Роанна Энгерская. Путь на Юг - Виктор Постоенко

Вечером зашёл проститься Морлер. И за последними инструкциями. Я показала ему выполненный в цвете рисунок формы, которая будет у его подразделения. И дала сразу же на руки подписанный Императором Указ о присвоении ему звания майора и назначении командиром отряда особого назначения.

Для формы я выбрала глубокий лазоревый цвет. Украсила ее декоративными шнурами и пуговицами на груди. Короткая куртка-доломан с стоячим воротником, украшенным позументом и императорским гербом.

Куртка темно малинового цвета, обшитая мехом, то же украшенная галунами и нашитыми шнурами, набрасываемая на левое плечо. Может носиться в прохладную погоду поверх доломана если вдеть руки в рукава. Сапоги со шпорами.

На голове невысокий кивер с гербом, застегивавшийся на подбородке. Помимо всего синий шерстяной плащ со стоячим воротником, застегивающийся на одну большую пуговицу вверху и на завязки при необходимости.

В общем полный гусарский набор. Морлер смотрел на рисунок с удивлением, потом перевел взгляд на меня и хитро улыбнулся.

- Ваше Высочество, я так понимаю эта красивая необычная форма для парадных случаев, но ведь не будешь же в ней пускаться на такие операции как сейчас.

- Да, ты прав. Сейчас вы вообще должны будете прибыть в провинцию мелкими частями. Сначала пусть кто-то присмотрит место, где можно остановиться. Но не всем вместе.

- Это само собой, Ваше Высочество. Просочимся, назначим место встречи, сигналы и затаимся. Меня граф немного просветил что к чему. Такие уроды вообще жить не должны. Я сам отец и представляю, что чувствовали те, у кого пропали маленькие дети. Дети это для меня святое. Позвольте откланяться.

- У меня маленький вопрос. Не возникало мысли жениться снова?

- Возникало, но как-то все не получалось. Дочери сейчас лет, как и Вам, вы одногодки, сыну семнадцать. Я хотел бы его определить к нам служить. Он тянется к военному делу.

- А давайте так. После операции вызовите детей сюда. Сына граф примет на службу, надеюсь ты не будешь ему делать никаких поблажек. Мне в это даже и не верится. А дочь определим ко мне во дворец служащей. Найдем место. Нечего им сидеть в провинции.

Он поклонился и поблагодарил за оказанную честь и заботу. Сказал, что сегодня же отпишет сестре. И откланялся.

Я почему-то уже была спокойна за дело. А потом, когда граф Ойген развернется на все провинции, нужно будет в каждом главном городе расположить по сотне таких гусар.

На всякий случай. Так как не всегда можно и нужно привлекать к операциям тайной полиции местный контингент.

Вечером мне принесли письмо из Этергленна. Герцог де Энрин торжественно сообщал, что супруга родила ему прекрасную дочь, и по просьбе Нанке передает мне ее слова:

«Роанна, не бойся, самое главное слушай тех, кто будет тебе помогать. Ройна и Франкис сделают все что бы все прошло быстро. Супруг присутствовал, все время не отходил от меня, и я ему все руки до синяков отдавила. Но я счастлива, у меня дочь, я так хотела дочь. Еще раз главное не бойся».

Ну да, она же знает, что мне предстоит рожать сразу двоих. Ладно, прорвемся, все равно ничего не изменить. Но как они обе почти разом то. И дети у нас будут все одногодки.

В конце недели вернулся супруг, мрачный после проведенной проверки. Он не выдержал и приказал повесить управляющего складами прямо на воротах складского двора.

В мешках вместо зерна в основном оказалась соломенная труха, амбарщики признались, что уже много лет при неурожаях продают зерно по завышенным ценам торговцам, а те потом перепродают его еще дороже на окрестных рынках.

Мешки с солью оказались мокрыми, отчего в весе увеличились почти вдвое. Но при этом показывали указанный в документах вес.

Рис частично разворовали, частично сгноили. Случись неурожай, засуха или иное какое бедствие, то три провинции, включая столичную, оказались бы в тяжелейшем положении из-за голода. Министр по сельскому хозяйству и так уже сидел в Трибунале.

Я в спальне шепотом рассказала ему про все новости. Он порывался сразу же пойти к отцу, но я отговорила, сказав, что сначала пусть они между собой разберутся, и тем более уже ночь на дворе.

Утром к нам на завтраке присоединились Илара и Мэйси, которых я отпускала погостить к родителям. Привезли кучу подарков, слухов, новостей. Делла и Арин обе были в положении, Делла на пятом, а Арин на третьем месяце. Наш пострел везде успел.

И если Делла абсолютно не изменилась, то Арин метала в себя как будто приехала с голодного края. Мы с Деллой подшучивали над ней, но она только хлопала выразительно глазами. Мол я вас слушаю, продолжайте в том же духе.

Супруг вернулся из Дворца задумчивый, пришел сам ко мне в кабинет, где мы с Кэтрин разбирали бумаги. Я хотела ее отослать, но он сказал, что не надо. Все равно ей нужно знать.

Императрица горько сожалеет что смалодушничала, да и брат клялся матерью, что все прекратилось. Император не видит иного выхода, как отречение от престола в пользу моего супруга.

Но после того, как я рожу ребенка. Что бы сразу объявить нашего сына наследником. Если будет сын. В чем Император не сомневается.

И еще он собирается просить прощения за Императрицу у министров, но только после того как подлое осиное гнездо будет выкорчевано. Под раздачу попадают четыре влиятельных герцога, семь графов, четыре министра, два командующих южными армиями.

Справиться будет не так просто. Это именно те генералы, которые успели вовремя переметнуться на сторону Императора, покинув ряды мятежников. Нет, они не участвовали в оргиях в столице, но являлись вассалами указанных Глав герцогских домов.

Поэтому генерал Борхун выделил почти три тысячи кавалерии в помощь Ойгену. Отряды кавалерии начали движение в назначенные места. Обильно снабженные не только своей, но и полевой двенадцати фунтовой артиллерией.

Супруг вообще собирается лично принять участие в налете на бывшее Представительство Северной Империи. Но я решительно выступила против, и в итоге запретила ему это делать.

«А если будет стычка и не приведи что случится? И я останусь тут одна рожать? А Делла с Арин? Вечные супруги вечного наследного принца?

Тогда Императору придется назначать другого наследного принца. Ты обо мне, о нас подумал? Ошалел что ли? Какая война, я тебе дам войну!»

Короче я разбушевалась не на шутку. Даже кричала на него. Прибежала Инхора с Деллой меня успокаивать, Кэтрин мало оказалось, чтобы остановить мой гнев.

Нет, как только рожу, тогда иди хоть Марс завоёвывай. Он правда не понял, что это за Марс и где он, но испуганно отступил.

Я встала и отправилась в беседку, но внезапно резкая боль внизу живота буквально пронзила меня, я охнула