Легенда о Фэй. Том 2 - Priest P大

Старик против воли разговорился, но Хо Чанфэн с Ли Чжэном вопросы задавали просто так – из праздного любопытства. На своем веку они повидали слишком много несправедливости, чтобы верить в детские мечты о всеобщем благоденствии. Герои – всего лишь люди из плоти и крови, не способные залатать все дыры в этом мире.

И только юная и пылкая Ваньэр жадно внимала каждому слову.

Той же ночью, когда Ли Чжэн погрузился в созерцание, в дверь его комнаты кто-то тихо, но настойчиво постучал. Он распахнул глаза, нехотя вернувшись из студеного плена «Клинка, рассекающего лед». Меч в его руке замер, незримо выпустив мощный поток ци, скользнувший через дверную щель. Барышня по ту сторону невольно вздрогнула.

– Ли Чжэн! Братец Ли! Обжора Ли! – шептала Ваньэр.

Ли Чжэн вздохнул, поднялся и, шаркая деревянными башмаками, поплелся открывать дверь.

– Ты вообще понимаешь, что посреди ночи стучишься в мужские покои? – с нарочитой строгостью спросил он.

Ваньэр выросла в бродячей труппе Летящих Перьев и была до невозможности избалована своей наставницей. Ей бы и в голову не пришло соблюдать какие-то там правила приличия между мужчинами и женщинами.

Гостья бесцеремонно протиснулась мимо, оживленно воскликнув:

– Братец Ли, а тебе не интересно посмотреть на тех разбойников, от которых даже власти не могут избавиться?

Он повесил длинный меч на стену, поправил мерцающую лампу и налил ей чаю. Медленно спрятав обе ладони в рукава, мужчина зевнул, словно крестьянин после тяжелого дня в поле.

– Разбойники? И зачем мне на них смотреть? – устало пробормотал он.

– Раньше мы встречали только мелких воришек, а тут – настоящие головорезы! Люди за сто ли от перевала Убитых Тигров дрожат от страха, а что же тогда творится в поселениях возле самого их логова?

– Верно подмечено, – кивнул он, призадумавшись.

– Значит, мы… – глаза Ваньэр заблестели.

– …обойдем это место стороной, – закончил Ли Чжэн.

Ваньэр остолбенела: конечно, она ожидала услышать совсем другой ответ.

– Ступай спать пораньше. Утром я обсужу это с братом Хо, и мы отправимся дальше… Что не так?

– Ты… ты вот так просто уйдешь? – не унималась юная барышня.

Ли Чжэн освободил руку и почесал щетину, глядя на девушку с искренним недоумением.

– Ты же Клинок Юга! Разве ты не должен… ну… встать на защиту слабых?

– Что еще за Клинки? Юга, Севера… Ерунда все это, – махнул рукой Ли Чжэн, улыбнувшись. – Если даже императорский двор бессилен, что могу сделать я?

За время их совместного путешествия Ваньэр успела заметить, что Ли Чжэн ведет себя крайне отрешенно: мягкий, как тесто, – настоящая размазня! В любом споре он был готов первым пойти на уступки – ничего общего с грозным воином из легенд! Раньше Ваньэр думала, что Ли Чжэн просто спокойный и до крайности скромный человек, но теперь ей стало ясно, что он всего-навсего бесчувственный болван.

Барышня нахмурилась, громко фыркнула, развернулась и ушла под непонимающим взглядом Ли Чжэна. «Мне с этим малохольным трусом не по пути!» – подумала Ваньэр.

На следующий день рано утром – небо еще только начало светлеть – Ваньэр собралась в путь. Связав длинные волосы в пучок и переодевшись в мужские одежды, она взяла коня и втихомолку ускакала прямиком к перевалу Убитых Тигров, исполненная решимости вершить справедливость.

Перевал оказался мрачным и безлюдным местом. Над землей, зависая в воздухе, клубилась желтая пыль. Среди горных хребтов возвышалась неприступная застава: рядом лежала граница округа Лянчжоу. Дальше на север, за Великой стеной, простирались бескрайние дикие земли, Гуаньвай. В былые времена через перевал непрерывным потоком шли торговые караваны, потому и местность процветала. Храмы, лавки и хижины все еще стояли на месте, но большинство из них были заброшены, а кругом царило крайнее запустение.

Ваньэр долго бродила по окрестностям городка и заметила лишь один крошечный постоялый двор, такой маленький, что, казалось, уместился бы на ладони. Вход загромоздили повозки и лошади, словно здесь останавливались не только купцы, но и сопровождающая их многочисленная охрана. Издали заглянув внутрь, она увидела, что зал был битком набит людьми: свободных комнат на постоялом дворе, очевидно, не осталось.

Юной барышне не стоило тесниться в толпе мужчин в одиночку, поэтому пришлось искать другое место для ночлега. Она скиталась до самого вечера, но так ничего и не нашла. И вот, уже почти отчаявшись, Ваньэр увидела, как в одном из домов на углу улицы открылась дверь. Перепуганная лошадиным топотом пожилая женщина с седой головой осторожно выглянула и, заметив незнакомку, пристально на нее посмотрела.

Ваньэр была сообразительной барышней и умело пользовалась своей миловидной внешностью.

– Тетушка, я в ваших краях проездом, никак не могу найти место для ночлега, – посетовала она. – Прошу прощения за свою дерзость, но можно ли мне переночевать у вас? Эм… Не волнуйтесь, у меня нет никаких дурных замыслов.

Женщина прожила достаточно, чтобы сразу понять, что перед ней переодетая девушка. Увидев ее милое личико и расшитый мешочек в руках, она смягчилась, затем нерешительно отступила и прошептала:

– Заходи.

Но не успела Ваньэр обрадоваться, как старушка взглянула на ее лошадь и неуверенно добавила:

– Дитя, а вот лошадь… придется тебе где-то оставить.

Ваньэр удивилась, решив, что хозяйка не любит животных. Но в таком небольшом городке можно было обойтись и без лошади, поэтому она спокойно ответила:

– Ничего страшного.

Барышня что-то шепнула коню на ухо, легонько хлопнула его по спине и сказала:

– Жди меня за городом.

Конь, будто и правда понял ее, ласково слизнул с руки горсть черных бобов и спокойно ускакал прочь. Пожилая хозяйка с любопытством проводила его взглядом, цокнула от удивления и, пропуская Ваньэр в дом, пробормотала:

– Не подумай плохого, но дом маленький, двор ветхий, а стены вокруг низкие. Такого благородного скакуна, как у вас, просто не спрятать.

– А зачем прятать? – изумленно спросила Ваньэр.

Лицо старухи переменилось, она покачала головой, но ничего не объяснила.

Пища в деревенском доме была скудной, но Ваньэр хоть и была избалованной, с детства странствовала с труппой по миру и не придавала еде особого значения.

Как только стемнело, старуха тщательно заперла ворота, провела гостью в боковую комнату и строго предупредила:

– Дитя, что бы ты ни услышала ночью, ни в коем случае не выглядывай в окно и не выходи во двор. Запомнила?

– Тетушка, а почему? – спросила Ваньэр. – Неужели по ночам здесь нечисть бродит?

Старуха не успела ответить: вдалеке раздался хриплый низкий звук рога, словно какое-то чудище пробудилось от спячки, а следом послышался