От Садового кольца до границ Москвы. История окраин, шедевры зодчества, памятные места, людские судьбы - Сергей Константинович Романюк

Еще один всплеск строительной деятельности в монастыре относится к началу XVIII в. – тогда, начиная с 1730 г., в продолжение более чем 20 лет строилась колокольня над западными воротами, так и оставшаяся незаконченной. Проект ее составил петербургский архитектор Д. Трезини, а начал строить московский Иван Шедель. Денег не хватало, строили с большими перерывами, и только в 1753 г. архитектор А.П. Балашов закончил колокольню, но все-таки капители колонн остались неотделанными. К этому же строительному периоду относится и Тихвинская церковь над главными северными воротами «с приезду», построенная на пожертвования царицы Прасковьи Федоровны, жены царя Ивана V. Это изящное сооружение несет на себе черты новой петровской архитектуры, но в то же время сохраняет живую связь с «нарышкинским барокко». Автор ее неизвестен, но предполагают, основываясь на некотором сходстве ее с Меншиковой башней, что ее построил Иван Зарудный.

Рядом с воротами, с западной стороны от них – караульня 1693 г. с надстройкой над ней 1734 г. архитектора Ивана Мичурина. Здесь содержался под домашним арестом патриарх Тихон: ему в 1922 г. отвели три комнаты на втором этаже, откуда он не имел права никуда выходить, кроме прогулок по высокой площадке вокруг церкви, где он подавал благословение собиравшимся внизу. В этом доме на патриарха совершили покушение и отсюда перенесли его тело в Малый собор.

В 1714 г. возвели небольшую церковь Св. Евфимия рядом с больничным корпусом, совсем перестроенную Голицыными в начале XIX в. и переосвященную во имя архангела Михаила. Она выпадает из общего облика монастырских строений, принадлежа к совсем другому периоду развития архитектуры (есть сведения, что автором ее был архитектор И.В. Еготов). В ней находился отдел музея, посвященный мемориальной скульптуре.

Кроме церковных строений, в монастыре в 1758–1760 гг. появились каменные монастырские кельи. Одноэтажное здание их рядом с Михайлоархангельской церковью надстроено в 1891 г. архитектором А.П. Поповым.

С левой стороны от Большого собора находится уютный дом настоятеля; первый, каменный, этаж датируется 1749–1750 гг., а второй, деревянный, – 1779–1781 гг. Позади него находился распланированный сад с разными хозяйственными постройками, от которых осталось здание бани (с правой стороны от северных ворот).

Донской монастырь известен был своим кладбищем – самые ранние надгробия находятся в грузинском некрополе в подвале Большого собора, а на основной его территории еще и сейчас множество памятников. Кладбище Донского монастыря стало со второй половины XVIII в. по преимуществу дворянским и в некоторой степени привилегированным, чему способствовала огромная цена, запрашиваемая монахами за погребение – до трех тысяч рублей в середине XIX в.

Благодаря этому обстоятельству мы сейчас можем любоваться настоящими произведениями искусства, сохранившимися на монастырском кладбище – работами И.П. Мартоса над могилами С. Волконской, М. Собакиной и А. Кожуховой; Ф.Г. Гордеева – Н. Голицыной; С.С. Пименова – М. Голицына; В.И. Демут-Малиновского – Е. Барышниковой; И.П. Витали – Н. Барышникова; Н.А. Андреева – К. Ясюнинского; Г.Т. Замараева – И. Козлова. Здесь же покоятся родные А.С. Пушкина – бабушка Ольга Васильевна, дядя Василий Львович, тетки Анна и Елизавета Львовны, там же были похоронены и его брат Павел и сестра Софья, умершие маленькими (их могилы не сохранились), друг Пушкина С.А. Соболевский, С.А. Римская-Корсакова (прототип Софьи из грибоедовской комедии «Горе от ума»), декабристы П.Н. Свистунов и В.П. Зубков, архитекторы О.И. Бове и Н.И. Козловский, автор популярного учебника математики К.П. Буренин, мать писателя В.П. Тургенева, горнозаводчик П.А. Демидов. На этом же кладбище похоронена душегубица, «враг рода человеческого» Салтычиха.

