Легенда о Фэй. Том 2 - Priest P大

Никто даже не догадывался, какие сомнения терзали его. Желанная месть свершилась: Чжэн Лошэн убит – ценой жизни Цзи Юньчэня. Но чувствовал ли он удовлетворение? И что теперь делать с любовью и заботой, которые все эти десять лет дарил ему мастер Цзи, приняв некогда как родного сына? И любовь, и месть – все в конце концов обратилось прахом.

Чжоу Фэй вспомнила все, что Инь Пэй говорил еще на постоялом дворе «Три весны». Одни его слова были пропитаны застарелой желчью, а в других будто ощущалось желание уберечь Цзи Юньчэня от смерти. Если он все же притворялся, где тогда правда, а где ложь?

Фэй давно поняла: люди все разные, только рис у них в мисках одинаковый. Судить других по себе глупо.

Мысль пронеслась в голове и сразу угасла: нечего об этом думать. Мертвецов к жизни не вернуть.

Се Юнь осмотрелся и невольно наткнулся взглядом на Инь Пэя:

– Куда отправишься?

Ответа не последовало, бледнолицый лишь равнодушно отвел глаза, поправил растрепанные волосы и одежду и прошел мимо, нарочно задев Се Юня плечом.

– Тоже ищешь «Слияние неба и моря»? – неожиданно спросил тот.

Инь Пэй обернулся, искоса взглянул на принца с кривой ухмылкой – будто не понял, о чем речь, – и, так и не вымолвив ни слова, скрылся в завесе дождевых капель. Се Юнь нахмурился и проводил его задумчивым взглядом, но догонять и останавливать не стал.

Покидая гору, они так и не встретили ни одного из псов Повелителя Цинлуна. Возможно, все они погибли, или же подлецам хватило сообразительности унести ноги. Без живого ума теперь никуда – так и помрешь героем, не успев как следует напакостить.

К югу от горы Хэншань начинались владения династии Чжао. Приграничные земли были слишком измучены войной, а потому не особо отличались от Северных: сплошь безлюдные деревни да города, одиноко любующиеся алым закатом.

Сидя на шаткой скамье в убогой придорожной харчевне, У Чучу осторожно откусила лепешку из муки грубого помола, медленно прожевала, словно это была костлявая рыба, и только убедившись, что в тесте нет камешков, проглотила. Переживала она не зря: в этих лепешках можно было найти все что угодно кроме муки – даже корм для скота попадался! Сухие и жесткие куски застревали в горле, однако У Чучу, дабы ее не сочли неженкой, не жаловалась и просто запивала их прохладной водой. Аппетита у нее не было, и половины лепешки хватило, чтобы обмануть желудок. Зато дешево, что тут еще сказать.

Вскоре вернулся Се Юнь – он уже успел где-то раздобыть повозку. Никто бы и не подумал, что этот человек – императорской крови: настолько ловко он умел приспосабливаться к обстоятельствам.

Присоединившись к трапезе, юноша, ковыряя палочками неопознанные соленья, сказал:

– Здесь, у границы, земли бедные. Но к востоку люди живут куда лучше – Цзиньлин ничуть не уступает прежней столице. Не желаете взглянуть?

У Чучу молча покачала головой и посмотрела на Чжоу Фэй. Та ничего говорить не хотела, но, заметив обращенный к ней взгляд, все-таки ответила:

– Я возвращаюсь в Шу.

– Куда Фэй, туда и я, – смущенно добавила У Чучу.

Се Юнь, кивнув, промолчал.

– А ты? – спросила Чжоу Фэй.

Юноша сделал вид, что не слышит, и неторопливо подцепил очередной непонятный овощ. Палочки были кривыми, как тележные оси, но в руках Се Юня успешно справлялись со своей задачей: похоже, в искусстве поглощения пищи он тоже был мастером.

Чжоу Фэй закатила глаза и толкнула У Чучу локтем:

– Спроси ты.

От неловкости та едва не провалилась сквозь скамью, на которой сидела, и, словно комар, пропищала:

– Фэй спрашивает… куда ты поедешь, господин Се?

Губы Се Юня расплылись в мягкой, как весенний ветер, улыбке, и он вежливо произнес:

– Само собой, я отправлюсь с вами. Вам в любом случае нужен кто-то, кто умеет управляться с повозкой, верно?

Они сидели за крошечным столом, и глухотой никто не страдал, но Чжоу Фэй и Се Юнь упорно притворялись, что не слышат друг друга, вынуждая передавать сказанное У Чучу, которая, на их счастье, были слишком воспитана, чтобы отказать. А все потому, что в пещере Чжоу Фэй, поддавшись гневу, наговорила Его Высочеству принцу Дуань лишнего, а потом еще и ненароком посмеялась над ним! Обида, помноженная на оскорбление, – что может быть хуже?! И вот, с тех пор как они выбрались, Се Юнь по-прежнему следовал за ними, словно приклеенный, но с Фэй ни в какую не разговаривал.

«Разбойница» всеми силами пыталась прожевать жесткую лепешку, но все же сдалась – с отчаянным вздохом проглотила сухой кусок целиком. Тот протиснулся через горло, застрял где-то у сердца и наконец провалился в желудок. От неприятных ощущений она даже за грудь схватилась, но попыталась найти и в них хоть что-то хорошее. «Все равно что золото глотать, только не так дорого!» – заключила она про себя.

Молчаливая перепалка изрядно утомила Фэй, но вопросов накопилось столько, что, поразмыслив, она не выдержала и продолжила:

– Что вообще такое «Слияние неба и моря»? И почему, услышав о нем, этот Чжэн… как его там… так воодушевился?

У Чучу, решив, что подруга обратилась к ней, растерянно округлила глаза и заморгала:

– Я не знаю…

Когда до нее дошло, что вопрос снова предназначался Се Юню, барышня У вся покраснела до кончиков ушей, затем быстро повернулась к юноше и дословно повторила сказанное подругой. Тот отхлебнул холодной воды; насмешливый взгляд, из-за которого он не раз нарывался на неприятности, вдруг помрачнел.

– Я тоже не знаю. Старая история. Одни говорят, что это союз могущественных мастеров, другие – сокровище, третьи – тайник с оружием. Еще ходит легенда, что это отряд наемников, неуловимых убийц, но это маловероятно. В конце концов, «Слияние неба и моря» защищал сам Инь Вэньлань. Говорят, именно благодаря этой тайне он и был негласным главой мира боевых искусств… Но что-то я в это не очень верю.

– Почему? – тут же спросила У Чучу, не дожидаясь вопроса Фэй.

– В наших краях хватает и безрассудных храбрецов, и попросту сумасшедших – даже родня не может с ними справиться. Неужели и впрямь есть на свете что-то, что поможет обуздать весь этот разношерстный сброд? – рассмеялся Се Юнь. – А если и так, то вся тайна кроется в двух простых вещах: щедрости и благородстве. Зачем выдумывать для них столь загадочное название – «Слияние неба и моря»?

Барышни переглянулись.

– А Инь Пэй знает правду? – уточнила У Чучу.

– Притворяется, что нет. Но мне кажется, он