Три путешествия в Страну невыученных уроков. Все приключения в одном томе - Лия Борисовна Гераскина

Белый медведь ревел так, что заглушал всех:

– Дайте мне наконец север! Или я сварюсь в собственной шкуре!

Негритёнок заметил меня и сказал:

– Белый мальчик, у тебя доброе лицо. Спаси нас!

– Пожалей! – взмолился маленький чукча.

– Кто вас туда загнал?! – крикнул я им снизу.

– Виктор Перестукин! – хором ответили мальчишки, медведь и обезьянка. – Он перепутал географические пояса. Спаси нас! Спаси!

– Не могу! Мне надо сперва отыскать своего кота. Потом, если у меня останется время…

– Спаси нас, – пискнула обезьянка. – Спаси, и мы отдадим тебе твоего кота.

– А разве Кузя у вас?

– Не веришь? Смотри! – рявкнул медведь.

И тотчас же на Жаркой горе появился мой кот.

– Кузя! Кис, кис, кис, – позвал я кота и запрыгал от радости.

– Я умираю от жары, спаси! – прохрипел Кузя и исчез.

– Держись! Иду к тебе!

Я стал взбираться на гору. На меня пахнуло жаром, как из огромной духовки.

– Хозяин! – услышал я голос Кузи совсем с другой стороны.

Я оглянулся и увидел кота уже на Холодной горе, рядом с обезьянкой. Кузя дрожал от холода.

– Я замерзаю. Спаси!

– Держись, Кузя! Я бегу к тебе!

Быстро сбежав с Жаркой горы, я стал карабкаться по льду на другую гору. Меня охватило холодом.

– Хозяин! – снова раздался Кузин голос.

Кот уже стоял на Жаркой горе рядом с медведем. Я скатился по льду на середину дороги. Мне стало ясно, что они не отдадут мне Кузю.

– Отдайте мне моего кота!

– А ты скажи: в каких поясах мы должны жить?

– Не знаю. Когда учительница рассказывала о географических поясах, я читал тайком книжку про шпионов.

Звери, услыша мой ответ, заревели, а мальчики заплакали. Медведь грозил меня растерзать, а обезьянка обещала выцарапать глаза. Кузя хрипел и задыхался. Мне было страшно жаль их всех, но что я мог сделать? Я обещал им выучить все моря и океаны, материки, острова и полуострова. Но они требовали одного: я должен был вспомнить географические пояса.

– Не могу! Не могу! – закричал я отчаянно и заткнул пальцами уши. Сразу стало тихо. Когда я вытащил пальцы, то услышал голос Кузи:

– Я умираю… Прощай, хозяин…

Не мог я дать Кузе умереть. И я крикнул:

– Дорогая География, помогите!

– Здравствуй, Витя! – сказал кто-то возле меня. Я оглянулся. Передо мной стоял мой учебник географии.

– Ты не можешь вспомнить географические пояса? Какая чепуха. Ты же это знаешь. Ну, в каком поясе живёт обезьяна?

– В тропическом, – ответил я так уверенно, как будто и раньше знал об этом.

– А белый медведь?

– За Полярным кругом.

– Отлично, Витя. Взгляни направо, потом налево.

Я так и сделал. Теперь на Жаркой горе сидел весёлый негритёнок, ел банан и улыбался. Обезьянка взобралась на пальму и корчила смешные рожицы. Потом я взглянул на Холодную гору. Там развалился на льду белый медведь. Наконец-то его перестала мучить жара. Маленький чукча махал мне меховой рукавичкой.

– Где же мой Кузя?

– Я здесь.

Кот смирно сидел у моих ног, обернув хвостом свои лапы. География спросила меня, что же я желаю: продолжать путешествие или вернуться домой?

– Домой! Домой! – замурлыкал Кузя и прищурил свои зелёные глаза.

– Ну а ты, Витя?

Я тоже хотел домой. Но как туда попасть? Мой мяч куда-то снова исчез.

– Теперь, когда я с вами, – спокойно сказал учебник географии, – никакой мяч не нужен. Я знаю все дороги в мире.

География махнула ручкой, и мы с Кузей поднялись в воздух. Поднялись и тут же опустились у порога нашего дома. Я вбежал в свою комнату. Как я соскучился по дому! Здравствуйте, столы и стулья! Привет вам, стены и потолок! А вот и мой милый стол с разбросанными учебниками и гвоздями.

– Как хорошо, Кузя, что мы уже дома!

Кузя зевнул, отвернулся и прыгнул на подоконник.

– Завтра же ты пойдёшь со мной в школу и подтвердишь мой рассказ о Стране невыученных уроков. Ладно?

Кузя разлёгся на подоконнике и стал размахивать хвостом. Потом вскочил на лапы и уставился в окно. Я тоже выглянул. По двору важно шла Топси – кошка Люси Карандашкиной.

– Слушай меня, – строго сказал я Кузе. – Завтра же ты… Почему ты не отвечаешь? Кузя!

Кот упорно молчал. Я потянул его за хвост. Он мяукнул и спрыгнул с подоконника. Всё! Я понял, что больше не услышу от него ни слова.

Учебник географии, наверно, стоял за дверью. Я выбежал, чтобы пригласить его в дом.

– Входите, дорогая География!

Но за дверью никого не было. На пороге валялась книга. Это был мой учебник географии.

Из кухни послышался мамин голос.

Как я мог забыть о ней! Как посмел, не спросясь, улететь в Страну невыученных уроков? Бедная мамочка, она ведь страшно беспокоилась.

Мама вошла в комнату. Моя дорогая, самая лучшая, самая красивая, самая добрая мама на свете. Но она ничуть не казалась взволнованной.

– Ты беспокоилась обо мне, мамочка?

Она удивлённо и внимательно на меня посмотрела. Это, наверно, потому, что я редко называю её мамочкой.

– Я всегда беспокоюсь о тебе, – ответила мама. – Скоро экзамены, а ты так плохо готовишься. Горе ты моё!..

– Мамочка, мамочка моя дорогая! Я больше не буду горе твоё!

Она нагнулась и поцеловала меня. Она тоже редко это делала. Наверно, потому что я… Да ладно уж!.. И так понятно.

Мама ещё раз поцеловала меня, вздохнула и пошла на кухню. От неё остался вкусный запах жареной курицы. Уходя, она включила радио, и я услышал: «В передаче принимали участие учительница школы номер двенадцать Зоя Филипповна Краснова и ученица этой же школы Катя Пятёркина. Передача для детей окончена».

Что такое? Нет, этого не может быть! Неужели за то время, пока шла радиопередача, я успел побывать… Так вот почему мама ничего не заметила!

Я взял дневник и снова прочёл, какие уроки были заданы на завтра. Исправил задачу о землекопах, правильно решил задачу о портном.

Явилась Люська Карандашкина с распущенной косичкой. Я не хотел ей рассказывать о своём путешествии… но не удержался. Рассказал. Конечно, она не поверила. Я очень рассердился на неё.

На другой день после уроков у нас было классное собрание. Зоя Филипповна попросила неуспевающих ребят рассказать, что им мешает хорошо учиться. Каждый что-нибудь да выдумывал. А когда дошла очередь до меня, я прямо сказал, что мне никто не мешает. Вернее, мешает один человек. И этот человек – я сам. Но я буду с собой бороться. Все ребята удивились, потому что