Мы больше не ваши обезьяны! Как миллионы людей погибли в Африке, а мир этого не заметил. С 1945 года до наших дней - Иван Игоревич Мизеров

силы бывших интерахамве, к которым присоединилось до 13 000 бурундийских хуту. Суммарно же те и другие давали до 50 с лишним тысяч человек, готовых драться не на жизнь, а на смерть. Эти люди сумели сковать и в итоге остановить движение повстанцев на севере Конго.

Возможно, усилия союзников Кабилы окончились бы ничем, если бы не одно важное событие, произошедшее в середине лета 1999 года. Как мы помним, ДОК в качестве своего ядра имела силы, по преимуществу состоящие из тутси. В свою очередь, тутси в массе своей ориентировались на Руанду. Страну, уступающую по своим размерам ДРК, которую, можно сказать, она атаковала и в значительной части оккупировала, почти в сто раз! По населению разрыв был не настолько, но тоже велик. В Руанде в описываемый период времени жило около 7,5 миллионов человек – да еще из них свыше 80 % – хуту! При всей доблести боевиков тутси и опыте и талантах их полевых командиров разница в весовых категориях, если сравнивать с тем альянсом, который был сформирован в поддержку правительства Кабилы, слишком значительна. Да, мы помним, что если Руанда задействовала большую часть своей армии, то ее враги ограничились присылкой сравнительно скромных контингентов, что делало не столько актуальной разницу в мобилизационном ресурсе. Но ведь есть еще и экономика! Несколько выше было сказано, что для Анголы и Намибии было обременительно держать под ружьем и в непрерывных боях 2–3 тысячи человек. Руанда сама выставляла около 15 000, да еще и обеспечивала оружием ударные силы доковцев. Естественно, поскольку своей военной промышленности, способной удовлетворить эти нужды, не было и близко, производились закупки – как правило, из-за негативной реакции ООН, на черном рынке.

Именно на этом, к примеру, сколачивал себе состояние знаменитый Виктор Бут, чьи самолеты из принадлежащей ему транспортной авиакомпании Air Cess Liberia, владевшей более чем 50 бортами в разных странах мира, возили стволы для всех без исключения участников Второй Конголезской, кто готов был за это заплатить. Чем? Откуда брать деньги? Для Руанды расхищение ресурсов ДРК стало уже не только профитом, но насущной необходимостью. Главным образом вывозили то, что было наиболее компактным и непременно находило покупателя и сбывалось с рук: алмазы, урановая руда и новомодный колтан – местная разновидность танталовых руд, а сам этот редкоземельный элемент активнейшим образом используется в современной микроэлектронике. К середине 1999 года по всем этим направлениям Руанда добилась… нет, не монополии, но превалировала и извлекала наибольшую прибыль от контрабанды. И были те, кого это не устраивало. После переноса основного центра тяжести боев к северу ведущую роль стали играть группировки, ориентированные на Уганду, или непосредственно угандийские войска – и тем и другим не нравилось положение, когда финансовые потоки утекают мимо них в чужие руки.

Если в целом общеполитическое руководство двух государств сохраняло союзнические отношения, то на земле они испортились очень быстро. Как и всегда, неясно, кто начал стрелять первым. Но уже в мае 1999 года первые случаи доходящей до боестолкновений враждебности между угандийцами и руандийцами имели место. В августе же 1999 грянуло всерьез – вооруженные силы Уганды и Руанды на чужой, конголезской территории в окрестностях Кисангани развернули между собой настоящую мини-войну. Причиной стала борьба за контроль над районами добычи алмазов. Насколько при этом они сообразовались с волей президентов Мусевени и Кагаме, неясно. Сами угандийцы и руандийцы прекратили кровопролитие и примирились довольно быстро, а вот повстанческие группировки, которые начали сражаться между собой вслед за своими «кураторами», раскололись окончательно. Еще в мае 1999 года возникло Конголезское объединение за демократию (КОД), которое теоретически должно было преобразовать ДОК, а в реальности от него отпочковалось. За лето 1999-го оформились и размежевались две группировки: КОД-Вамба (или по названию своей «столицы» КОД-Кисангани) и КОД-Илунга (КОД-Гома). Первые ориентировались на Уганду, вторые – по-прежнему на руандийцев. 17 августа было подписано перемирие и состоялся обмен пленными, однако фактически группировки продолжали враждовать. 30 сентября возникло еще и третье Освободительное движение Конго, созданное при содействии Уганды, но с прицелом на якобы большую самостоятельность и «конголезскость» в отличие от окончательно ставшей группировкой тутси КОД-Гома и в существенной мере ею оставшейся КОД-Кисангани. В ОДК его организаторы рассчитывали привлечь ряд деятелей еще времен Мобуту – и кое в чем преуспели: с момента основания во главе Освободительного движения встал бизнесмен регионального значения Жан-Пьер Бемба, сестра которого была замужем за одним из сыновей старого диктатора, отличившийся тем, что покрывал от 60 до 90 % расходов своей группировки из собственного кармана. Вроде бы как Бемба имел доступ к заграничным счетам клана Мобуту и готов был их использовать.

К октябрю 1999 года Конго не было – был замешанный на крови и слезах винегрет, где все дрались со всеми. Это был апогей войны, и в то же время реально в ней было очень мало прогресса и даже просто значимых сражений. Никто не желал победы, ибо она значила окончание банкета и необходимость платить по счетам. Тем временем в столице Замбии Лусаке – на нейтральной территории – представители Сообщества развития Юга Африки, Организации африканского единства и ООН встретились 21–27 июня 1999 года с целью разработать удовлетворительную программу выхода из кризиса. Министры обороны и иностранных дел от сторон конфликта встречались с 29 июня по 7 июля для обсуждения соглашение о прекращении огня. Наконец 10 июля съехались уже президенты Анголы, Демократической Республики Конго, Намибии, Руанды, Уганды, Замбии и Зимбабве, чтобы подписать комплекс документов, ставших известными как Лусакское соглашение о прекращении огня. Стороны договорились прекратить все военные операции в течение 24 часов после подписания соглашения (Статья I, пункт 2, раздел С). Запрещались дальнейшие военные передвижения или передача вооружений на поле боя, все государства призывались к уважению прав человека и защите гражданских лиц (Статья I). Освобождались все военнопленные (Статья III, пункт 8), Международный Красный Крест должен был оказать помощь раненым (Статья III, пункт 9). Было дано согласие на развертывание международных сил ООН по поддержанию мира (Статья XI) в соответствии с главой VII Устава ООН.

Карта боевых действий после раскола угандийско-руандийской коалиции и формирования КОД-Кисангани и КОД-Гома

В реальности не работали почти все перечисленные выше пункты, стрельба продолжалась, военные преступления совершались, вооружения передавались. Но по большому счету договаривались вообще не об этом. Не о том, что войну можно закончить сразу, прямо сейчас, – было очевидно, что этого сделать не удастся, а о том, чтобы начать двигать дело к ее завершению в принципе, причем исходя из имеющегося статус-кво. 15 июля 1999 года Генеральный секретарь ООН опубликовал доклад, согласно которому было рекомендовано направить наблюдательную миссию в ДР Конго. 23 июля Государственный департамент США объявил о своей поддержке миротворческой миссии. Освободительное движение Конго подписало соглашение 1 августа. Пять