На Донском кладбище – могилы знаменитых деятелей нашей истории, науки и культуры: П.Я. Чаадаева, Н.П. Сумарокова, В.Ф. Одоевского, Ф.И. Иноземцева, М.М. Хераскова, Н.Е. Жуковского, В.А. Соллогуба, Д.И. Фонвизина, В.О. Ключевского, В.Г. Перова и многих других.

На кладбище сооружались маленькие церкви – так, за Большим собором стоит ротонда церкви Св. Александра Свирского – усыпальница графов Зубовых (1796–1798 гг.), рядом с ней – миниатюрная церковка Св. Иоанна Лествичника, построенная по завещанию генерал-майора Ивана Филипповича Терещенко, умершего 20 февраля 1907 г. Он жил рядом с монастырем и был владельцем завода, называвшегося «Московские обозные мастерские», перешедшего по его завещанию к Главному интендантскому управлению. Поодаль, у северных ворот, – здание в византийском стиле церкви Иоанна Златоуста и Св. Екатерины над склепом фабрикантов Первушиных (1888–1891 гг., архитектор А. Венсан), где долгое время находились фототека и изобразительные фонды Музея архитектуры.

Уже в конце XIX в. кладбище было переполнено, и в начале следующего к нему присоединили обширный участок с южной стороны, начав строить там новую кладбищенскую церковь Свв. Серафима Саровского и Анны Кашинской (по проекту З.И. Иванова) с 450 склепами, расположенными в три яруса. Церковь эту перестроили в советское время в крематорий (1927 г., Д.П. Осипов и Н.Я. Тамонькин), а теперь церковь опять действует. На новом кладбище обращает на себя внимание большое надгробие первого председателя Государственной думы юриста С.А. Муромцева. Бюст Муромцева лепил известный в то время скульптор П.П. Трубецкой, никогда не видевший Муромцева, и в газетах отмечалось совершенное несходство внешнего облика. На этом же кладбище похоронены старшая дочь А.С. Пушкина Мария Александровна Гартунг, психиатр Н.Н. Баженов, основатель электровакуумной промышленности СССР К.Б. Романюк, математик С.Л. Соловьев, химики М.И. Кабачник, И.В. Петрянов-Соколов, архитектор М.И. Синявский, дирижер Б.Э. Хайкин и другие известные деятели науки и искусства.

Как недавно выяснилось, в Донском крематории сжигали трупы расстрелянных коммунистами невинных людей, и прах их был закопан здесь же на кладбище. С левой стороны от здания находятся памятники жертвам политических репрессий 1945–1953 гг., а также японским военнопленным, премьер-министру Венгрии Иштвану Бетлену и другим.

У Донского монастыря находилась слободка монастырских слуг, окруженная полями и лугами, которые стали застраиваться уже в начале XX в. Тут, за линией Камер-Коллежского вала, образовалось несколько улиц под номерами, имеющие название Михайловских проездов (по фамилии одного из владельцев). Самое интересное и в то же время самое загадочное здание находится во 2-м Верхнем Михайловском проезде (№ 4). Это так называемая «Дача-голубятня». Кто ее назвал так, неизвестно, но здание действительно похоже не столько на городскую постройку, сколько на какой-то парковый павильон, садовую «затею».

Никаких документов о ней не сохранилось, предполагают, что здание было приобретено кем-то из владельцев этого участка на распродаже строений на соседней Большой Калужской улице и перенесено сюда. В 1920-х гг. на заседании общества «Старая Москва» известный знаток Москвы Н.П. Чулков сообщал, что, по местному преданию, дом принадлежал масонам, и из него, конечно же, был подземный ход. Известно, что перед большевистским переворотом октября 1917 г. в этом доме жил скульптор К.Ф. Крахт, где у него была мастерская; после октября 1917 г. на втором этаже