Путеводитель по Шекспиру. Греческие, Римские и Итальянские пьесы - Айзек Азимов

Таким способом Лавиния сообщает, что стала жертвой Хирона и Деметрия. Теперь Тит знает, кому он должен отомстить.

«Ни Энкелад…»

Очевидно, после начала пьесы прошло немало времени, потому что Тамора должна родить; предполагается, что отец ребенка – император Сатурнин. Однако роды происходят преждевременно, и выясняется, что отец – вовсе не Сатурнин, а Арон. Спорить невозможно, потому что ребенок черный.

Естественно, этот факт необходимо скрыть, иначе неверность Таморы станет известна даже Сатурнину и изменницу казнят. Кормилица, принявшая роды, приносит ребенка Арону; Тамора требует убить младенца, чтобы спрятать концы в воду.

Но тут Арон перерождается. Перед нами уже не законченный злодей, а гордый отец. Как ни странно, в его словах звучит гордость черных активистов 60-х годов XX в. Он кричит кормилице, которая испытывает отвращение при виде ребенка:

Черт побери! Чем черный цвет так плох?

Морданчик милый, славненький цветочек!

Акт IV, сцена 2, строки 71–72

Когда присутствующие при этой сцене Хирон и Деметрий предлагают убить своего сводного брата, чтобы спасти мать, Арон, выхватив меч, яростно восклицает:

Вам говорю, юнцы: ни Энкелад

С исчадьями грозящими Тифона,

Ни славный сам Алкид, ни бог войны

Его не вырвут из отцовских рук.

Акт IV, сцена 2, строки 93–96

Энкелад – один из наводящих ужас гигантов (со змеями вместо ног), которых породила Мать-Земля, оскорбленная тем, что Юпитер (Зевс) и другие боги уничтожили титанов, которые также были ее детьми.

Гиганты, которыми командовал Энкелад, вступили с богами в битву, описание которой (по крайней мере, в том виде, в каком оно дошло до нас) напоминает пародию на Гомера; это почти комический пересказ мифа, содержащий чудовищные преувеличения. Например, Энкелада убивает Афина, бросив в него огромную гору; гора расплющивает гиганта и превращается в остров Сицилию.

Из реплики Арона можно сделать вывод, что Энкелад и другие титаны – отпрыски Тифона, но это не так. Тифон родился уже после поражения титанов, это было самое большое и страшное чудовище. Он вызвал Юпитера на поединок и практически одержал победу, потому что перерезал ему сухожилия рук и ног и спрятал их, парализовав великого бога. Найти сухожилия сумел только покровитель воров Меркурий (Гермес). Он вернул Юпитеру способность двигаться, и в конце концов царь богов убил Тифона, метнув в него несколько молний.

После упоминания об Энкеладе и Тифоне переход к Алкиду (Геркулесу) и богу войны (Марсу) выглядит значительным снижением накала страстей.

Готские принцы, напуганные яростью Арона, спрашивают, каковы его планы. Тот первым делом убивает кормилицу, стремясь уменьшить число лиц, посвященных в тайну. Затем он собирается подменить черного ребенка белым, который станет наследником престола. Тем временем Арон будет тайно воспитывать своего сына воином.

«…Рог отбил Тельцу»

Готовя месть, Тит симулирует безумие, чтобы сбить с толка Сатурнина и Тамору и заставить их поверить в то, что он не представляет опасности. Сумасшествие Тита (а он достаточно страдал, чтобы сыграть его достоверно) воплощается в поиски справедливости на небесах и в аду. Он восклицает:

Я в огненное озеро нырну

И вытащу ее [справедливость. – Е. К.] из Ахерона.

Акт IV, сцена 3, строки 44–45

Ахерон – еще одна из рек Аида (две другие, Стикс и Коцит, уже упоминались в пьесе).

Тит продолжает жаловаться на физические несовершенства Андроников, мешающие такому важному делу, как поиски справедливости. Он говорит брату Марку:

Марк, лишь кустарник, а не кедры мы;

Костяк наш сделан не под стать циклопам.

Акт IV, сцена 3, строки 46–47

Циклопы – одноглазые гиганты, ковавшие молнии для Юпитера. Во времена Троянской войны они жили на Сицилии. По крайней мере, Улисс на обратном пути из Трои столкнулся с таким циклопом по имени Полифем и победил его; это один из наиболее известных эпизодов «Одиссеи».

Однако основной способ поисков справедливости состоит в том, что Тит посылает в небо стрелы с привязанными к ним посланиями; в письмах, адресованных богам, он просит их восстановить справедливость. Все Андроники помогают ему. Тит подчеркивает свое безумие, делая вид, будто замечает, что его действия оказывают влияние на созвездия, которые Тит описывает так, словно они существуют на самом деле и имеют форму, соответствующую их названию.

Он говорит юному Люцию:

Славно, Люций! В лоно

Ты Девы угодил: теперь – в Палладу.

Акт IV, сцена 3, строка 65

Публию, сыну Марка, он говорит:

О Публий, Публий, что же ты наделал?

Смотри, смотри, ты рог отбил Тельцу.

Акт IV, сцена 3, строки 69–70

И Дева, и Телец – это знаки зодиака. Похоже, большинство шекспировской публики подозревало, что воображаемые создания, образованные воображаемыми линиями, соединяющими звезды, существуют на самом деле. Юмор заключается в представлении, что стрелы, посланные человеком, могут достичь их. (Кстати, Паллада – второе имя греческой богини Афины.)

Марк поддерживает игру в безумие. Он говорит Титу:

…выстрелил наш Публий,

И Бык, задетый, Овна так боднул,

Что во дворец рога бараньи сбросил.

Кто ж их нашел? Подлец императрицын.

Она же – рассмеялась и велела

Их цезарю в подарок поднести.

Акт IV, сцена 3, строки 71–76

Овен – также зодиакальное созвездие. Оно соседствует с Тельцом, поэтому можно вообразить, будто Телец напал на Овна. Это позволяет Марку отпустить любимую шутку елизаветинцев, намекающую на то, что император – рогоносец.

«…Как встарь Кориолан»

Если план Тита заключался в усыплении подозрений императора и императрицы, то он быстро провалился. Письма с призывом к Небесам приводят Сатурнина в ярость, потому что послания падают на римские улицы. Горожане, нашедшие их, начинают сочувствовать Титу, с которым поступили так несправедливо.

Кроме того, императора раздражает деревенский простофиля, доставивший ему послание Тита. Сатурнин приказывает повесить беднягу.

Он готов пойти еще дальше и арестовать Тита, но в это время гонец сообщает, что у ворот Рима стоит многочисленная армия готов:

Вновь готы поднялись и с силой ратной

Из удальцов, наклонных к грабежу,

Идут сюда стремительно; их Люций,

Сын старого Андроника, ведет,