Сибирский приключенческий роман 3 - Виталий Галияскарович Гадиятов

– Гутен таг, – не доходя до них, громко поздоровался Борис.

Рыбаки повернули головы и ответили на его приветствие. На их лицах можно было прочесть удивление, перемежающееся с любопытством. Откуда, мол, ты тут взялся? Здесь наш табор. Вспоминая, что знал из школьной программы, Борис рассказал о своем небольшом отряде. Говорил, по-видимому, он неплохо, раз они его поняли и тут же стали задавать вопросы, на которые он без труда отвечал. К нему подошел плотный мужчина в черной футболке, протянул крупного ленка и, к его удивлению, заговорил по-русски:

– Забирай! Сейчас поймал, замерил все параметры и сфотографировал. Не хочу пускай опять в речка, лучше съешь со свой команда.

Мгновенье Борис смотрел на него с удивлением, потом быстро нашелся и сказал:

– Зачем отдаешь? Мы сами наловим. У нас тоже есть спиннинги.

– Мне не нужен рыба, только спортивный интерес, чтобы почувствуй свой сила. Он сильный, а я сильней. Он упирайся, не хочет выходить из вода, а ты его тянешь и говоришь ему: «Раз ты попался на мой крючок, никуда не уйдешь. Человек есть сильней тебя, человек есть самый сильный. Я могу сделай все, что хочу». Рыбалка дает подтверждений свой сила.

– Ну, раз тебе не нужна рыба, я, конечно, возьму. Спасибо! Мы из нее сварим классную уху, это же ленок, благородная рыба. А ты, если хочешь показать свою силу, – поезжай в Африку охотиться на львов или крокодилов. Им доказывай, что ты сильней.

Передав рыбу, тот засмеялся и, скрестив руки на груди, приподнял короткие рукава на рубашке. Борис увидел синие наколки на предплечьях. На одной был изображен круг с изогнувшимся скорпионом и широким мечом, на другой – голова льва с оскаленными зубами.

– Меня зовут Ганс. – Он протянул руку, и они познакомились. – Я уже был в Африка, служил Французский легион. Понимаешь, я не есть охотник, я не есть зольдат. Оружий не люблю. Я есть фишер, рыбак, значит, – перевел он. – Рыба настоящий мой страсть.

Борис смутно представлял, что из себя представляет Французский легион, но спрашивать не стал и, чтобы поддержать разговор, сказал:

– Значит, тебе надо ловить акул на море. С ними ты точно проверишь свою силу.

– О-о, морской рыбалка – это есть особый разговор. Там есть свой специфик. Чтобы поймал большой рыба, нужен специальный снаряжений, лучше, если есть свой катер или яхта и команда помощник. Можно ловить рыба и с берега, но на море интересней с лодка. Все равно морской рыбалка – это пассивный ловля, а на реке я в постоянный движений. Я чувствую земля, вижу берег, река. Мой стихий – земля и вода. А самый главный момент для меня – дикий место, где нет людей. Я так и думал, что Сибирь – это бескрайний тайга и нигде нет человек. Только медведь и волк ходят вокруг. Попасть такой тайга – это есть настоящий экстрим. От одной мысль, что ты в настоящей тайга, сердце колотит бам, бам, бам. И у нас дома все так считай. Поэтому даже то, что я поехал Сибирь, вызывай уважение и страх. В глазах свой родственник и знакомый я есть настоящий герой. Кто из них побывал тайга? Я думаю – никто. А я сюда приехал, посмотрел и даже подышал запах старый дикий лес.

Геологи разгрузили свои лодки и недалеко от зимовья, в котором остановились иностранцы, поставили свою четырехместную палатку. Как и хотел Борис, она расположилась на высокой террасе, входом к реке. Над крышей нависали лохматые лапы старых елей, а рядом, как будто поделив территорию с иностранцами, стояли высокие лиственницы.

Вечером все собрались у костра. С помощью Василия, оказавшегося неплохим переводчиком, поговорили о тяжелой работе геологов, и Борис подарил всем рыбакам по кристаллу горного хрусталя. После этого рассказал о его магических свойствах. Немцы были растроганы и в знак благодарности пожали ему руку.

– Ты есть настоящий друг, – встав рядом с Борисом, сказал старший из них. Сейчас он был в спортивном костюме и в темно-синих кроссовках с белой отделкой фирмы Аdidas. – Мы благодарны за подарки и за то гостеприимство, с каким вы нас встретили. Честно, вначале я боялся сюда ехать, но Ганс меня убедил. Ганс настоящий путешественник, сильный человек и хороший рыбак.

Потом они узнали, какое впечатление произвела на немцев якутская тайга, и, к своему удивлению, услышали не самые лестные слова о стоянках охотников. Они сказали, что везде, где они останавливались, было много мусора и даже валялись консервные банки, какие-то кости и полиэтилен. Как старший по возрасту слово взял Евгений и рассказал об охотниках, их непростой повседневной жизни и быте.

– В такой избушке охотник живет зимой, когда вокруг лежит снег, а летом там никогда не бывает, поэтому он не видит того, что осталось после зимовки. Весной, вы сами знаете, когда сходит снег, даже в городе грязно. Если бы охотник попал в свое зимовьё сейчас, конечно бы все убрал.

После его слов немцы по-другому посмотрели на проблему экологии в местах стоянок охотников и сказали, что раз тайга является достоянием народа, то местные власти должны о ней заботиться и поддерживать порядок.

Камрад Ганс

За разговором с Гансом Борис провел полвечера, сидя вдвоем на берегу реки. Ему стало интересно, кто тот пожилой мужчина, у которого сорвался таймень, и он его похвалил. Потом Ганс несколько раз к нему подходил, и они о чем-то говорили. Поглаживая курчавые волосы на голове, Ганс задумчиво ответил:

– Это есть Карл, фатер мой жена Марта. Ее отец, – уточнил он по-русски. Он сильный рыбак. Карл был много стран и всюду ловил разный рыба. Был даже на Амазонке, в Бразилии. Там он поймал пиранью и арапайму. Пиранью все знают, а про арапайму, я думаю, ты даже не слышал. Это очень крупный пресноводный рыба размером до трех метр и вес до 200 килограмм. Такой арапайму Карл не поймал, вытащил только больше метр длиной, семьдесят пять килограмм. У него в доме есть фото…

– Круто! О такой рыбе можно мечтать. Как я понял, Карл твой тесть.

– Я, я, он мой тесть. Карл очень богатый человек. У него свой большой пекарня. Werk – завод по-русски, – добавил он. – Много людей там работай, и я с женой тоже работай.

Борис уважительно посмотрел на Ганса. Первый раз в жизни он встречался с состоятельным иностранцем и