Украденное копьё - Савиор Пиротта

– Как тень, – сказала Ворона.

Я кивнул.

– Как загадочно, – добавила она. – Он твой хранитель, защитник.

Когда мы дошли до деревни, солнце ещё не встало, но в крытых проходах между домами уже вовсю кипела жизнь.

– А наши дома не соединяются, – вздохнула Ворона. – Нам приходится выходить на холод, если что-то нужно или когда хотим навестить соседей.

Дверь нашего дома была открыта, и я вошёл внутрь.

– Здесь хватит яиц и нам самим, и на обмен, – объявил я, ставя корзину на каменную полку, где мы хранили еду и ценные вещи. – Надеюсь, торговцы ещё не приходили.

Отца дома не было.

– Хвала духам, ты вернулся живой и невредимый, Волк! – воскликнула мать. – Мы с твоим отцом места себе не находили от волнения. В такую дикую ночь ты мог запросто попасть в беду. Отец ушёл тебя искать.

– Я и попал в беду, – ответил я. – Но эта девочка спасла мне жизнь, и Тени тоже. Её зовут Ворона.

Мать посмотрела на Ворону. Та мялась в дверном проёме, ожидая приглашения войти.

– Добро пожаловать в наш дом! Мы в долгу перед тобой, – торжественно произнесла мать. – Погрейся у огня, пока я приготовлю вам обоим что-нибудь поесть. Поедите по дороге на пастбище. Волк, тебе надо спешить. Твой брат так же сильно беспокоился о тебе, как и мы с отцом.

Она налила нам молока, потом завернула в тряпицу остатки вчерашнего пиршества и передала всё это мне.

Я уже собирался выйти, как вдруг мать окликнула нас:

– Подождите!

Она пошарила рукой в глубине каменной полки, где была почти незаметная щель.

– Вот, дитя, – сказала она Вороне, вытаскивая ожерелье. – Это всё, что я могу тебе дать. Моя мать, бабушка Волка, которая давно умерла, сама вырезала эти бусины из кости. Береги его. Оно тебя защитит.

Ожерелье было единственной драгоценностью моей матери. Её собственная мать, умершая ещё до моего рождения, подарила ей его в день свадьбы. Бусины были выкрашены в ярко-голубой цвет – символ неба, а значит, защиты. Мать надевала ожерелье лишь по особым случаям.

Ворона осторожно повесила ожерелье на шею.

– Благодарю вас, – произнесла она. – Ваш тёплый, уютный дом напомнил мне о том, как сильно я скучаю по своей семье. Я путешествую уже много лун. Возможно, мне пора возвращаться на свой остров… – Она потеребила бусины и добавила: – Верю, что оно принесёт удачу и моему отцу.

Тень издал особый рык – так он предупреждал, что идёт отец. Я вынырнул из двери, едва не ударившись головой о притолоку, и Ворона последовала за мной.

К сожалению, мы оказались недостаточно быстры. С отцом мы столкнулись в конце прохода, ведущего к нашему дому. Я съёжился, ожидая, что он злобно зарычит, недовольный моим исчезновением, но отец молча посмотрел на меня, и в его глазах я увидел облегчение.

– Поспеши, – буркнул он. – Ястреб должен узнать, что с тобой всё в порядке.

– Тебе понравится Ястреб, – сказал я Вороне по дороге на луг. – Он всем девчонкам нравится.

Ворона кивком указала на дом шамана, откуда доносилась музыка: святой человек играл на костяной флейте. Позади дома вздымался поросший травой холм.

– Это могильник? – спросила Ворона.

– Да, – ответил я. – Там мы хороним самых важных людей.

– У нас тоже такой есть, – сказала она.

– Вы тоже всегда держите дверь туда закрытой? – поинтересовался я. – Мы открываем дверь только тогда, когда выносим скелеты, чтобы почтить их память. Во все остальные дни мёртвые покоятся вместе со своим имуществом. Там есть один особенный скелет – мы думаем, что он лежит в холме больше сотни лет. Это был древний целитель; говорят, что он был способен вылечить любую болезнь.

– В нашем могильнике никаких особенных людей не похоронено, – вздохнула Ворона. – Но мы всё равно считаем его священным местом. Честно говоря, меня он немножко пугает.

– Копьё нашего целителя всё ещё наполнено магией. Эта магия защищает нашу деревню. А на дре́вке копья вырезаны разные символы и изображения дельфинов и оленей. Остриё сделано из роговика́ – камня, который можно найти только возле нашей деревни.

Ворона вздрогнула и поплотнее запахнула меховой плащ.

– Давай сменим тему, – попросила она.

Тень басовито заскулил.

Ворона пощекотала его между ушей.

– Он тоже боится мёртвых?

– Тень ничего не боится, – с гордостью ответил я. – Он почуял запах кого-то, кто ему не нравится.

Стоило мне это сказать, как дверь в дом шамана распахнулась, и наружу вышел Дождь. Я думаю, родители Дождя дали ему такое имя в надежде, что он будет нести жизнь и здоровье всем, кого встретит. Как по мне, ему больше подошло бы имя Потоп, потому что, куда бы он ни шёл, везде начинались бедствия. Дождь был очень высоким мальчиком с прыщавым лицом и такими же рыжими, как у его отца когда-то, волосами. Ладони он всегда сжимал в кулаки, готовый к драке. Он вечно цеплялся ко мне, и я терпеть его не мог.

– И кого это ты с собой сегодня таскаешь? – спросил он, пялясь на Ворону.

– Подругу, – ответил я.

– Не знал, что у тебя есть друзья, – усмехнулся Дождь. – Никогда её раньше не видел. Ты уверен, что она не какая-нибудь шпионка из вражеского племени и не воровка?

– Ворона очень смелая, тебе таким никогда не стать, – заступился я за подругу, но она оттащила меня прочь.

– Оставь его, Волк, – сказала она. – Он просто задира.

Дождь плюнул мне под ноги.

– Кем ты себя возомнил, раз приволок какую-то чужачку к нам в деревню? Я расскажу всё отцу, а когда стану шаманом, то вообще запрещу приводить в деревню чужаков.

Глава 5

Скелеты

– Ненавижу Дождя, – злился я, пока мы с Вороной продолжали путь к пастбищу.

– Выбрось его из головы, – посоветовала Ворона. – День будет тёплый, солнечный. Давай наслаждаться этим. Я хочу навсегда запомнить ваш остров.

– А твой дом, Тюлений остров, очень далеко? – спросил я.

– У меня ушло три сезона, чтобы добраться сюда, – ответила Ворона. – Но это потому, что я обследовала всё, что мне встречалось по пути.

Я заметил Ястреба, пересчитывающего овец.

– Вон мой старший брат, – произнёс я.

Увидев меня, Ястреб облегчённо выдохнул.

– Ты уже был дома? – первым делом спросил он. – Отец тебя искал.

– Он знает, что я в безопасности, – ответил я.