Сибирский приключенческий роман 3 - Виталий Галияскарович Гадиятов

скажешь полиции, что сегодня с охраны уволился — зашел попрощаться. Понял? А потом разберемся, что к чему. А то наш ЧОП затаскают, еще разрешения лишат.

— Это ты сделал? — кивнув на лежащего на асфальте парня, спросил полицейский.

— Я, — бесхитростно ответил Вовка.

— Вытяни руки, — скомандовал полицейский.

Вовка послушно вытянул руки. Полицейский защелкнул на них наручники. Стал его обыскивать.

— Что вы делаете?! — подбежала парикмахерша Катя. — На него напали, а вы его арестовываете.

— А вы кто? — оглядывая с головы до ног, спросил полицейский.

— Невеста, — выпалила Катя.

— Ну тогда поезжайте за нами в отделение — будем там разбираться.

Парикмахерша отошла в сторону, достала из сумки мобильный телефон.

В отделении полиции Вовку еще раз обыскали, заставили снять ремень, вытащить шнурки из кроссовок, закрыли в клетку с прочной металлической решеткой. Часа через два повели к дежурному оперу. Тот окинул его цепким взглядом, сказал:

— Я старший оперуполномоченный Блинов, — немного помолчал, внимательно рассматривая сидящего перед ним парня, потом спросил:

— Откуда, ты?

— Из Таежной, — ответил Вовка.

— Расскажешь?

— Расскажу. — И Вовка подробно рассказал все, что произошло, умолчав только то, что он был действующим сотрудником охраны.

Опер ничего записывать не стал, спросил:

— Служил в армии?

— В погранвойсках.

— Спецподготовку там проходил?

— Нет. Там только учат бегать да стрелять.

— На секцию, что ли, ходил?

— Какие у нас в деревне секции? Только если с медведем потренироваться.

— А где так драться научился?

— Да старший брательник немного кое-что показал… Да когда это было-то?!

— А он кто?

— Десантник. Рязанское заканчивал. Сейчас уже майор.

Старший оперуполномоченный замолчал, внимательно продолжая рассматривать сидящего перед ним человека. Он знал таких не пуганных честных дураков, как Вовка. И ему стало жаль его. Может быть потому, что и он был родом из таежной деревни, и был таким же наивно-прямолинейным, рубил в глаза правду-матку, пока не поступил учиться в полицейскую академию. И он сказал:

— Адвокат тебе нужен. Я тебя сейчас отведу к дознавателю. Ты ей ничего не рассказывай. Скажи, плохо себя чувствуешь. Голова от удара болит. Дашь показания утром. А утром попроси адвоката… Не говори, что я тебя научил, а то с меня погоны снимут. Понял?

Вовка в очередной раз удивился городским нравам, но вопросов задавать не стал.

— Понял, — только и сказал он.

От дознавателя его опять увели в дежурную часть, где опять поместили в клетку. Из клетки просматривалась часть коридора, и в какой-то момент ему показалось, что по коридору быстро прошел гражданский с бритой головой. На его лице Вовка успел рассмотреть недовольство. И этот гражданский ему кого-то сильно напоминал. Вовка из-за того, что у него действительно начала побаливать голова, не сразу вспомнил, что это был Вася — брат парикмахерши.

А утром в отделении полиции появился помощник районного прокурора. К кому, в какой кабинет он заходил, неизвестно, но Вовке вскоре вернули паспорт, ремень, шнурки от кроссовок и отпустили.

Когда Вовка вышел из отделения полиции и пошел по тротуару в сторону автобусной остановки, возле него притормозил черный блестящий на ярком утреннем солнце «мерседес». Водитель, не выходя из-за руля, открыл дверцу.

— Садись, бандит, подвезу, — сказал, смеясь, он.

Вовка узнал брата парикмахерши, сел на переднее сиденье.

— Ну какой же я бандит?

