Путеводитель по Шекспиру. Греческие, Римские и Итальянские пьесы - Айзек Азимов

вернувшийся женатым человеком, выслушивает свой приговор. Герцог переносит представление Анджело о справедливости на него самого и говорит, что в данном случае высшее милосердие – это немилосердное правосудие, взывающее:

«За Клавдио – наместник, смерть за смерть!»

Всегда ведь отвечает гневу – гнев,

Любви – любовь; так по его примеру

И воздадим мы мерою за меру.

Акт V, сцена 1, строки 412–414

Это требование воздавать злом за зло считается примитивной этикой древних религиозных культов. В Ветхом Завете говорится: «Кто сделает повреждение на теле ближнего своего, тому должно сделать то же, что он сделал. Перелом за перелом, око за око, зуб за зуб…» (Лев., 24: 19–20). Конечно, в каком-то смысле это ограничивало проявление мести. Если человек выбивал кому-то зуб, местью должно было стать не убийство, а ответное выбивание зуба. Тем не менее доктрина «око за око, зуб за зуб» казалась варварской тем, кто не превращал равное возмездие в фетиш.

Обычно считают, что Новый Завет отменил процитированную выше доктрину Ветхого Завета, ибо в Нагорной проповеди Иисус провозгласил: «Вы слышали, что сказано: «око за око, и зуб за зуб». А я говорю вам: не противься злому» (Мф., 5: 38–39).

Однако далее в той же самой проповеди Иисус говорит: «Не судите, да не судимы будете. Ибо каким судом судите, таким будете судимы; и какою мерой мерите, такою и вам будут мерить» (Мф., 7:1–2). Можно считать, что этот последний отрывок относится к правосудию небесному, но он пригоден и для человеческого правосудия; таким образом, вновь торжествует принцип «око за око, зуб за зуб».

Именно с этим тезисом Нового Завета и спорит пьеса Шекспира: не случайно название пьесы заимствовано из данного фрагмента.

«…Оставьте жизнь ему»

Мариана умоляет сохранить Анджело жизнь, но граф ее муж, и она любит его. Ей легко просить о помиловании этого человека. А что же Изабелла?

Для Изабеллы Анджело – всего лишь злодей. Он пытался отнять у нее и честь, и брата; насколько ей известно, ее брата казнили. У нее нет причины просить о помиловании Анджело, зато есть все основания желать мести. Мариана умоляет девушку присоединиться к ее просьбе; Изабелла медленно опускается на колени и говорит герцогу:

Я думаю, – я верю, —

Что искренним в своих делах он был,

Пока меня не встретил. Если так,

Оставьте жизнь ему.

Акт V, сцена 1, строки 448–451

Вот почему герцог не говорил Изабелле, что ее брат жив. Она должна была простить Анджело в худшую минуту своей жизни. Должна была наконец познать милосердие.

Анджело получает прощение. Многие критики (такие же безжалостные, как сам Анджело) осудили за это пьесу; им хотелось, чтобы подлого наместника повесили. Но разве милосердие необходимо проявлять только по отношению к тем, кому мы сочувствуем? Если так, то какой прок от этого милосердия? С какой стати нам ждать милосердия от Шейлока, который вовсе не сочувствует Антонио, или от Анджело, который искренне осуждает поведение Клавдио? Милосердие нужно проявлять именно по отношению к тем, кого мы ненавидим, иначе это слово вообще не имеет смысла.

«Тебе прощу я клевету…»

Но герцогу предстоит дать еще один урок – на этот раз самому себе. Простив всех, даже убийцу Бернардина, герцог приходит к выводу, что одного человека он простить не может. Того человека, который виноват перед ним лично: клеветника Луцио.

Герцог приказывает Луцио жениться на проститутке, которой он сделал ребенка. После этого его накажут плетьми и повесят.

Этот позорный брак пугает Луцио больше, чем все остальное. Он пытается острить даже в последнюю минуту. Однако герцог принуждает себя проявить милосердие и в данном случае. Он говорит:

Ты женишься, клянусь моею честью, —

Тогда тебе прощу я, так и быть,

И клевету, и все грехи.

Акт V, сцена 1, строки 521–523

Затем, в последней речи, герцог выражает желание жениться на Изабелле, и на этом пьеса заканчивается.

Глава 25

«Буря»

Хотя большинство собраний сочинений Шекспира начинается «Бурей», на самом деле это последняя пьеса драматурга, написанная им без соавторов; она датируется 1611 г. Единственное, что Шекспир создал впоследствии, – это части «Генриха VIII» и «Двух знатных родичей», написанных в основном Флетчером.

Приятно думать, что Шекспир закончил свою карьеру драматурга именно «Бурей», потому что она знаменует собой возврат к солнечным комедиям, написанным десятью годами раньше. Можно только радоваться тому, что великий человек завершил свое творчество на взлете.

Более того, «Буря» – наиболее завершенное создание Шекспира; похоже, это единственная пьеса, сюжет которой придумал он сам.

«Любезный боцман…»

Пьеса начинается сценой на борту корабля, застигнутого штормом. Корабль везет группу итальянских вельмож; как и во многих других пьесах фантастического содержания, Шекспир выбирает местом действия воображаемую Италию.

Команда отчаянно пытается спасти корабль. На палубу поднимается итальянский аристократ и говорит:

Любезный боцман, постарайтесь. Где капитан? Явите себя мужами.

Акт I, сцена 1, строки 9–10 (перевод М. Кузмина)

Это Алонзо, король Неаполя. С ним плывут брат Себастьян и сын Фердинанд. Неаполитанское королевство, существовавшее с 1100 по 1860 г., занимало южную часть Апеннинского

полуострова; обычно (но не всегда) в него входила и Сицилия. Столицей королевства был город Неаполь.

Алонзо – имя не итальянское, а испанское, производное от Альфонсо. Имена Себастьян и Фердинанд также хорошо известны в истории: так звали многих испанских и португальских монархов. В этом нет ничего удивительного, поскольку во времена Шекспира Неаполь был тесно связан с Испанией.

В 1420 г. Неаполем правила престарелая королева Иоанна (Жанна) II. Наследников у нее не было, и королева боялась, что ее страну захватит Франция. В то время соседней Сицилией правил Альфонс V Арагонский, и Жанна назначила его своим наследником. Позже она передумала, но Альфонс V отступать не собирался. После смерти Жанны в 1435 г. он начал долгую борьбу за право занять неаполитанский трон. В 1443 г. Альфонс Vодержал победу, сделал Неаполь столицей объединенного королевства, включавшего и Арагон, и начал править под именем Альфонса I Неаполитанского.

Арагон продолжал править Неаполем до 1479 г., когда Арагон и Кастилия объединились в результате династического брака, создав основу современной Испании. Единое Испанское королевство владело Неаполем не только