Зовите Василису Никитичну! - Анна Анинибуд

не было обидно, когда он обзывал Ужиком и лупил мячом прямо в живот. Мальчишки бегали, пинали мяч, совсем запыхались. Пару раз чуть не подрались, потому что Данька отпихнул Козыря рукой, а тот раскричался, что это не по правилам, и сам начал толкаться. Но всё равно было весело. Даня и не думал, что беготня с мячом может быть интересной. Что захочется прыгать и улюлюкать, забыв о времени.

И когда он уже совсем выдохся, неподалёку остановилась машина. Из неё вышли трое и направились к площадке.

– Эй, мальчишки! – крикнул высокий мужчина.

– Бежим! – Вдруг не своим голосом завопил Серёга и, схватив мяч, ринулся с площадки к домам.

Даня не сразу сообразил, куда и зачем бежать, и какое-то время стоял как вкопанный, а потом тоже побежал, догоняя Серёжкины пятки.

Вечерняя тьма сгущалась. Деревья в свете фонарей откидывали зловещую тень и, шурша, тянули к Дане свои кривые ветки. Какое-то из них подставило ему корнем подножку. Данька упал и в ужасе закричал:

– Серёга! Серёга!

Трое тоже бежали и кричали им вслед. Даня закрыл голову руками и заревел.

Кто-то остановился рядом с ним и тронул за плечо.

– Мальчик, ты не ударился?

Дядя Гена! Даня громко всхлипнул и поднялся. Тут он разглядел и своих родителей. Они обеспокоенно смотрели по сторонам:

– А Даня тут был? – дрожащим голосом спросила мама.

Он хотел было сказать: «Вот он я! Я тут, лежу с разбитой коленкой, заберите меня домой!» Но вспомнил про препарацию и сказал:

– Да, он вон туда побежал. Мы в футбол играли.

Мама сразу кинулась к домам за Серёгой, а папа удивлённо поправил очки и переспросил:

– В футбол? – и тоже побежал за мамой.

– И чего это вы такое место выбрали? Ужиковы всех соседей на уши подняли, ищут сына. Забирайся в машину, мы тебя домой отвезём, – сказал дядя Гена.

Даня ехал и думал, что футбол, оказывается, опасная игра и Серёга очень рискует, если станет футболистом. А ещё думал, что он тоже рискует: «Вдруг я открою в Африке новую змею, а она окажется ядовитой и ужалит меня!»

Ближе к себе самому

Сегодня Ужиков папа пришёл домой раньше обычного, с ноутбуком и большой папкой. А в ней чертежи и распечатанные таблицы, исчёрканные карандашом. Оказалось, что он профессор каких-то непонятных наук. И ему надо дописать доклад, но он решил сделать это дома, а не на работе.

Мама Ужика заулыбалась и сделала ему кофе с молоком, чтобы он не уснул.

– Спасибо, Танюш, – сказал Ужиков папа, и Серёжа, наконец, узнал, как зовут маму.

Он ушёл в Данькину комнату, которую уже мысленно начал называть своей. Внезапно сделал русский. Сделал и удивился: «Во я даю, сам домашку осилил!» Потом посмотрел в окно и порадовался, что с репетитором по английскому взяли паузу, так как надо подтянуть основные предметы в школе. Математику делать не хотелось, и он достал энциклопедию стран мира. В ней столько карт! На каждом развороте – карта новой страны и написано и нарисовано, кто там живёт, какие есть достопримечательности. Серёга уже до середины энциклопедии досмотрел.

В дверь постучала тётя Таня:

– Будешь горячее молоко?

Она села рядом с Серёжей на пол, поставила перед ним кружку с дымящимся белым молоком, а из другой сделала глоток.

– Что рассматриваешь?

– Коста-Рику.

– И что про неё пишут интересного?

– Что там богатая природа, есть вулканы и самый большой необитаемый остров в Тихом океане. Ходят легенды, что на нём зарыт клад. И у берегов острова водятся акулы!

– Ого! – Тётя Таня поставила свою кружку на пол и склонилась над картой Коста-Рики. – Я бы хотела там побывать, а ты?

– И я! Я бы хотел познакомиться с Навасом. Он родился в Коста-Рике, но про него тут ничего не написано.

– А кто это?

– Это крутой вратарь! Я тоже таким хочу стать.

– А как же серпентология? Уже не так интересно?

«Ой, я увлёкся и совсем забыл, что я Ужик. Чуть не прокололся».

– Змеи в первую очередь, – поправился Серёга, – а потом футбол. Или можно параллельно. Утром змеи, а вечером футбол.

Тётя Таня засмеялась и поцеловала его в макушку:

– Я рада, что вы с Серёжей Козыревым теперь ладите. Хорошо, когда много интересов: можно выбрать, чем хочешь заниматься. Пойду проведаю папу.

Она поднялась и, закрывая дверь, подмигнула Серёге. А он подумал, что хотел бы рассказать про Коста-Рику своей маме, чтобы она удивилась, обняла его и поцеловала перед сном. А Маше он бы рассказал про клад. Он прямо представил, как придумывает страшную историю про пиратов, а Масяня визжит и прячется под одеялом. Как же хочется домой…

Серёга вернул энциклопедию на место, встал посреди комнаты, глубоко вдохнул и медленно выдохнул. Покрутил головой, плечами, стопами. Сделал несколько наклонов в стороны, потом приседания. Сразу стало легче, будто он у себя дома. Сначала он почти каждый день делал зарядку, пока не превратился в Ужика, который только за учебниками и сидит. И, чтобы никто ничего не заподозрил, он тоже сидел как будто за учебниками. Просто смотрел на страницы или в окно. Чтобы Ужиковы родители поменьше вопросов задавали, зарядку он теперь делал редко, когда становилось совсем невмоготу. Вот сейчас как раз было невмоготу. Так захотелось хоть на минуточку оказаться собой, Козыревым Серёжей! Как можно думать о панике в мире, когда нужно срочно предотвращать панику внутри себя самого?

На пятом отжимании в комнату заглянул Данькин папа. Постоял в дверном проёме, посмотрел на Серёгу и вышел. Тот уже принялся за растяжку, как дверь снова открылась. Оба родителя переоделись: тётя Таня в велосипедки и футболку, а Ужиков папа в джоггеры и майку. Серёга чуть на шпагат от удивления не сел.

– Чё это вы? – спросил он.

– Не чё, а что. Давайте, кто больше отожмётся? – предложила тётя Таня. – Чур, я первая. Дим, считай!

И она начала отжиматься, как девчонка, с упором на колени, а Серёжа наконец-то узнал, как зовут Ужикова папу. Само собой, Козырев отжался больше всех: восемнадцать раз. Тётя Таня смогла только шесть.

Потом рухнула на пол и тихонько засмеялась. Дядя Дима снял очки и отжался семнадцать раз.

– Надо чаще тренироваться, совсем форму потерял, – расстроенно сообщил он.

– Может, завтра минут на десять пораньше встанем, зарядку сделаем? Лето на носу, море, все дела, – подмигнула тётя Таня.

– Давайте, – согласился Серёга.

Так в жизнь Ужиковых прочно вошла