Золотой песок - Джеймс Уиллард Шульц

заметили меня раньше и убежали в лес, который растёт вдоль реки. Я подъехал к его краю, спешился и вошёл в лес, думая найти оленей там. Я увидел одного – он стоял на тропе, выстрелил, и он упал. Я подошел к нему, чтобы освежевать его и взять мясо. Рядом с ним, сбоку от тропы, лежало это одеяло. Я поднял его, развернул и осмотрел – одеял такого цвета я прежде не видел. На нем было большое пятно, пятно засохшей крови. Я принес его домой вместе с мясом, и моя женщина отстирала его. Я думал – кто это был, оставивший одеяло в лесу, у звериной тропы, и почему он бросил такое хорошее одеяло?

– Не видел ли ты на тропе следы людей или лошадей? – спросил Одинокий Бизон.

– Много вапити, много оленей прошли по этой тропе, и затоптали все следы того, кто бросил одеяло. Как ты думаешь, кто это мог быть?

– Этого я не знаю. Многие проходили по долине вниз и вверх, всех мы не видели, – ответил Одинокий Бизон.

И теперь, когда он все пересказал, отец спросил:

– Одинокий Бизон, думаешь ли ты, что этот стоуни сказал правду? Ты действительно думаешь, что он нашёл это одеяло там, где сказал?

– Его глаза, когда он нам об этом рассказывал, были глазами говорящего правду.

– Да. И его женщины, следя за его знаками, кивали в знак согласия, – добавил Чёрная Выдра.

– И во всём лагере стоуни мы не видели других вещей, пропавших из хижины Белой Головы. Я теперь думаю, что они не знают о том, что он убит, – заключил Одинокий Бизон.

– Но мы согласились с тем, что странно выглядит, что они не спросили о хижине, не спросили о том, кто в ней живёт, – сказал я.

– После всего этого не так и странно. Почему им это должно быть интересно? Что им за дело, чья это хижина и кто в ней живет? – ответил Черная Выдра.

Апаки, которая готовила нам ужин и слушала наши разговоры, то и дело пожимала плечами и фыркала, теперь повернулась к нам и сказала:

– Как я вам говорила, когда мы нашли Белую Голову убитым, то и говорю сейчас: его убили белые. И как я сказала потом, то и повторю: его убили Красная Голова и Отмеченный Солнцем. И скажу больше: из своего лагеря, где-то внизу, они пробрались туда и убили его, а возвращаясь с украденными вещами, увидели, что кровь убитого испачкала одеяло, и выбросили его. В их лагере вы найдете другие одеяла, и много бумажных листков, и многозарядное ружьё, которое тоже украдено. Да, и я не сомневаюсь, что у них есть бумага из банки от дрожжей.

С этими словами Апаки отвернулась и вновь стала возиться со своими кастрюлями и сковородками.

Немного помолчав, отец сказал (больше себе, чем нам):

– Аксикум омани (может, оно и правда).

– Ах, – согласился с ним Одинокий Бизон.

– Мы должны как-то проверить их вещи, – сказал я.

Закончив ужин, мы с отцом вышли и сели на скамейку, взяв подзорную трубу. Я навел её на лагерь Красной Головы и увидел Малыша Марта, сидевшего у маленького костра рядом с палаткой, а сам Красная Голова направлялся к нам. Я понял это, когда он вошёл в лес, от которого тропа сворачивала к равнине, и сказал отцу, что к нам в гости едет Джек Бэрнс. Он только вздохнул.

Красная Голова, как я предпочитал его называть, скоро появился у подножия нашего голого холма, и, как только он показался из леса, оттуда же выехал другой всадник, по другой тропе, которая была в пятидесяти ярдах севернее и проходила северо-западнее, чтобы потом соединиться с основной, проходившей из долины на равнину. Его появление нас удивило – это был белый, а белых здесь было очень мало. Красная Голова тоже удивился: он остановил свою лошадь, мгновение смотрел на вновь прибывшего, потом схватил свое тяжелое ружье и прицелился в него.

– Эй, незнакомец! Смотри! Он хочет тебя убить, – крикнул отец.

Но в предупреждении необходимости не было, а может оно не было услышано: мужчина поднял ружье и что-то крикнул Красной Голове. Я затаил дыхание, весь дрожа. Я никогда не видел, как белые убивают друг друга, и меня это сильно напугало.

Глава 4

По следу Айдахо Джека

Красная Голова выстрелил первым, другой – секундой или двумя позже, с падающей лошади, потому что пуля Красной Головы поразила её прямо в грудь, и, когда лошадь упала, всадник упал вместе с ней, ударился головой и затих. Мы с отцом вскочили со скамейки и побежали к нему, Красная Голова с криками и грязными ругательствами резко развернул лошадь и скрылся в лесу, тем же путем, как и пришел. Наши индейцы, услышав выстрел, выбежали, спустились с холма и присоединились к нам рядом с упавшим человеком, лежавшим неподвижно; при падении он разбил голову, и рана на лбу кровоточила.

Красная Голова выстрелил первым, другой мужчина секундой позже

Это был мужчина около сорока лет, высокий, хорошо сложенный, волосы его были аккуратно причесаны, лицо гладко выбрито, одежда, хоть и поношенная, была чистой и аккуратной. Дышал он нормально, и мы решили, что он скоро придет в себя, но этого не случилось, и мы с помощью Одинокого Бизона и Чёрной Выдры перенесли его на холм к нашему посту и положили на мою кровать, а женщины пошли к убитой лошади, чтобы снять с неё седло и узду. Я принес воды и губку и промыл рану на лбу и лице. Отец принес аптечку, достал иглу и нитки и стал зашивать рану.

Это привело его в чувство, и его пришлось успокоить, пока работа не была закончена. После этого он сел, посмотрел на нас, ощупал лоб и сказал:

– Вот незадача. Едва не прикончил меня, верно ведь, этот Айдахо Джек. Я и не ожидал его здесь встретить.

– Так это и есть Айдахо Джек? Мы о нем слышали. Нам он сказал, что его зовут Джек Бэрнс, – сказал отец.

– Может, так и есть, но в лагерях золотоискателей его всегда звали Айдахо Джек. Самая большая сволочь во всей Монтане.

– Да?

– Да. Грабил на дорогах, крал золото из лотков, убивал, воровал, и такой скользкий, что ни одно их его дел не было доказано. Там, в Последнем Шансе, однажды ночью пропала моя лучшая верховая лошадь – я знаю, что её украли, потому