Мифы о смерти и загробных мирах - И. В. Афанасьева

Самое зрелищное празднование проходит в Мехико, где устраивается красочный парад Катрины. Этот образ изящной дамы-скелета был придуман художником Хосе Гуадалупе Посадой в начале XX века, а позже он стал главным символом Дня мертвых. В эти дни скелеты повсюду: в виде сахарных конфет и бесчисленных сувениров, в костюмах и макияже участников шествий. Атмосфера праздника, где жизнь и смерть встречаются лицом к лицу, создает уникальное чувство общности и напоминает о неразрывной связи поколений.

Глава 5

Скандинавия

Как и все родичи, Тора верила в богов, сотворивших ее родную каменистую землю с узкими фьордами, холодными ветрами и низкими деревцами. Боги были под стать холодной северной природе – сильные, властные, отстраненные. Какое им дело до смертных, когда они решают задачи такого масштаба, что голова кружится. Тора с детства мечтала увидеть если не аса, то хотя бы вана, но их пути, видимо, лежали вдали от ее деревни. Старший брат Торы как‐то пошутил, что если она свяжет шерстяные накидки всей родне, то кто‐нибудь из богов обязательно захочет носить одежду, сделанную ее руками. Девочка поверила его словам и научилась создавать такие красивые вещи, что к ней приходили заказчики со всей округи. Сейчас она уже повзрослела, расцвела, и вместе с любителями теплой одежды к ним в дом зачастили женихи, но Тора всем им отказывала, благо отец не настаивал на замужестве. Да и с чего ему настаивать, если она стала едва ли не главной кормилицей в семье.

Сегодня она отправилась на пустошь, чтобы найти красители для пряжи: кору ивы, ягоды черники, цветы ромашки и листья крапивы. Она уже почти наполнила корзину, когда услышала неподалеку тоскливый волчий вой. В страхе обернувшись, девушка увидела огромного черного волка, глядящего на нее с вершины соседней скалы. Надо было бежать, но куда? Волк догонит ее в несколько прыжков. Сердце от страха замерло, и Тора опустилась на землю, покорно склонившись перед неизбежным.

Внезапно она увидела рядом со своим коленом ногу в красивом сапоге.

– Нельзя же так быстро сдаваться, – услышала девушка приятный, чуть насмешливый мужской голос.

Вне себя от изумления она взглянула на чужака. Рядом с ней стоял невысокий мужчина, рыжие волосы которого, подсвеченные солнцем, походили на золотую корону. Незнакомец протянул ей руку, помогая подняться.

– Не будь гусыней, Тора, – ухмыльнулся он. – Если ты боишься моего малыша, то как будешь разговаривать с асами?

У Торы перехватило дыхание.

– Откуда ты знаешь?..

– Про богов? Так об этом судачит вся округа.

Она посмотрела на скалу. Там никого не было.

– Ничего себе малыш, – пробормотала девушка, ежась от пережитого ужаса.

Но незнакомец только махнул рукой.

– Обыкновенная деревенская псина… Но ты все‐таки не броди здесь одна. Мало ли чего?

Он повернулся к ней спиной и, насвистывая, направился к морю.

– Спасибо! – спохватилась девушка. – Как тебя зовут?

Он обернулся и помахал ей рукой.

– Сама подумай, – донеслось до девушки, и в тот же момент мужчина исчез за скалой, словно растворившись в ее тени.

Джон Бауэр. Локи поедает жареное сердце. Иллюстрация из книги Виктора Рюдберга «Сага о богах наших отцов». 1911 г.

Кругом простиралась знакомая пустошь. Все закончилось так быстро, что Тора засомневалась, не померещилось ли ей произошедшее. Она даже прошлась в том направлении, куда ушел незнакомец, и обошла вокруг скалы, но все было тихо, и ни на траве, ни на камнях не было ни намека на человеческий или волчий след.

Озадаченная Тора вернулась домой и, поколебавшись, шепотом рассказала обо всем брату. Тот только присвистнул и посмотрел на нее изумленными глазами.

– Будь я проклят, если это не… – пробормотал он и замолчал.

И сколько Тора ни требовала, чтобы брат открыл ей тайну незнакомца, тот только пожимал плечами и говорил, что это был обычный прохожий. А волк ей и вправду померещился, иначе бы напал на нее как пить дать.

Пришлось девушке удовлетвориться таким объяснением. И только ночью, засыпая, она услышала, как тихо переговаривались брат и вернувшийся с рыбалки отец. Слов было не разобрать. Только отец чуть громче переспросил: «Локи?»

Асгард и Хельхейм: судьбы мертвых

Северная природа всегда была суровой, и жизнь людей здесь требовала стойкости, выносливости и умения полагаться на собственные силы. Это отразилось и в верованиях скандинавов. Их боги не баловали людей милостями и редко вмешивались в повседневные дела смертных. У самих небожителей было достаточно забот, ведь им предстояло однажды сойтись в последней битве – Рагнарёке, после которой погибнут и они, и нынешний мир.

Желание заглянуть в будущее было свойственно не только смертным, но и самим асам. Один, верховный бог, ради этого знания даже поднял из могилы пророчицу – вёльву. Она поведала ему о грядущем конце: решающей схватке богов с чудовищами и великанами, после которой все существующее будет уничтожено. Это предание известно как «Прорицание вёльвы» («Вёльвоспа») – один из ключевых текстов «Старшей Эдды».

Согласно мифам, вначале был хаос. Из столкновения льда Нифльхейма и огня Муспельхейма появился перворожденный великан Имир. Позднее Один и его братья Вили и Ве убили его и из частей его тела создали землю, небо, горы, моря и облака. Так возник мир, разделенный на девять областей, связанных между собой мировым древом Иггдрасиль. В Асгарде, расположенном в верхних уровнях мироздания, поселились асы – племя богов. Люди получили Срединный мир – Мидгард. Под корнями же Иггдрасиля возник Нифльхейм, в котором находился Хельхейм – царство мертвых, где правила богиня Хель, дочь Локи.

У каждого аса в Асгарде был свой чертог, но особенно выделялись владения Одина. В крытом серебром Валаскьяльве возвышался его трон Хлидскьяльв, с которого можно было обозревать все миры. Другой чертог – Гладсхейм – включал в себя знаменитую Вальгаллу, куда валькирии приносили павших воинов. Эти избранные – эйнхерии – вечно пировали и упражнялись в битвах, готовясь к Рагнарёку. Остальные погибшие герои попадали к богине Фрейе и находили приют в ее владении Фольквангре.

Мартин Винге. Битва Тора с гигантами. 1872 г. Национальный музей Швеции. Стокгольм

Страшно теперь

оглянуться: смотри!

По небу мчатся

багровые тучи;

воинов кровь

окрасила воздух —

только валькириям

это воспеть!

Мечи обнажив,

прочь мы умчимся

на диких конях,

не знающих седел!

«Песнь валькирий», пер. А. С. Корсуна[27]

Каждое утро эйнхерии выходили