Прямо в сердце - Салма Кальк

она была… да обычной Жанеттой она была, только в глазах словно уголья тлеют, и она как будто приглушает немного их блеск. И одета странно – в кожаный доспех. Но она говорила, что может выглядеть, как угодно, ей теперь не важно.

Дени подошёл и обнял её. Как обнимать стихию? Как-то так. Сразу понимаешь, что перед тобой не человек, даже если у этого человека облик кого-то, кто давно знаком и любим.

- Как это случилось? – только и спросил он.

Потому что не ожидалось никаких сложностей, потому что брат поехал за невестой в семью союзников.

- Поганый Мелез сговорился с Национальным Собранием и пообещал головы всех живых Саважей, - сказал Арман. – У них племянник попался, вот он и договорился – его голову в обмен на ваши две.

Дени не сразу понял, потому что Мелезы – это ближайшие соседи, и как раз сестру двоих последних оставшихся Мелезов, Дезире, собирался взять в жёны Филипп. У них, как и у Саважей, до революции была большая семья, и племянник – сын кого-то из покойных старших братьев.

- А что девица? – спросил он первое, что пришло в голову.

- Притащили с собой, сидит, связанная. И мы сказали Франсуа, что обратно он её живой не получит. Голова за голову.

- А что Франсуа? – так звался старший брат девицы, а имелся ещё и младший, Гийом.

- Заперся в замке. Гийома-то мы прирезали, уходя, и голову с собой прихватили, вывесим на стене. Ещё бы добыть голову Франсуа, и сестрицу их тоже рядом повесить, - Арман смотрел нехорошо.

- Ещё б ты с девицами не воевал, да и я тоже, - брезгливо поморщился Дени. – Рассказывай, как было. Я и уехал-то только потому, что у вас тут всё было в порядке. Отчего сразу не позвали, прямо к ним в замок?

- Так всё случилось, считай, на рассвете. Утром собирались двинуться сюда – поездом, с невестой, с братьями её, как положено. Как раз бы к твоему возвращению доползли. А эти твари подлые взломали дверь покоя, где мы ночевали, вломились и если бы не Трубадур Труа, то всех бы нас и перерезали там. Но он лежал поперёк двери, об него запнулись и случилась куча-мала. Проснулись, похватались за оружие, кто мог – что-то колдовал, каша полная. И как раз в кашу эту Франсуа и подошёл, и под шумок в Филиппа выстрелил. Пулей из поганого сплава Руссо, сразу насмерть. Ему от меня тоже досталось, но остался жив, свои утащили. Тут ещё девчонка прибежала, завопила, чтоб не трогали её Филиппа, а её Филипп уже и не дышал к тому моменту. Ну, взяли портал, открыли сюда, прихватили всех наших, и кто остался жив, и кто нет, и девчонку с Гийомом. И тебя позвали. А госпожа Жанетта уже вот только сейчас появилась.

Дени вопросительно взглянул на Жанетту.

- Я услышала, - просто сказала она. – Понимаешь, не могла не услышать. И не могла не прийти. Что думаешь делать?

Что делать, что делать… идти и разносить Мелез по камешку. Некроманта бы… но не нужно мешать в этот нехороший вопрос никого другого. До их семейных дел и семейных же неудач нет никакого дела ни де Риньи, ни другим некромантам у него на службе… ни девушке про прозванию Черепок. Это его обязанность и только его. И может быть – ещё и Жанетты.

- Жанетта, ты сможешь помочь? – спросил он прямо.

- Смогу, - кивнула она с такой улыбкой, что будь он тем Мелезом – уже сам бы создал такую ямку, как делает Изабель, и провалился в неё, и засыпал сверху, чтоб не дай бог не нашёл никто.

- Вот и славно. Ещё только не хватало, чтобы маги выдавали друг друга Национальному Собранию, - его передёрнуло. – Если кто-то забылся и заигрался, то ему придётся напомнить, что он не прав. Арман, кто у нас на ногах? Собирай всех. Моих вчерашних вылечили?

- Грегуар в порядке, Арно и Тиссо ещё нет.

- Значит, Грегуара с нами. Сможем подобраться быстро и скрытно?

- Сможем, - на губах Жанетты по-прежнему играла та самая улыбка, от которой разумным людям положено бежать и прятаться.

Но кто и когда называл хоть одного из Саважей разумными людьми? Очевидно, никто.

Отряд собирался на террасе. Пойти и отомстить за Филиппа хотели решительно все обитатели замка, пришлось напомнить, что хоть Саваж и скрыт, а оставлять его совсем без защиты не годится. С этим согласились, и говорили – ну хоть вы тогда там всех заройте.

Зароем. Ещё как зароем.

Такой холодной ярости – именно не огненной злости, когда пламя застит глаза и не даёт сделать в уме ни шага, а холодной, строго выверенной ярости Дени в себе раньше не замечал. Что ж, значит, и он в этой жизни чему-то учится.

Жанетта на мгновение исчезла – и тут же появилась снова.

- Нас не ждут.

- Вот и славно, - кивнул Дени. – Порталом?

- Мы с тобой идём первыми, остальные за нами порталом, - ответила она.

Дени переглянулся с сестрой – ну и что теперь, что сестра немного демонизировалась, с кем не бывает? – они взялись за руки и шагнули вперёд.

…Дени никогда не задумывался о том, как сущности, подобные теперешней Жанетте, преодолевают пространство. Но кажется, для них просто нет преград. И во времени тоже нет – потому что когда они вынырнули из ниоткуда на стену замка Мелез, да ещё в хорошей невидимости, солнце ещё только-только показалось из-за отрога горы.

Мелезы – ближайшие соседи, и Дени случалось здесь бывать миллион раз или немножечко меньше. И в спокойное мирное время, и уже потом. Замок Мелез был выстроен лет на сто позже Саважа, то есть – тоже старый, каменный, вросший в гору. Просто поменьше и пониже. И людей здесь поменьше. Всегда было – а сейчас так и вовсе. И конечно же, на рассвете, да после резни, здесь тишина. Затаились.

- Я вернулась чуть раньше, - сказала Жанетта. – Наши не так давно отбыли, и здесь внутри хаос, воспользуемся. Пошли, поговорим с Франсуа? Как только мы окажемся в одном моменте с нашими, они смогут навести по нам портал.

- Пошли.

С Франсуа Мелезом они никогда ничего не делили, да и вообще в целом с Мелезами. Когда-то давно те и вовсе были вассалами