Мы больше не ваши обезьяны! Как миллионы людей погибли в Африке, а мир этого не заметил. С 1945 года до наших дней - Иван Игоревич Мизеров

свет вполне могла бы родиться, допустим, «тюльпановая республика». Всякий мужчина, когда-либо сталкивавшийся с такой задачей, как подбор и покупка цветов для любимой женщины, либо коллеги по работе, да и мало ли для кого еще, замечал, что громадное их число имеет нидерландское происхождение. Причем самых разных, отнюдь не только знаменитых в качестве национального голландского растения тюльпанов. Розы, орхидеи – все на свете и на любой вкус. В 2011 году 82 % цветов на отечественных прилавках прибыли к нам из-за рубежа. Большая их часть – из Королевства Нидерланды. Между тем площадь страны плотин и деревянных башмаков – 41 500 квадратных километров: это 131 место в мире, меньше Московской области. Страна высоко урбанизирована, а в ее сельскохозяйственной сфере видное место занимает молочное животноводство, требующее даже на самых современных фермах каких-никаких пастбищ: коровам, чтобы оставаться здоровыми, нужно двигаться. Заметная часть территории Голландии, как известно, подвержена наводнениям. Ее почвы в целом не особенно плодородные, склонные к заболачиванию. И вот с учетом всего этого именно там выращивается такое количество цветов, что хватает и на обеспечение громадной России, и вообще на глобальное доминирование в данном сегменте продукции?

Один из рекламных плакатов «Юнайтед Фрут»

Конечно же, нет! Свыше 50 % от общего объема поставляемых на мировой рынок срезанных цветов с плантаций Африки, Азии и Латинской Америки сначала попадает на аукционы Голландии. И далее реализуется, соответственно, под нидерландскими брендами. Четыре из десяти цветов, продающихся в Европе, выращены в Кении. А есть в Африке такие страны, как, к примеру, Того: сельское хозяйство составляет там 29 % от ВВП, в нем занята основная масса населения – и при этом, несмотря на превосходный климат, продовольствие приходится импортировать. Выращивают в основном хлопок, кофе и цветы – этим сыт не будешь. А теперь вообразите, что вдруг по каким-либо причинам данные экспортные товары у тоголезцев не купили… Что тогда станется с государством и его жителями?

Возвратимся в Центральную Америку 1890–1900-х годов. Чем она была к этому времени? Кучкой маленьких, разобщенных государств со слаборазвитой промышленностью и хилыми армиями, но уже вовлеченных в мировой рынок. Не время сейчас расписывать, как так вышло – для этого потребовалось бы пересказать историю распада Соединенных Провинций (Штатов) Центральной Америки, а прежде того – их выхода из состава Мексиканской империи. По-хорошему начать бы пришлось вообще с процесса революционного отделения от Испании ее колоний в Новом Свете. Достаточно будет следующего: политическая нестабильность за без малого столетие независимости стала доброй региональной традицией. Но вот ничего похожего на настоящие революции – такого, что сносило и обнуляло бы всю предыдущую социально-экономическую систему, здесь и в помине не бывало. Основным экспортером товаров в Центральную Америку продолжительный период времени являлись англичане, хотя в политическом отношении регионом они интересовались слабо и в целом не желая портить отношений с США, которые четко обозначили свои приоритеты в рамках доктрины Монро, вели себя достаточно осторожно. В Мексике в свое время с занятными прожектами изрядно покуролесили французы во главе с Наполеоном III. Время от времени пыталась нарастить свое влияние и бывшая метрополия – Испания: без особенных успехов. С каждым новым десятилетием последовательно набирали в силах США – и, подобно малым космическим телам, попавшим под воздействие гравитации крупного, центральноамериканские государства стали постепенно входить в орбиту Вашингтона. Но неоколониализмом это еще не было.

Что же изменилось?

Здесь несколько слов следует сказать о так называемой политике большой дубины. Что это такое? Ну, пожалуй, начать стоит с того, что данную сентенцию очень любил повторять в публичных выступлениях Теодор Рузвельт – человек, который придал многим ранее уже проклевывавшимся в американской внешней и внутренней политике тенденциям много большую определенность. Так сказать, подчеркнул и обвел их жирным, благо характер у него был соответствующий – решительный до грубости. Собственно, полностью фраза звучала так: «Говори мягко, но держи в руках большую дубинку, и ты далеко пойдешь». Рузвельт утверждал, что это – западноафриканская поговорка, однако каких-либо более ранних примеров использования этой цитаты, как и записей о ее существовании в этом регионе, исследователями обнаружено не было. Так что, по всей вероятности, будущий 26-й президент США выдумал ее сам.

Ну да это – частности. Более важно – что она, эта политика, в действительности собой представляет. В Центральной Америке, уже вовлеченной в мировую хозяйственную систему, было сравнительно немного активов, достаточно интересных большим империалистическим хищникам эпохи, чтобы драться за нее, как примерно в эти же годы за Африку. Вдобавок там живут все же не голозадые дикари, а люди, имеющие какие-никакие представления о том, как устроен современный им мир. Помнящие собственную историю освобождения от Испании – и причины, которые побудили браться за шпагу Симона Боливара и остальных. Покорить их будет не так-то просто. И всевозможные Сальвадоры и Гондурасы не трогали. В них помаленьку развивалась своя политическая жизнь. Одна хунта сменяла другую, дела шли своим чередом. Но… как добиться власти? Если вы – харизматичный полковник, то можно попытаться поднять своих бойцов и взять ее силой. А если нет? Тогда самый верный путь – наобещать согражданам с три короба. Именно Латинская Америка была одним из центров зарождения политического популизма. Когда же дело сделано, надо расплачиваться по счетам. Но чем? От предшественника вам досталась казна в виде трех пустых сундуков, в одном из которых повесилась крыса. Безусловно, можно в каком угодно количестве напечатать банкнот с собой, любимым на аверсе, но только итогом будет то, что за них вместо сдачи звонкой монетой начнут давать в морду. Какой же выход? А очень простой – взять внешний заем! И вот здесь появляется с хитрым прищуром либо непосредственно Дядюшка Сэм, т. е. американское правительство, либо граждане США – и предлагают искомое. Тут-то все и заверте…

Долг, как известно, красен платежом. А чем отдавать? Не делать этого вообще? Отличная идея, но есть свой риск – та самая пресловутая Большая дубина. В силовом отношении Штаты на порядок превосходили любую из стран континента, а главное – ущерб, который они могли нанести, вполне перекрывал, даже в первых прикидках, сумму долга, хотя и та была немалой. Тогда как? Перекредитоваться! Блестяще! Этим можно оттянуть сроки на годик-другой – иногда за это время к власти успевает прийти уже ваш сменщик. И вот тут… А здесь выясняется, что отдавать можно, как сказали бы сейчас, натурой. И не в смысле поставок натурпродукта в виде тех же бананов, а в смысле разного рода преференций для бизнеса и государственных структур страны-кредитора. Раз – и его роль и доля в вашей экономике становится подавляющей. На игровом поле свободного рынка судья