Властные институты и должности в Европе в Средние века и раннее Новое время - Татьяна Павловна Гусарова

и курфюрсты могли и вовсе не ставить ее в известность о ходе дискуссии: она участвовала лишь на завершающем этапе, выражая свое мнение по предложенному проекту. Иногда окончательное решение принималось и без учета пожеланий городов. Мнение курфюрстов и князей оставалось решающим. Итоговый проект отправлялся императору или его уполномоченному. В случае если корона находила ответ чинов неудовлетворительным, она могла санкционировать продолжение дебатов. В любом случае решения Рейхстага вступали в силу только после согласия императора.

Как и в истории других имперских институтов, так и в истории Рейхстага видны серьезные перемены, вызванные бурной эпохой религиозных разногласий и конфликтов. Внешне история его распадается на два этапа: на первом с 1495 г. (т. е. с Вормсских постановлений) до 1653–1654 гг. мы видим нерегулярные созывы с разной частотой по отдельным царствованиям. Всего насчитывалось 40–50 ассамблей, причем подавляющее большинство собиралось, особенно после 1555 г., в Аугсбурге или в Регенсбурге. На втором, когда были приняты знаменитые постановления о создании постоянного представительства, т. н. вечного Рейхстага, с 1654 до 1806 г. сословное представительство оседает в Регенсбурге. Здесь постоянно функционировал комитет сословий, который разбирает текущие дела. Исчезла тем самым необходимость постоянных созывов общих ассамблей. Таково было решение, разработанное в статьях Оснабрюкского договора, решение, направленное прежде всего на поддержание постоянного диалога с короной, дабы не допустить в будущем ослабления сословного полюса в напоминание о кризисе начала XVII в. Если на первом этапе по окончании работы каждого Рейхстага принимались отдельные «постановления», обретавшие по согласованию с короной силу имперского закона, то на втором исчезла сама почва для подобных постановлений. На смену им пришли т. н. имперские резолюции, скреплявшие вердикт сословного комитета и короны. Они лишь вкраплялись в непрерывную линию имперского законодательства и не выступали результатом отдельных актов сословно-императорского компромисса.

Более значимыми были внутренние перемены, вызванные Реформацией и ожесточенной борьбой двух, а позже (с учетом кальвинистов) и трех сословных группировок. Аугсбургское соглашение 1555 г. лишь оформило компромисс, но оставило все курии Рейхстага разобщенными по религиозным признакам. Только в середине века Рейхстагу удалось поправить положение: последовательное апеллирование к его мнению как к высшей переговорной инстанции Империи позволило курфюрстам и Габсбургам, особенно Фердинанду, еще раз сплотить имперские сословия. Кризис был временно преодолен.

Во второй половине XVI в. Рейхстаг постоянно выступал барометром стабильности Империи. Габсбурги сознательно поощряли его инициативу и охотно поддерживали переговорный процесс: и протестантам, и католикам было выгодно сотрудничество, соответствовавшее до поры их собственным интересам. Об этом говорит и необыкновенная плотность в работе форума: никогда он не созывался столь часто, как в правление Максимилиана II и Рудольфа II. В то же время сложность работы требовала серьезных подготовительных мероприятий, следствием чего стало распространение практики т. н. сословных комитетов особых комиссий, выбиравшихся чинами для решения тех или иных вопросов. С ними сотрудничал престол, ключевые позиции в них играли по-прежнему курфюрсты.

