Спасти Пушкина - Жанна Бочманова

– Это вы так говорите. А вот женщина уверяет, что не так дело было.

Торговка открыла рот и закрыла. Она, кажется, тоже ничего не понимала.

– Уже не первый случай в нашем околотке. Подбегают двое, один толкает, второй, пока первый внимание отвлекает, карманы обчищает.

– Это не мы, – замотал головой Денис. – Мы не…

– А ведь такие приличные с виду молодые люди, шинельки, вижу, гимназические новенькие. Вот обидно будет вашим родителям, если за такие дела их отпрысков отчислят. Такой позор на их головы, – полицейский говорил медленно и даже как бы сочувственно.

Торговка засопела.

– Мне бы это… за яйца получить, господин квартальный надзиратель, – заискивающим голосом произнесла она. – Ну право слово. И так убытки…

– Да подожди ты! Тут дело, видишь, серьёзное. Ну-с, где учитесь, господа, где проживаете?

Денис с Антоном переглянулись. Что они могли ответить?

– Запираемся, стало быть? – вроде даже обрадовался тот, которого торговка назвала квартальным надзирателем. – А вот посажу сейчас в холодную[9], будете знать. Ну-ка, доставайте всё из карманов и на стол, – он прошел в угол и стукнул кулаком по колченогому столику, возле которого на лавке спал какой-то человек, надвинув шапку на лицо.

– Права не имеете, – буркнул Антон. – Мы вообще несовершеннолетние.

– Да, и требуем адвоката! – добавил Денис.

Торговка ахнула и перекрестилась. Ефимов вытаращился на них так, будто они только что прокатились перед ним колесом или ещё какой фокус отчебучили.

– Прапорщик! – рявкнул он.

Человек на лавке подскочил, вытянулся по струнке, ещё даже не до конца проснувшись.

– Слушаю, господин квартальный надзиратель!

– Ну-ка, обыщи этих молодчиков, больно подозрительны, наверняка в карманах много чего интересного найдётся.

Денис и Антон попятились, в карманах у них были деньги, выданные им Троллем, а ещё инструкция с адресами для поиска Пушкина и карта города. Кто знает, может, это тоже покажется полицейскому чиновнику подозрительным.

Прапорщик ладонями помял лицо, разгладил густые чёрные усы и уставился на ребят, а потом поманил к себе пальцем.

– Двигайте сюды, ребятушки, не ждите, пока сам подойду.

Они хотели было отступить к двери, но с одной стороны раскинула руки торговка, тоже, видно, опасавшаяся их бегства, а с другой встал второй полицейский в потертом мундире и погрозил пальцем.

Поручик не стал ждать и двинулся к ним, как вдруг дверь распахнулась, впустив внутрь дневной свет и запах улицы, который был явно свежее того, что царил в помещении.

– Мальчики! – услышали они и уставились на Катю, которая подбежала и схватила их за руки. – Нашла! Какое счастье!

– Так-с, это что такое? Барышня, ну-ка отойти от подозреваемых!

– От кого? – Катя повернулась к квартальному надзирателю. – Кто это подозреваемые?

Ефимов улыбнулся так широко, что губы улетели к ушам.

– А вы, стало быть, с ними знакомы, сударыня? – он слегка запнулся, прикидывая, можно ли назвать девицу сударыней, но оценил ее внешний вид, и решил, что можно.

– Это мои двоюродные братья, – твёрдо заявила Катя. – Они гимназисты Губернской гимназии. По какому праву вы их задержали?

– За нарушение общественного порядка, – Ефимов загнул один палец, – за порчу имущества, – загнул второй палец.

– За имущество мы готовы заплатить, – перебила его Катя и повернулась к краснолицей тётке. – Сколько стоит ваш товар?

Ответить торговка не успела, Ефимов загнул третий палец:

– Сговор с целью грабежа и другого бесчинства.

Тут уже заголосили Атон с Денисом:

– Какой ещё сговор? Да вы что? Говорю же, мы гнались за вором.

– И что же у вас украли? – прищурился Ефимов, он заметил, как быстро переглянулись эти трое, и понял, что сейчас они начнут врать.

– Деньги, – сказала Катя. – Я уронила кошелёк, а он схватил и побежал. Мы бежали за ним.

– Догнали?

– Да, – признался Антон.

– Стало быть, деньги вернули? – Ефимов прищурился.

Катя поняла, что Лушка говорила правду про его корыстную натуру.

– Мы готовы оплатить убытки, – она повернулась к торговке, – сколько вы хотите за разбитые яйца?

Та открыла рот, но Ефимов громко кашлянул.

– А вы, барышня, кто такая будете?

Пришлось назваться, рассказать легенду, что приехала поступать и решила погулять с братьями-гимназистами по городу.

Ефимов записал её имя на бумаге, затем так же старательно записал имена ребят.

– Значит, вы, судари, при гимназии живёте? Ну, а вы, Екатерина Дмитриевна, где остановились?

Тут Катя растерялась. Этот момент Тролль не продумал. Да и они не сообразили, что кого-то может заинтересовать, где они живут. А дотошный Ефимов всё не унимался:

– С кем вы приехали, барышня? Кто-то же должен был вас сопровождать в таком долгом путешествии? Вы как, кстати, ехали?

Она чуть не ляпнула, что ехала поездом, но вовремя прикусила язык. Кажется, в это время поездов ещё не изобрели. А Ефимов между тем ждал и сверлил ее подозрительным взглядом.

– Меня сопровождала родственница, а остановилась я в семье у своего дяди.

– Отлично. Адресочек скажете?

– Зачем? – растерялась девочка.

– Подтвердить ваши слова.

– Вы что, мне не верите? – она постаралась выглядеть как можно более возмущенной.

– Моя задача не верить, а блюсти порядок. Где ваш дядя живет?

– Фонтанка, 185, – мрачно сказала Катя и увидела, как Денис с Антоном уставились на неё в немом удивлении. Ну, а что она могла поделать? Не говорить ничего? Так он их тогда не выпустит, посадит под замок, вот и спасай потом Пушкина.

– А как зовут дядю?

Пришлось назвать и имя. Ефимов старательно вывел на листке: «Пушкин Александр Сергеевич, Фонтанка, 185». Она представила возможный вариант развития событий: сейчас он пошлёт кого-нибудь по указанному адресу, там скажут, что знать не знают никакую Снежину, и что тогда?

– Вообще-то мой дядя работает в Коллегии иностранных дел, – заявила она. – Он очень занятой человек и сейчас как раз на службе.

– Ничего, пошлём ему записку, он же придёт домой рано или поздно? Вот. А вы пока тут посидите.

– Что? – возмутилась Катя, а вместе с ней и ее друзья. – Слушайте, а давайте не будем всё усложнять. Дядя придёт со службы уставший и уж наверняка не будет рад ехать сюда. Думаю, он очень разозлится. Но мы же можем всё решить дипломатическим путем, да?

Ефимов нахмурился, интуиция подсказывала ему, что с этой троицей не всё так просто, он чуял поживу, но, с другой стороны, кто знает, вдруг их дядя и вправду какой-то вес имеет? Кем он там служит? В каком чине? Хорошо, если чином он не выше Ефимова, а вдруг выше? Ещё неприятностей не оберёшься, как начнёт жаловаться. А неприятностей Матвею Наумовичу не хотелось. Да и что с этих мальчишек взять? Ну, дали им родители на конфеты, так уж и потратили,