Зовите Василису Никитичну! - Анна Анинибуд

– Не трогайте его! – Лиза кулаками лупила Пашку, а он отмахивался.

Данька подбежал и увидел, что Серёга с Федькой катаются по полу, вцепившись друг в друга, а Пашка пытается наподдать Серёге в бок.

– Что случилось? – испуганно спросил Даня.

– Ну что ты стоишь! – крикнула Лиза, чуть не плача. – Разними их, они же его убьют!

«Как? Я? Разнять драку?» Данька был в нерешительности. Пару месяцев назад Пашка дубасил его в раздевалке за то, что он не дал ему списать и тот получил двойку. Пашка сильный и крепкий, и мяч он пинает так, что сразу в лоб.

Лиза посмотрела на Даньку и сказала:

– Эх ты, а я-то думала… Трус!

И тут Ужикову снесло крышу. То есть прямо вот ветром сдуло. Он подскочил к Пашке и оттолкнул его. Оказалось, что Данька тоже сильный! «Ну, конечно, я же теперь Серёга. Понятно, почему он не может нормально сопротивляться, в моём-то теле».

Вид отлетевшего в сторону Пашки придал Дане моральных сил. Он приободрился, внутри него что-то запело и заклокотало. Он схватил Федьку, который уже сидел верхом на Серёге, и резко дёрнул его назад. Федька завалился на бок и увлёк с собой Даньку.

Даня поднялся первым и подал руку Серёге.

– Козырь, ты чё? – возмущались друганы.

– За что вы его? – грозно спросил Даня и пошевелил Серёгиными оттопыренными ушами. Он недавно научился ими шевелить и считал, что со стороны это выглядит устрашающе.

– Он за меня заступился, – ответила Лиза. – Федя стал дразниться, а Даня его толкнул и велел просить прощения.

Серёга пыхтел и заправлял измятую рубашку в брюки, искоса поглядывая на своих друзей-задир.

– Придурки, что ли? – спросил их Данька и сам напугался своей смелости. – Уже девчонок задираете?

Тут он вспомнил, как иногда говорит про девочек бабушка:

– Это же ваши будущие жёны.

Федька прихрюкнул и рассмеялся:

– Жёны?! Ну нет, спаси-и-ибо!

И тут вдруг засмеялся и Серёга, а потом Пашка, и даже Лиза, которая легонько толкнула Даню в бок и покрутила пальцем у виска.

На этом конфликт был исчерпан. Без крови, на словах, как сказала бы Данина бабушка.

Андрей Андреич вёл в школе не только футбольную секцию, но и уроки физкультуры. Половина класса физру любила, бойко обращалась с мячом, бегала и прыгала.

Данька же относился к той половине, которая не любила такие игры, потому что была не настолько шустрая и прыгучая. А больше всего Данька терпеть не мог пионербол. Ненавидел его, как маринованный лук, даже сильнее.

Папа как-то рассказывал, какие у них были уроки физкультуры двести лет назад. Они, как пираты, лазали по канатам и даже прыгали через козла. Представляете? Вот привели бы козла в нашу школу, директор бы от одного его вида свалилась в обморок. А двести лет назад в каждой школе был очень терпеливый козёл, через которого прыгали.

Но потом всё изменилось, козла привязали за канат и куда-то увели, так что и канат, и козёл потеряли дорогу в спортивный зал. А жаль, потому что вместо них придумали пионербол.

Пионербол был раз в неделю обязательно. Будто специально в программе прописали: еженедельно мучить детей. Андрей Андреич давал классу мяч и кричал так же громко, как на футбольной секции. Но Данька его уже меньше боялся.

Класс разбился на две команды: шустрые и нешустрые. Серёга оказался в непривычной для него ситуации. Ребята робко топтались на месте, обречённо переглядывались. Данька знал, о чём они думают. Он сам так же топтался недавно, когда был собой. «Хоть бы сейчас звонок, хоть бы Андрей Андреич передумал, хоть бы не смеялись надо мной». Вот так каждый из них думал. Данькина же команда разминалась и в нетерпении улюлюкала. Мяч был в руках Лизы в команде нешустрых.

– Что встали? Кидайте мяч! – крикнул Федька, перескакивая с правой ноги на левую.

– Андрей Андреич, прогоните их, они всё равно бесполезные! – добавил Пашка.

Лиза приподняла подбородок, отошла в угол и стала собираться с силами, чтобы подать мяч. У неё никогда не получалось. Мяч всегда летел или в сетку, или свечкой вверх.

Серёга, поджав губы, переводил взгляд с Пашки на Федьку и вдруг громко сказал:

– Тайм-аут! Мы берём две минуты!

Андрей Андреич прямо обалдел от такой неожиданности и, конечно, дал две минуты.

Серёга подозвал свою команду и начал им что-то рассказывать. Потом отставил правую ногу назад, опёрся на неё и сильно размахнулся правой рукой. Все ребята сделали то же самое. Серёга кому-то отвёл руку сильнее, кому-то поправил ногу. «Учит», – догадался Данька и почему-то обрадовался.

Лиза встала на подачу. Серёга ободряюще ей кивнул. Она размахнулась и как запульнула мяч. И он перелетел сетку! Это застало шустрых врасплох, и мяч они не поймали. Наступила тишина, а потом Андрей Андреич хлопнул в ладоши:

– Один ноль! Молодец, Лиза.

Что тут началось… Началась настоящая игра. Мяч летал туда-сюда, все бегали и прыгали, потели и кричали. Выиграла, конечно, команда шустрых. Но с той, противоположной стороны сетки раскрасневшиеся ребята обнимались, смеялись и изображали друг друга. Ужикову очень захотелось к ним.

Он подошёл и сказал:

– Вы здорово играли!

Ребята сначала насторожились, а потом расплылись в улыбках.

– Если бы не Даня, мы бы не сумели, – ответила Лиза. И Серёга сразу зарделся и запыхтел.

– Вы тоже хорошо играли, – сказал Юра.

У Даньки появилось странное ощущение: будто в спортзале наступила весна.

Я в гости

Прошло уже больше двух недель, а Серёга с Данькой всё никак не превращались обратно. Вот почему, скажите, пожалуйста? Ссориться они перестали, мяч Ужик ловил через раз. Для него это прогресс, уж поверьте. Серёга второй день подряд сам за уроки садился, ему даже интересно стало. Приятное такое чувство, когда сам сделал, а потом получил четвёрку, а не тройку.

Пару раз тётя Таня давала ему поиграть в планшет. Потом с боем забирала. Конечно, у Серёги нет ни планшета, ни телефона, ни умных часов. Он, кстати, научился с них эсэмэсить. Отвлекал Ужиковых родителей от работы. Но они не злились, всегда отвечали.

По Федьке с Пашкой он скучал. С ними мяч гонять интересно, да и вообще. На переменах иногда подходил Юра и что-то там втирал про анимэ. Дал Серёге домой комиксы почитать. Прикольные оказались. Правда, Серёга дорисовал эти комиксы немного, а Юрка почему-то обиделся. И журналы свои перестал на переменах доставать. «Не знаю,