Путь в будущее. Транспортный коридор «Север – Юг». Россия – Иран – Индия – Китай - Игорь Игоревич Носырев

подписывать с ними соглашения о предоставлении концессий. Нарушившим эту статью закона членам правительства грозило тюремное заключение сроком от трёх до восьми лет, а также запрет впредь занимать государственные должности.

Теперь, после принятия подобного закона, для СССР и других концессионеров путь к иранской нефти, казалось бы, был закрыт. Однако советское правительство отступать и не думало. 21 июня 1941 г. Сталин как председатель ГКО подписал специальное секретное постановление о проведении соответствующими учреждениями геологоразведочных работ в северных провинциях Ирана. Целью работ был поиск нефти и природного газа. Для исполнения этого постановления в Баку при объединении «Азнефть» было создано специальное гидрологическое управление в составе расположенной в районе города Казвина воинской части. Официально это управление занималось гидрогеологией, то есть поисками подземных водных ресурсов, а на самом деле оно искало нефтяные месторождения в Иранском Азербайджане и Гиляне.

К решению второго вопроса – создание азербайджанского гособразования – советское правительство подходило очень осторожно.

Уже через 20 дней после вхождения частей Красной армии в Иран в Южный Азербайджан направили первый отряд работников из Азербайджанской ССР в количестве 500 человек. Их задачей было изучение местной обстановки и распространение советского влияния через пропаганду успехов Советского Азербайджана в литературе, искусстве, экономике и других областях. Вместе с тем секретарь ЦК Компартии Азербайджана Багиров[85] напутствовал советских работников словами: «Помощь Южному Азербайджану должна быть такой, чтобы ни шахское правительство, ни англичане не могли обвинить нас во вмешательстве во внутренние дела Ирана»[86].

Тем не менее уже после первых шагов Советов в Южном Азербайджане иранское правительство было серьёзно обеспокоено. Иранский министр иностранных дел Мирза Али хан Cохейли дал секретное указание своим дипломатическим представительствам в зарубежных странах, чтобы они по мере сил противодействовали политике СССР в отношении Ирана, придерживались пробританской линии и серьёзно занимались азербайджанской проблемой. Так, в письме иранскому послу в Анкаре глава МИДа писал: «Если дела пойдут так, мы потеряем Азербайджан»[87].

29 января 1942 г. в Тегеране был подписан союзный договор между СССР, Великобританией и Ираном, гарантировавший территориальную целостность Ирана. В годы Великой Отечественной войны Иран имел для СССР исключительно важное значение как транзитный коридор для перевозки военных грузов, поставляемых по ленд-лизу. Поэтому вопрос о Южном Азербайджане теперь стал второстепенным, и находившиеся там работники из АзССР по указанию Москвы вернулись на родину.

В начале 1944 г. Сталин вернулся к азербайджанскому вопросу, что было связано с коренными переменами, произошедшими на советско-германском фронте, укреплением международного положения СССР и обострением внутренней обстановки в Иране. 6 марта 1944 г. Совнарком СССР по рекомендации Молотова, обсудив вопрос «Об усилении экономической и культурной помощи населению Южного Азербайджана», принял соответствующие решения. В них речь в основном шла об отправке политработников из Азербайджанской ССР в Иран.

В декабре 1944 г. в Тегеран прибыл секретарь ЦК Компартии Азербайджана Гасан Гасанов. В беседе с ним советский посол Максимов намекал на то, что из Москвы дано указание «на строительство буржуазно-демократического общества в Южном Азербайджане». Но Гасанов, лучше знакомый с тамошней ситуацией, был не согласен с подобной постановкой вопроса. Он отмечал: «В настоящий момент самым популярным лозунгом азербайджанцев является освобождение от фарсидского ига, построение демократического государства и решение земельного вопроса»[88]. Для реализации всего этого Гасанов рекомендовал укрепить народную партию в Южном Азербайджане и её руководство путём оказания финансовой помощи.

