Круг Дней - Кен Фоллетт

— Какой смысл в таких правилах? Почему бы им просто не сходиться с любым мужчиной или женщиной, кто согласен, подобно нам? Что в этом плохого?

Бейз покачал головой.

— Знаешь, иногда женщины скотоводов хотят спать с лесовиками.

— Ох! Отвратительно! Они такие уродливые, с этими их острыми носами и блёклыми глазами.

— И ноги у них тощие, как у оленей.

Оба рассмеялись.

В первый вечер они сделали то же, что Бейз делал и в прошлые свои походы. Вошли в одно из небольших поселений скотоводов, нашли тех, кто готовил еду, и сели у их костра. Рано или поздно, ожидал Бейз, им протянут миски, словно они здесь свои.

С земледельцами это никогда не срабатывало, а теперь, как они обнаружили, не работало и со скотоводами. Мужчина у костра объяснил ему:

— Это засуха. У нас пайки, едва хватает на себя. Если поделимся, будем голодать. Простите.

На следующее утро они нашли немного дикого лука и съели его на ходу. Вечером новый пёс Фелла убил месячного детёныша косули и с гордостью притащил его хозяину. Ночью они его приготовили и поделились с псом.

Лесовики редко когда проявляли спешку, и к Монументу они добрались лишь к полудню третьего дня.

Во времена Обрядов здесь было людно, за земляным валом во всю шла торговля, но сейчас место казалось пустынным. Вероятно, скотоводы обитали в соседнем Излучье, крупнейшем поселении на равнине. Но жрицы должны были быть где-то здесь. Бейз повёл брата к селению поблизости от Монумента, где жили жрицы.

Он нервничал. Этот разговор будет очень важным, и ему нужно было, чтобы его поняли на языке скотоводов. Никто из скотоводов или земледельцев не говорил на языке лесовиков. Он знал, что самую главную из жриц называют Верховной Жрицей, и решил, что будет говорить с ней.

Жриц в хижинах не было. В тёплую погоду мало кто жил в помещениях, хижины больше были для холодного времени года. Но очень скоро Бейз с Феллом вышли на группу женщин, сидевших на земле посреди их небольшого селения. Все были в длинных туниках, отличавших их как жриц. Бейз и Фелл были в коротких туниках, какие носило большинство скотоводов и земледельцев. Они специально надели их в дорогу, поскольку летом они обычно носили лишь кожаные набедренные повязки.

Бейз был рад, что так быстро нашёл жриц.

Они разом затихли, увидев лесовиков. Одна женщина, сидевшая спиной к Бейзу и Феллу, обернулась и вскрикнула от испуга, но остальные рассмеялись над ней, и через мгновение она тоже присоединилась к общему веселью.

Они успокоились, и невысокая, но уверенная в себе женщина сказала:

— Здравствуйте. Вам что-то нужно?

— Да улыбнётся вам Бог Солнца, — осторожно произнёс Бейз.

— И вам, — ответила она.

— Вы Верховная Жрица?

Все рассмеялись.

— Нет, я не Верховная Жрица. Меня зовут Сэри.

— Я Бейз, а это мой брат, Фелл. Можете отвести нас к Верховной Жрице? Это очень важно и срочно.

— Верховная Жрица стара и очень больна. Боюсь, она не сможет с вами поговорить.

Это была неудача. Фелл обратился к Бейзу на языке лесовиков:

— Что она сказала? Я не понял.

— Верховная Жрица слишком больна, чтобы с нами говорить.

— Тогда мы должны поговорить с кем-то другим.

Бейз снова повернулся к женщине по имени Сэри.

— Есть кто-нибудь ещё? Нам нужно узнать про миграцию оленей.

Женщины заговорили между собой, и Бейз понял, что одна из них сказала: «Элло всё знает».

Остальные, казалось, согласились, и та, что стала их представительницей, сказала:

— Вторая Верховная Жрица, возможно, вам поможет. Её зовут Элло.

— Можете отвести нас к ней?

— Конечно.

Бейз почувствовал облегчение.

Сэри привела их к одной из небольших хижин. Она заглянула внутрь и сказала:

— Здесь двое лесовиков, Бейз и Фелл, хотят поговорить с вами.

Бейз не расслышал ответа и забеспокоился, что он мог быть отрицательным. Он сунул голову внутрь. Он увидел очень старую женщину, лежавшую на подстилке, и рядом с ней женщину средних лет. «Та, что моложе, должно быть, Элло», — догадался он. Она встала, и он отступил назад.

Элло вышла. Бейз сразу увидел, что лицо у неё недоброе.

— Да улыбнётся вам Бог Солнца, — сказал он.

Она проигнорировала его слова.

— Что вы хотите?

— Мы из места, которое вы зовёте Западный Лес. Наше племя голодает из-за засухи, и…

Элло прервала его:

— Всем сейчас так. Вы зря тратите здесь время. Мы не можем дать вам еды.

Бейза оскорбило, что она приняла его за попрошайку. Он выпрямился и посмотрел ей в глаза.

— Мы пришли сюда не за едой. Мы сможем прокормить себя, когда олени начнут миграцию, а это должно быть скоро. Но мы не можем сказать точно, когда. Мне говорили, вы, жрицы, знаете все дни года. Это правда? Можете ли вы сказать нам, когда олени начнут свой путь к Северо-Западным Холмам?

Лицо женщины ожесточилось.

— Мы здесь не для того, чтобы вам служить, — сказала она с презрением. — Скотоводы кормят нас, и мы даём им сведения, а вы, люди, не даёте нам ничего. Я не обязана вам помогать. У меня и так дел хватает. — Она повернулась спиной.

Бейз отбросил гордость.

— Пожалуйста, — сказал он. — Мы голодаем и просим лишь о сведениях.

Элло вошла в хижину и загородила за собой вход плетнём.

Сэри выглядела смущённой.

— Простите, — сказала она и ушла.

Бейз был в отчаянии. Они проделали весь этот путь лишь для того, чтобы получить категорический отказ. Мысль о том, что ему придется вернуться домой и сообщить о неудаче, приводила его в ужас.

— Что теперь будем делать? — спросил Фелл.

«Хорошо, наверное, быть младшим братом, — подумал Бейз. — В трудную минуту спрашиваешь, что делать, и ждёшь ответа».

— Я не знаю. Полагаю, нам лучше пойти в Излучье.

— Кормить нас не станут, это мы уже поняли.

— Но, может, согласятся на обмен, — сказал Бейз.

— Нам нечего предложить на обмен.

Бейз посмотрел на шею Фелла.

Фелл коснулся ожерелья из медвежьих зубов.

— Нет.

— Даже если придётся голодать?

Фелл, казалось, вот-вот заплачет, но всё же кивнул.

— Пойдём.

Они побрели по тропе, что вела от Монумента к Излучью. Шли, понурив головы, совершенно упав духом, измученные голодом.

Бейз подумывал о краже. Если представится возможность украсть