Сон наяву - Людмила Ладожская

– Мишель, мы точно не уверены что, девушка, которую ты ищешь, находится здесь, – начал Реми, – но ты же не дал ничего сказать.

– Реми! Черт! Уже вечер, возможно….– Мишель зарычал и ударил со всей силы в столб, к которому Дени уже привязывал скакуна.

– Вон, там, видишь? Посудина стоит, – Реми соскочил с лошади и отдал поводья моряку.

– Ну? – вглядывался в темноту Мишель.

– Присмотрись. Небольшая посудина, из каюты которой виден свет. Мои люди сказали, что видели и черную карету, и карлика. Девушку не видели, но охрана выставлена в восемь человек. Пытались заговорить, но увидели лишь острые клинки.

– Идем туда, Реми! Я чувствую, что она там.

*******************************

Когда Мустафа-паша вошел в каюту, София сидела на кровати, по-прежнему оставаясь в теплой накидке, несмотря на то, что в помещении было достаточно тепло. Мужчина был одет в черный теплый плащ, украшенный мелкими синими камешками. Он не довольно осмотрел девушку, которая явно не подготовилась к встрече с ним. Одной рукой расстегнул застежку и скинул плащ на пол, оставшись в бархатном длинном кафтане, одетым поверх желтого шелкового каиса. София подняла глаза и слегка покраснела. Перед ней стоял тот самый турок, с которым она танцевала на маскараде. Но вместо доброй улыбки в его глазах она прочитала надменный холод.

– Добрый вечер, Мустафа-паша, – она еще раз склонила голову и присела в реверансе. – Полагаю, что мое присутствие на этом судне некая ошибка. Поэтому очень хотела вас дождаться и вернуться в дом своих будущих родственников де Омалей.

Визирь смотрел на нее, словно она появилась с другой планеты. Затянувшаяся пауза со стороны этого восточного мужчины и пугающая тишина в каюте начали приводить Софию к панике. Мустафа-паша прошел к диванной зоне, расположился среди подушек, взял пару ягод винограда, положил в рот и медленно прожевал.

– Ты действительно думаешь, что ты попала сюда случайно?

– Да. Через несколько дней я выйду замуж за графа де……

– Через несколько дней ты отправишься со мной в Стамбул и будешь жить там под моей опекой, если понравишься мне, – прервал девушку турок.

– А если не понравлюсь? – вызывающе бросила София, понимания, что разговор принимает серьезный оборот.

– В Стамбуле я выручу за тебя не плохие деньги, продав на невольничьем рынке. Но, думаю, что тебе это не грозит, ведь ты смогла очаровать герцога, о чьей безупречной репутации слагаются в Версале легенды. Это же он купил патент на имя баронессы де Моро?

– Если вы настолько осведомлены о моей личной жизни, то почему бы вам не продать меня герцогу? – дерзко спросила София.

– Потому что я сам не прочь иметь наложницу, как ты.

Тело Софии горело и от жаркой накидки, и от ее удручающего и серьезного положения. «Неужели сказки конец и я закончу свою жизнь в гареме какого-нибудь турка?»

– Переоденься София, вернее Гезем. Отныне я буду звать тебя так. На нашем языке это означает тайна, которые я привык открывать. Сейчас нам принесут мясо свежего барашка. И сегодня я позволю выпить тебе вина. Я заметил, что в салонах Версаля оно удивительно действует на женщин, склоняя их к разврату.

– Возможно, вы ошиблись в выборе! – София не сдавалась. – Герцог так не оставит этого.

– Не сомневаюсь, – улыбка тронула губы визиря. – Потерять такой цветок! Твоя одежда на кровати, Гезем. Ты должна слушать меня с одного раза.

София замерла. «Вот оно все. Конец. Сейчас тобой овладеет этот турок, и ты станешь падшей женщиной. Как с этим жить?» Паша видел, что нижняя губа девушки подрагивает, и ее боевой дух посылает ему прощальный поцелуй. Он резко поднялся и направился к ней. Оцепенение сковало руки и ноги. Он быстро расстегнул на ней плащ и откинул коротать вечер к своему. Склонился к шее и вдохнул ее запах. София дрожала, чувствуя силу и реальную угрозу. Когда же его пальцы сомкнулись на ее талии, а губы коснулись груди, она уперлась ему в грудь, пытаясь вырваться.

– Так мне нравится даже больше, моя Гезем, – он одной рукой скрутил ей руки за спиной, а второй начал исследовать тело, пытаясь залезть под юбки.

София собралась с духом и коленом ударила туда, где находилось одно из достояний визиря. Он глубоко вздохнул, но быстро пришел в себя, дал ей пощечину и толкнул на кровать неприличных размеров. Завязалась борьба, за которой ни паша, ни Софи не слышали звона шпаг и сабель за дверью. Софи только все поняла, когда почувствовала, как неведомая сила оттащила турка от нее и откинула в сторону. Любимое лицо Мишеля нарисовалось из ореола горящих свечей, источающих аромат роз. Он протянул руку, помогая встать с кровати, поднял с пола накидку и закрыл ее своей грудью. От пугающего звука металла Софии хотелось закрыть уши. Дени и незнакомый мужчина отступали к ним под натиском пятерых турецких солдат. Софии казалось, что пришел конец. Визирь поднялся с пола и, отыскав саблю, тоже двинулся на защитников его пленницы. Девушка машинально достала из своей сумки, с которой не расставалась, магнитик, купленный при входе в галерею в Новгороде, и отчаянно стала молиться, понимая, что битва проиграна, так как турки, словно саранча влетали в каюту, тесня их к стене. Вдруг, она почувствовала, как ее ноги оторвались пола каюты, а она сама провалилась в огромную черную воронку смерча и наступила темнота.

*********************************

София открыла глаза. Ее любимые серо-голубые глаза смотрели на нее с нежностью и заботой.

– Мишель, родной….

Во всем теле присутствовала слабость. Ноги были ватными.

– Моя Софи, моя милая Софи…. Мишель прижал ее к себе и оставил долгий поцелуй на ее чувственных губах.

– Все нормально? Мы спасены? – лязг оружия сменился на другой звук.

«Звук. Это же звук машин!», – София подняла голову и увидела поток машин, движущийся по дороге, находившейся от них метрах в тридцати. Она обернулась на ворчание Дени, которому незнакомый мужчина помогал спуститься с дерева, и ее взгляд упал на неоновую вывеску отель «Акрон». «Интересно, это не сон?», – она закрыла глаза и через минуту снова открыла. Картинка не поменялась.

– Мишель, – слезы покатились из глаз, – кажется, я вернулась домой….

Она оперлась на руку герцога и поднялась на ноги.

– Мишель я дома! – она бросилась на шею озадаченного мужчины, едва успевшего подняться вслед за ней.

– Я думал, что твой дом там, где и мой, – разочарованно сказал он и отстранил от себя.

– Мишель, это действительно так, но ….

– Но что? – его взгляд был холодным и обжигающе ледяным. Она не верила, что он может так смотреть на нее.