Котовасия. Приключения кота по имени Тигр - Екатерина Васильевна Залесская

А этот хитрец наелся, морда довольная, и давай отходить. Тут я вора и настиг. Выскочил из укрытия, хвост трубой, шерсть вздыбил и клыки показываю. Пусть знает, кто в Котовасии хозяин. Ну это я так, образно. Так-то у нас тут у всех взаимовыгодные отношения, партнёрство, можно сказать.

— Пф-ф-ф, — взъерошился пришелец. И смотрит на меня глазищами.

Я поначалу чуть испугался: глаза-то разного цвета. Один голубой, а второй — жёлтый. Да и шерсть какая-то заморская. Сразу видно, не наш кот будет. Породистый. И тут он замахнулся на меня.

А я со смеху чуть не покатился — когти подстрижены. Вот воин нашёлся, с маникюром на охоту.

— Аха-ха, — ну не сдержался я, даже как-то жалко такого вора стало.

— Чего ржёшь? — ответил тот.

Только вот что оказалось: кошка это, а не кот. Вы не думайте, я по голосу отличаю. Вот уж чудо в перьях.

— Я не лошадь, я кот! В отличие от некоторых. — И снова засмеялся.

Тут кошка эта разноглазая как кинется на меня, лапой по морде треснет, аж искры из глаз посыпались. Такого я точно не ожидал. Но инстинкт, знаете ли, срабатывает в секунду. Расправил я плечи, да в ответ её за бок куснул.

Простите, дамы милые, я вас уважаю. Но тут дело нечестное. Мало того что из-за этой воришки породистой мы без нормального обеда почти неделю сидим, так ещё и первая в бой лезет. У животных свои законы и порядки.

— Ай, — отскочила белянка, но в беглянку не обратилась, — что за день!

Отсела в сторону, обидчиво так глянула своими бусинами разноцветными и отвернулась. Молчит. Вот не люблю я этого неловкого молчания, хоть тапком в меня кидайте. Что прикажете говорить? Ну, пришла б она нормально, может быть, и поболтали бы. А тут такое дело.

— Знала я, что еду тут достать можно. Вот и зашла… — оправдываться стала воришка.

— А что, просто так прийти познакомиться нельзя? Сразу жульничать надо? — возмутился я, да как-то неуверенно вышло.

— Чтобы вы ко мне как к принцессе стали относиться? «На тебе, ангорочка, мяско, на тебе, красавица, рыбку». Знаю я! Все ко мне как к принцессе относятся. Фу, даже кличку такую придумали. Стыдоба, да и только. А я не хочу декоративной статуэткой в доме сидеть! Предки наши воинами были, — кошка гордо подняла подбородок.

А вот действительно голова необычная, видать, породистая эта белянка.

— Про свитер ангорский слыхал, Валентина соседке в уши жужжала что-то, а про кошек — нет. Всё равно воровать нехорошо! Мама не учила разве, — ухмыльнулся я.

— Вот видишь, и ты туда же! — ответила кошка и выбежала со двора.

Вот чудная. Хотя и права, наверное. Ну какая кошка, да ещё и породистая — воин? Смех, да и только. Но с едой управляется быстро. Да и мне от неё досталось. Хорошо, что никто не видел. А то засмеяли бы: получить тумаков от дамочки, да ещё и домашней.

Зато следующие дни еду нашу никто не воровал. Видать, нашла другую кормушку бесплатную. И поделом ей, дикий кот домашнему не товарищ. Погуляла, видно, да на перинки пуховые вернулась. А может, время для маникюра пришло. Слышал я, что даже стилисты да салоны красоты для таких барышень есть. Ух, хорошо, что я сам по себе. Я бы такого точно не выдержал.

Укол от позора

Не успел я зайти в Котовасию, как стрелой перед глазами пролетел Багет, за ним припустил Багет-младший и Федька. В конце этой безумной кавалькады, пыхтя от усилий, ковылял Тюлень.

— Что случи… — попытался я узнать, но увидел взлохмаченную Валентину. Она неслась прямо на меня, так что пришлось бежать следом за друзьями по несчастью.

Я обогнал Тюленя и старался подбодрить товарища, уж очень ему тяжко было вторую половину туловища протиснуть под калиткой.

— Давай, я в тебя верю! — помогал ему и Багет-младший.

Ему-то что рассуждать, он просвистел под забором, словно пуля.

— Мяу-у-у-у-у, — взвыл Тюленюшка.

И тут Валентина его настигла. Признаюсь, мне стало любопытно, что произошло и что будет дальше. Подумалось сначала, что коты что-то стащили, ну с кем не бывает. Вот и я недавно со стола в беседке не удержался и хвост рыбёхи жареной в панировке уволок. А что, сами виноваты, нечего такую вкусноту без присмотра оставлять! Да и почём мне знать было, что Игорёк только хвостики рыбные и ест. Ещё был вариант, что за пакеты разодранные или таз с водой перевёрнутый нам нагоняй выписали. Но причина оказалась куда сложнее.

Пока я в воспоминания погружался, Валентина добежала до Тюленя и схватила его одной рукой, пардоньте, за не очень худую филейную часть. Затем резко взмахнула второй рукой со шприцем и вонзила иглу, словно кинжал, в Тюленя. Тот заорал. У меня холодок пробежал под шерстью.

— Всё, нам конец! Валентина взбесилась и хочет нас усыпить! — мяукнул я слабо и пошел отсюда подобру-поздорову.

Два дня и две ночи я не спал нормально и не ел. Как же так? Как же быть? Единственная пристань наша котовья теперь недоступна. А главное, за что? Ах, Тюлень-Тюлень, прости, что не уберегли. Нельзя же так с друзьями. В голове моей рыжей не укладывались мысли, что люди, особенно такие, как Валя и Игорёк, могут быть настолько жестоки. Не верю!

— Гав! — улыбнулся Барбос.

— Чего тебе? — ещё этого тут не хватало.

— Что не приходишь в Котовасию?

— Ты смеёшься надо мной? Или тебя подослали? — прошипел я и на всякий случай выпустил когти.

— Валентина переживает. Уже всех ваших привили, один ты остался.

Вот здрасьте-приехали! Всех «наших» уделали, значит, а Балбеса этого оставили? Слыхивал я, что есть люди, которые только собак или только кошек ценят. Но никак не думал, что и нас эта участь печальная коснётся. Значит, сделали свой выбор? Ух, как я зол! Выцарапал бы их дурь, если б смог только.

— Что ты нервный такой? Я тоже привился и ничего, даже спокойней стал, — гавкнул Балбес.

— Что ты сделал? А ну-ка суть расскажи, не понял я что-то, — навострил я уши.

— Ну ты и деревня!

— Вш-ш!

— Ладно-ладно. Всё по порядку. Бешенство у нас тут в деревне у животных заметили. Вон Игорёк говорил Вале, я сам слышал, что несколько соседских котов подцепили. Чуть хозяйке глаза не выцарапали.

— Это не те, случайно, что на прошлой неделе с нами чуть в драку не полезли?

— Да-да-да! Бешенство — болезнь такая у