Сибирский приключенческий роман 3 - Виталий Галияскарович Гадиятов

«Связал меня с Высшим Разумом родной дедушка – шаман Орочон, – думал Степан. – Он не раз говорил, что мы наследники инопланетян. Значит, мы действительно пришельцы с другой планеты, значит, наши далёкие предки принесли на Землю свою цивилизацию, свою культуру, то, чего до них здесь не было или просто было утеряно. Получается, мы не произошли от обезьян, как учили нас в школе, а прилетели с другой планеты. Я помню, ещё над этим смеялся, сказав учительнице: “Почему же у нас нет хвостов?”, а она мне поставила двойку, чтобы я не умничал. Вот и всё объяснение. Но это было очень давно, сейчас у меня кругозор гораздо шире. Если посмотреть на Землю не глазами Дарвина, то получается совершенно иная картина: не было никакой эволюции – всё, что существует на Земле, создал Высший Разум. И всё изначально было именно таким, каким мы это видим сегодня».

Степан укрыл Розу, погладил волосы, она прижалась к его руке. Во сне она улыбалась, и было видно, что ей очень хорошо. Мысли о своём прошлом снова вернулись, они требовали выхода наружу: «Тогда, может быть, моя встреча с первобытными охотниками – это картина того, что пришельцы увидели на Земле, прилетев с другой планеты. Я повторил их первый контакт с людьми. Земляне их приняли: накормили, обогрели, а пришельцы со временем помогли им достигнуть вершин цивилизации и сделали теми, кем они стали сейчас. Конечно, не всё было гладко в их взаимоотношениях, но со временем они нашли общие точки соприкосновения. Пришельцы были проводниками новых идей, рождавшихся в головах избранных ими землян. Высший Разум наделял их необыкновенными способностями, каких не было у обычных людей. Современные технологии, быстрый рост производства – это тоже дело рук пришельцев. Получается, если бы не пришельцы, эволюция человеческого знания протекала бы неимоверно долго. И я, оказывается, один из прямых потомков тех пришельцев – посланников Высшего Разума».

Степан удовлетворенно постучал себя в грудь, счастливая улыбка появилась на его заросшем лице. Ему было приятно сознавать, что он тоже потомок тех далёких «продвинутых» пришельцев.

«Но почему я об этом узнал так поздно, почему до сих пор никак не проявились мои скрытые возможности? – спрашивал он себя и сам же отвечал: – Видно, так было нужно Высшему Разуму. Я понадобился ему именно в данный исторический момент. А зачем, хотелось бы мне знать. Возможно, человеческая цивилизация достигла какого-то нового витка знаний, где намечается прорыв вперед, и, чтобы его подтолкнуть, нужно что-то сделать. Вот тут Высший Разум и вспомнил обо мне, о далёком потомке людей какой-то развитой цивилизации. Но какой именно? Интересно, откуда мои далёкие предки прибыли на Землю, смогу ли я об этом когда-нибудь узнать?»

Мысли стали путаться. Степан вспомнил об учёбе в школе. Перед глазами мгновенно промелькнули все одноклассники и учителя. Вот возле него остановился высокий худощавый старик – это учитель математики Иван Тимофеевич. Он помахал костлявым пальцем, как делал всегда, когда Степан не знал урока. А случалось так довольно часто.

«Если бы этот дар пришёл ко мне раньше, я бы мог стать учёным. Закончил бы институт, а там, глядишь, диссертация и всё такое прочее». – Степан тяжело вздохнул.

Резко зашумело в голове, в висках застучало. Сейчас Степан почувствовал каждую клетку своего тела и увидел над собой голубой ореол. Это был такой же нимб, каким были окружены его собаки накануне встречи с шаманом.

«Вот они – мои скрытые возможности, – неожиданно мелькнула у него мысль. – Может быть, это открылся канал связи с Высшим Разумом, только он односторонний. А на вопрос “откуда я пришёл” ответ можно получить от него самого. Связать меня с Высшим Разумом может только шаман Орочон. Значит, его надо как-то найти. Но где же его теперь найдёшь, не на кладбище же?»

Степан даже застонал. Эта мысль показалась ему дикой. Раньше о покойниках он никогда не думал, а после встречи с шаманом умерших Степан стал воспринимать людьми, перешедшими в другую нематериальную субстанцию.

«Орочон сказал, искать его не надо, – вспомнил Степан слова шамана, – когда надо, он придёт сам. Орочон же – мой ангел-хранитель и всегда находится рядом. Я его просто не вижу. Пока я в безопасности, он себя никак не проявляет; скорее всего, он контролирует мои мысли, а может, наблюдает со стороны. Я вообще-то об этом никогда не задумывался. А иначе как бы он знал о том, что я собираюсь делать».

Невольно Степан оглянулся по сторонам, никого вокруг не было. Светила луна, ветер гнал по степи песок, шумела на перекате река. Неожиданно он почувствовал сильнейший прилив сил. Это можно было сравнить с тем, когда открывают шлюз и безводное русло быстро заполняется водой. Степану сразу захотелось что-то творить, куда-то бежать. Энергия его распирала, требовала немедленного выхода; появились свежие мысли.

«Так что же я хочу спросить у Высшего Разума? – спрашивал он самого себя. – Что меня так беспокоит? Потомок ли я инопланетян – и каких? Или, может, я хочу узнать про того мамонта, чей бивень сломал мне нарту? А может, по какому пути будет развиваться цивилизация? Или я хочу спросить о своём будущем, что ждёт меня впереди».

Перед глазами стоял огромный мамонт, заросший густой длинной шерстью. Он присел на задних ногах, готовый оттолкнуться от земли и полететь. Мамонт будто звал его к себе, ожидая команды, без команды он не мог тронуться с места. Неожиданно пришло прояснение: как молнией пронзило всё тело, Степану стало совсем легко.

«Всё, я понял: меня интересует мамонт, именно им занята моя голова. Я должен помочь тому, провалившемуся в болото мамонту выйти на поверхность земли. Во что бы то ни стало он должен ожить».

Степану показалось, что мамонт повернул голову в его сторону, закачались длинные бивни, хобот поднялся вверх. От неожиданности Степан вздрогнул, сильно дернулась рука, и от этого толчка проснулась Роза. Она села рядом с ним, нежно его поцеловала, потрепала за волосы.

«Ложись спать, – говорил её взгляд. – Не мучай себя, ты всё равно без меня ничего не поймёшь, а я хочу спать. Значит, и ты должен лечь рядом со мной; вдвоём нам будет теплее».

Он лег, но сон не шёл.

«Шаман Орочон захотел, чтобы я ему помог. Он сказал, что мамонт должен быть целым и невредимым: с него не должен упасть ни один клок шерсти. А что с ним