Сибирский приключенческий роман 6 - Василий Владимирович Коростелев

В худшие минуты воображение подсовывало два пустых брезентовых мешка или влюбленного осоловелого Леню, который думает только о девчонке и ни про какие бабки ничего не знает. А может получиться так, что эта самая Оля не знает про них, и Клочок зря за ней следит. При такой крутой мамаше чего ей заботиться о колобашках, они и так не переводятся… И время, время течет на воле и в камере по-разному. Это особенно бесило. Время, как говорится, деньги, и чем больше его утекает, тем все дальше оказывается Метла от вожделенных брезентовых мешков. Может быть, лишний час в крытке, последний, никому, даже дознавателю, не важный час навсегда развел его с налетчиками, может, их как раз сейчас поймали, и Родион уже никогда не поспеет получить с них свою долю.

Много чего передумал Родик, валяясь на нарах, но с сокамерниками в разговоры старался не вступать. По прошлому опыту знал, что самый улыбчивый может оказаться стукачом, а самый быкастый — подсадной уткой.

На третий день Сиротин вызвал его с вещами, вяло предупредил об ответственности за дачу ложных показаний, повторил все прежние вопросы. Все, выдохся следак, почувствовал Метла, больше он ему досаждать не будет. Напомнив о действии подписки о невыезде пока идет следствие, дознаватель Родиона отпустил. Даже не извинился, сволочь.

Ну и ладно.

Вернувшись домой, Метла, несмотря на то что горячей воды не было, первым делом полез в душ. Благодаря жаре последних дней (в камере он проклял ее во веки веков) холодная вода стала почти теплой. Затем Родик за минуту срубал банку сайры в масле и запил все той же тепловатой водой. Вот теперь пора и делом заняться. Времени потеряно много, очень может быть, что Клочок не зевал и долю себе уже хапнул. Наверняка взял меньше, чем мог, он ведь по большому счету лох. Ну, ничего, Метла всех ополовинит, это уж как пить дать.

Родион снова отхлебнул воды и снял телефонную трубку. Первым делом надо забить стрелку.

— Алло, это кафедра?

— Кафедра механики. Здравствуйте.

— Клокова позовите.

— А его нет, он сегодня на после обеда отпросился, — ответила какая-то девчонка.

Ясный перец, Клочок времени не теряет!

— А как ему домой позвонить?..

На всякий случай Родион решил попытать счастья. Не все ж напарнику за девчонкой следить. Трубку поднял отец.

— Здравствуйте. Леню можно?

— Нет, — тихо сказал тот. — Ленечку убили.

— Что?! — не поверил Родик.

— Нет больше Лени. Все… — В трубке раздались короткие гудки.

Ни фига себе, поворот! Во что же вляпался Леонид? Кому понадобилось убивать этого увальня? В конце концов, парень он был незлой, могли бы и заплатить. Видно, не зря он за Ольгой следил и за эти три дня нашел налетчиков, а они его… Жалко… Милиция запросто может за это дело зацепиться, Леонид ведь тоже под подозрением был, наверняка и подписку давал. Значит, расследовать будут всерьез и с оглядкой на ограбление кассы. Тут менты шанс не упустят. А вот как Родику свой не потерять?.. А эти налетчики — ребята злые, с такими опасно связываться. Хотя — почему обязательно налетчики? Может, с Ленькой несчастный случай произошел, драка какая-нибудь? Но тогда как он сможет добраться до этих… Продолжить вместо Лени слежку за Олей? Или что? Что делать-то?

Родион плюхнулся на диван. «Что делать-то?» — повторил он про себя. За три дня отсидки он успел столько всего передумать, перебрать все возможные варианты, еще пять минут назад Метла точно знал, что будет делать при любом раскладе и вот теперь растерялся. Из прострации его вывел телефонный звонок. Родик дотянулся до аппарата.

— Алло?

— Гражданин Метлин? — спросил знакомый голос.

— Да.

— Дознаватель Сиротин.

— Не поверите — узнал, богатым не будете, — сказал Метла. — Мы ведь сегодня уже говорили. Чего вам еще надо?

— Родион… э-э-э… Семенович, я хотел бы попросить вас прямо сейчас подъехать во мне в городское управление, кабинет 23.

— Кабинет-то я помню, — хмыкнул Родик. — Только что за спешка? Трех дней вам было мало, хотите начать все сначала?

— Нет, это приглашение, — Сиротин сделал ударение на последнем слове, — связано с новыми обстоятельствами.

— Какими?

— Если вы еще не знаете… Дело в том, что сегодня был убит Леонид Клоков, ваш напарник.

— Не может быть! — воскликнул Метла. — Как это случилось?

— Обстоятельства мы выясняем, — уклончиво ответил дознаватель. — Я приглашаю вас в качестве свидетеля для опознания. Вы можете приехать прямо сейчас?..

Ясный перец, он приедет! Родик не дурак, он все сразу влет сечет: раз его тянут на опознание, значит, поймали налетчиков. Или думают, что поймали. Во всяком случае, по Лениному делу ему опознавать некого, он же час как из СИЗО. То есть, может, дела и связаны, но его зовут точно по одному. Как же он откажется, если ему до смерти хочется скорее узнать: тех грабителей поймали менты или не тех?

— Ну так как? — нетерпеливо переспросил Сиротин.

— Хорошо, сейчас приеду, — как можно спокойнее сказал Родион. Лучше, если дознаватель не догадается об его интересе.

Метла натянул джинсы и футболку и вышел на улицу. Его так и подмывало взять такси, но Метла сдержался и поехал автобусом. Надо было еще решить: опознавать ли ему тех парней или прикинуться, что не помнит? Учитывая, сколько народу терлось тогда перед кассой, их все равно опознают, но облегчать работу ментам совсем не хочется. А если они его снова заподозрят и будут проверять на связь с подозреваемыми?

Родик сошел у кинотеатра Маяковского, пешком дошлепал до управления. На подходе чуть притормозил, поскольку главный для себя вопрос с опознанием так и не решил. Что-то плохо у него после камеры котелок варит. Вот опять он тормознулся: показалось, что на крыльце толкаются те самые парни. Метла подошел чуть ближе и притаился за столбом. Нет, не ошибся, один — брюнет — точно из тех, только без камуфляжа. А второй вроде не похож. Неясно другое: почему они на крыльце тусуются, да еще без конвоя? Подследственных (если только за три дня все законы не переменились) на крылечко покурить не отпускают.

А может, его вызвали других опознавать? Или вообще не за этим? По телу волной пробежал озноб. Неужели Сиротин снова решил его замести? Расчет точный: раз его уже отпустили, то чего ему бежать? Родику как-то сразу расхотелось заходить в управление.

Пока он колебался, на крыльце появился еще один знакомец — проректор Ерофеев.