью, чем полководческим талантом коннетаблей. После коннетабля Бурбона, как известно, эта должность долго была вакантной, и только в 1538 г. коннетаблем стал Анн де Монморанси (ум. в 1567 г.). Затем должность была свободна почти 30 лет (а именно эти 30 лет приходятся на кульминацию Гражданских войн), и в 1593 г. Генрих IV передает ее своему старому союзнику: второму сыну предшествующего коннетабля Анри де Монморанси. Следующий коннетабль (Люинь) вообще не отличался воинскими талантами, но был признанным фаворитом Людовика XIII. И только последний из носителей этой славной должности был действительно достоин ее, но шпагу коннетабля он получил не за военные подвиги, а за политическое предательство своих собратьев по вере — протестантов: герцог де Ледигьер согласился перейти на сторону короля и в награду стал коннетаблем. После его смерти коннетаблей во Франции уже не было. Январский эдикт 1627 г. отменял эту должность, как и вторую, не менее опасную должность адмирала, что было логично при абсолютной монархии главнокомандующим считался монарх, а командующие на поле битвы как бы его замещали. Поэтому в данный период особо развивается институт маршалов.

Маршалы Франции (les maréchaux de France) первоначально подчинялись коннетаблю как командующему армией и исполняли те же функции командующих. Все они — военные профессионалы, о чем свидетельствует наличие в их среде выходцев из других стран, служивших своей шпагой французской короне. В отсутствие коннетабля на церемонии королевской коронации глава коллегии маршалов исполнял его обязанности держал королевский меч. Количество маршалов выросло с 2 до 20 человек в 1704 г. Сохранилась и их особая юрисдикция: суд маршалов вместе с судом адмирала и судом вод и лесов образовывали суд Мраморного стола (напоминание о былом — главном зале Дворца правосудия, уничтоженного пожаром в 1618 г.). Впрочем, судили не лично коннетабль и маршалы, этим занимались профессионалы. Позднее возникает должность прево маршалов, носитель которой разбирал дела о военных преступлениях. В этом суде рассматривались не только дела «военнослужащих», но и преступления, совершенные против общественного порядка бродягами, преступниками, действующими на больших дорогах, и даже виновниками эксцессов в публичных местах вплоть до нарушения порядка в театрах. Кроме того, уже лично маршалы во главе со своим председателем судили в т. и. Трибунале чести, рассматривая конфликты между дворянами. Именно этот трибунал, созданный в 1602 г., вывел Мольер во втором акте своего «Мизантропа». Большинство маршалов также принадлежали к высшей знати (Монморанси, Люксембург, Виллеруа, Лорж-Монгомери, Тюренн). Однако воинская доблесть давала шанс на занятие этой должности и отдельным выходцам не только из высшего дворянства примером могут служить маршал Гассион (1609–1647) и маршал Катина (1637–1712).

В исключительных случаях вводилась должность, скорее почетный титул, для лиц, многократно доказавших свой военный талант успехами на поле брани главный лагерный маршал (maréchal général des camps et années du roi). Его были удостоены только три человека: в XVII в. великий полководец Анри II де Ла Тур д'Овернь, виконт де Тюренн (в 1660 г.), в XVIII в. — герцог Клод де Виллар (в 1703 г.) и граф Мориц Саксонский в 1747 г. Естественно, маршалы имели помощников, лагерных маршалов, позднее военных интендантов, в обязанности которых входили прежде всего финансовые вопросы (выплата жалованья, взимание контрибуций) или пенитенциарные функции.

Подобно коннетаблю адмирал Франции (amiral de France) осуществлял всю полноту власти в морских делах и нес за них всю ответственность. В период мира он являлся как бы генеральным наместником короля, в годы войны возглавлял военно-морские силы. Однако если коннетабли исполняли свои обязанности полководцев непосредственно на поле битвы, то, за исключением Клода Аннебо, который разгромил англичан при острове Уайт (1545 г.), никто из