— Самый настоящий — столько людей ни за что покалечил. И оперу ничего не рассказал. И правильно. А то с этим мусором договориться невозможно. На, держи свое дело на память, — засмеялся водитель. — Да, кстати, я — Вася Бритый… А ты — Вован Костолом.

Вовке не понравилась шутка с его именем, но он промолчал, начиная понимать, что из полиции его вытащила парикмахерша Катя, попросив об этом брата.

— А что мне с этим делом делать? — наконец, спросил он.

— Можешь съесть, можешь сжечь, — опять засмеялся Бритый. — Это твое же Дело. А сейчас закрой дверцу, поедем на новую твою работу.

Корпорация «Сибирские лесные системы» занимала целый этаж в новом бизнес-центре, на набережной. Бритый взял у Вовки паспорт, заказал пропуск, и когда вошли в большой никелированный лифт, нажал на двадцатый этаж. В лифте Бритый вернул паспорт, сказал:

— Сейчас к шефу, на собеседование, потом пообедаем и поедем в твой торговый центр. Там купишь себе нормальную одежду, обувь, подстрижешься. Как я, — улыбнулся Бритый.

— Подожди, — прервал его Вовка. — На какие деньги? Еще даже не устроился! А уже бриться налысо.

— Зато бороду можешь снова отрастить, — засмеялся Бритый. — У нас это поощряется.

Почему в корпорации «Сибирские лесные системы» поощрялось ношение бороды, Вовка понял, когда оказался в огромном кабинете шефа. Кабинет был размером с теннисный корт. Справа вся стена была из толстого стекла. Слева на стене висела подробная карта области. У противоположной стены от входа, у застекленных шкафов, стоял огромный офисный стол из дорогого красного дерева. К нему перпендикулярно примыкал стол поуже, у которого с обеих сторон стояло по пять дорогих под цвет столов стульев. За главным столом в высоком кожаном, под цвет мебели, коричневом кресле с последней моделью самого дорогого айфона в руке полулежал шеф.

Вовка, несмотря на весь этот немыслимый для него антураж и измененную внешность — лысый череп и большую окладистую бороду, — сразу узнал Торбу.

Торба, когда-то, будучи еще подростком, долгое время вместе с родителями жил в Вовкиной родной деревне. В Таежной.

Торба метнул на Вовку оценивающий взгляд, кивнул на стулья.

— …Ну, хорошо… За это я тебе сделаю предложение, от которого ты отказаться не сможешь, но это при личной встрече. Ну, пока, — закончил разговор по айфону Торба.

— Иван Геннадьевич, нового сотрудника привел, познакомьтесь, — сказал, улыбаясь, Бритый.

— Это мы его из тюрьмы выручали? — спросил Торба.

— Да, его, — подтвердил Бритый.

— А мы знакомы, правда… — шеф замолчал, думая, как назвать Вовку.

— Вован, — подсказал Бритый.

— А что, мне нравится — «Вован».

— Да, знакомы, — кивнул Вовка.

— Пока будешь работать с Бритым. Потом посмотрим, решим. Оклад пока — тысяча. С тачкой тоже решим. — Торба повернулся на крутящемся кресле, открыл стоящий сбоку сейф, достал пачку долларов, отсчитал десять стодолларовых купюр. Закрыв сейф, Торба повернулся к Вовке.

— А что делать-то буду, Иван? — спросил Вовка, глядя на брошенные перед ним деньги.

— Иван Геннадьевич, — поправил его Торба. — А делать? А что ты делал в торговом центре? И здесь будешь делать то же самое. Я буду заниматься бизнесом, а ты охранять. Авторитет заработаешь, получишь долю, как Бритый и другие авторитетные пацаны.

Выйдя из кабинета шефа, Бритый представил Вовку длинноногой секретарше:

— Людочка, это новый наш сотрудник — Вован. Не обижай его, — засмеялся Бритый.

Секретарша окинула Вовку пристальным взглядом,