Положение стало резко меняться к худшему на исходе века. С одной стороны, развал общеимперских органов, прежде всего Камерального суда, вроде бы позволял активизироваться именно Рейхстагу: часть сословии предлагала передать ему функции высшей судебной инстанции. Но, с другой стороны, в самом Рейхстаге зрел антагонизм между радикальными группировками католиков и протестантов во главе с Баварией и кальвинистским Пфальцем. Судебные полномочия Рейхстага оказались обусловлены все более слабым внутренним согласием. Протестанты всегда были в меньшинстве ив курфюршеской, и в княжеской курии, что подталкивало их вождей к самым радикальным акциям. В 1608 г. ими был сорван очередной Рейхстаг в Регенсбурге. Вновь созванный в 1613 г. форум также не пришел к согласию и был распущен без принятия каких-либо постановлений. С тех пор до 1640 г. рейхстага не собирались вовсе: отчасти их функции, как уже говорилось, отошли к курфюршеским съездам. Лишь перспектива полного хаоса в Империи и военного поражения побудила Габсбургов возобновить его деятельность: по сути переговоры в Мюнстере и Оснбарюке напоминали работу «распыленного» Рейхстага, в ней участвовали все непосредственные чины короны. Вестфальский мир узаконил постоянную деятельность сословного представительства. Но военные годы не прошли даром: именно тогда курфюрсты в полной мере смогли ощутить свою реальную мощь и влияние. Попытки княжеской курии ограничить их полномочия провалились, Рейхстаг вышел из воины с окрепшей курфюршеской олигархией.

Вместе с тем Оснабрюксий договор зафиксировал и новый механизм в разрешении религиозных вопросов. Теперь в случае возникновения споров, затрагивавших вопросы веры, прибегали к практике «раздела по частям» (itio in partis). Смысл заключался в том, что решение принималось не куриальным голосованием (протестанты по-прежнему были в меньшинстве), а делением на католическую и протестантскую половины форума. Протестантскую группу (corpus evangelicojwn, включая кальвинистов) возглавлял курфюрст Саксонии, католические сословия (coipus catolìcorum) — курфюрст Баварии. Обе части обязаны были договариваться друг с другом вплоть до «полюбовного соглашения» (amicabitis compositio). Такой механизм исключал острую конфронтацию, но предусматривал тяжелейший переговорный процесс. Впрочем, во многом страх перед хлопотными дебатами заставлял обе стороны воздерживаться от громких заявлений: на деле принцип itio in parties практически ни разу не был применен.

Имперский камеральный суд и судебные округа

Вормсский Рейхстаг 1495 г., провозгласив общеимперский мир, навсегда запретил межсословные распри и узаконил высший судебный орган Империи. Сословия уже давно добивались ее умиротворения, но боялись оказаться под жестким давлением короны и потому с начала XV в. стремились учредить независимую судебную инстанцию. Максимилиан I уже с конца 80-х гг. вынужден был вплотную заняться обсуждением этого вопроса. Император, как и чины, прекрасно осознавал необходимость в создании суда, но он никак не хотел делиться прерогативами в пользу подданных. Князьям же важно было удалить будущее судебное присутствие от наследственных земель Габсбургов, сделать его подконтрольным сословиям. Итогом стал компромисс: летом 1495 г. по окончании Рейхстага император утвердил первый устав суда, в котором отразились пожелания и чинов, и короны. Отныне он именовался Имперским камеральным судом (Reichskammergericht, иногда в источниках: Cammergericht) в отличие от старого княжеского Камерального суда Габсбургов, названного так, поскольку он имел постоянное присутствие при особе государя, т. е. при его покоях. В октябре во Франкфурте Максимилиан лично открыл его работу, введя в должность судьи своего давнего друга франконца Эйтеля Фридриха фон Цоллерна. Так возник в сущности первый общеимперский институт, призванный обеспечить земский мир.

Однако скоро обнаружилась нехватка средств к содержанию нового детища, с сословиями по этому поводу шли нескончаемые споры, и в 1499 г. работа суда была приостановлена. Лишь спустя годы, в 1507 г., Максимилиану удалось нормализовать его деятельность. Но продолжалось скитание по городам Империи: «посадить» суд в наследственных землях было нельзя, а пребывание его в любом другом городе Империи ложилось на город столь тяжким бременем, что пугало руководство общин. Так, по