Южный путь ленд-лиза

Замечу, что марксистская партия в Иране была воссоздана сразу после ввода туда советских войск.

Как уже говорилось, в октябре 1941 г. коммунисты и сочувствующие создали Народную партию Ирана (Хэзбе Туде). Партия объединяла в своих рядах представителей левой интеллигенции, студенчества, рабочих, ремесленников и крестьян. На I съезде Туде, состоявшемся в августе 1944 г., были приняты Программа и Устав, избраны Центральный Комитет и Контрольная комиссия Туде, учрежден печатный орган ЦК – газета «Рахбар». Программа партии выдвигала задачи ликвидации засилья иностранных монополий, обеспечения демократических свобод, проведения коренных реформ в социальной и экономических областях в интересах трудящихся. К концу 1945 г. Туде насчитывала в своих рядах около 50 тысяч человек. Под её руководством работали молодежная и женская организации, крестьянский союз и ряд профсоюзов. Любопытно, что одним из лозунгов Туде в 1946 г. был: «Да здравствует Мир Джафор Багиров – отец единого Азербайджана».

6 июля 1945 г. Политбюро ЦК ВКП(б), посовещавшись, приняло секретное решение «О мерах по организации сепаратистского движения в Южном Азербайджане и в других северных областях Ирана». В этом документе признавалось целесообразным начать подготовку к предоставлению азербайджанским провинциям Ирана широкой национальной автономии. Для руководства национально-освободительным движением в Южном Азербайджане предлагалось создать Азербайджанскую демократическую партию. Исполнение решения поручалось осуществить ЦК КП(б) Азербайджана и Совнаркому АзССР под контролем ряда высших руководителей СССР.

Для финансирования предстоящих действий Государственный банк СССР выделил специально учрежденному при ЦК КП(б) Азербайджана фонду сумму в иранской валюте, эквивалентную 1 млн рублей.

В июле 1945 г., после возвращения Багирова из Москвы, по его заданию тайно в Баку были доставлены член ЦК Партии Туде, депутат иранского меджлиса Камбахш, председатель Тебризского провинциального комитета той же партии Падеган, писатель и публицист Шабустари и редактор газеты «Ажир» Пешевари (Джафар-заде принял имя Мир Джафар Пешевари). В ходе совещания стороны договорились, что создаваемой Азербайджанской демократической партией (АДП) будет руководить Пешевари. Об этом Багиров немедленно проинформировал Сталина, Молотова, Берию и Маленкова.

В августе 1945 г. в Тебриз прибыл советник посольства СССР в Тегеране Ягубов. Он должен был ознакомиться поближе с ситуацией в Южном Азербайджане и ускорить работу по созданию АДП. В конце августа подготовительные мероприятия завершились, и 3 сентября было распространено обращение 80 представителей различных сословий, объявивших о нарождении новой партии.

Сообщение о создании АДП вызвало серьёзную обеспокоенность иранских властных кругов, англичан и американцев. Британский консул в Тебризе Уолл сообщал своему начальству: «Эта партия опаснее просоветской народной партии [Туде]. В новой партии нет богатых людей. Её программа составлена грамотно… Если эта партия осуществит все идеи, её будет защищать все азербайджанское население. С этими целями они пойдут далеко»[89].

А 8 октября 1945 г. ЦК ВКП(б) и Совнарком СССР приняли решение о дальнейших действиях в Южном Азербайджане, велев выделить оперативных работников для устранения противников движения за автономию северных иранских провинций. Откомандировали 80 наиболее опытных специалистов. Приехавшие в Южный Азербайджан в последней декаде октября из АзССР со специальным заданием Гасан Гасанов, Агаселим Атакишиев (заместитель председателя Наркомата госбезопасности Азербайджана) и Мирза Ибрагимов (нарком просвещения АзССР, писатель), провели четыре совещания с тебризской тройкой (Пешевари, Шабустари, Падеган).

Чтобы не допустить автономизации