Автостоп по краю лета - Алексей Крайнов

криминальными людьми с разными, но близкими по смыслу историями. Многих поймали при бродяжничестве. Это же Крым, курортный край, его нужно держать в чистоте, а бомжей, в том числе вроде меня, вычищать всеми доступными методами!

Несколько человек были местными. Их забрали без документов – в неправильное время, например, ночью, и в неправильном месте, например, на лавочке у собственного дома, за распитием бутылки вина. Периодически среди сидельцев находились человек или два, кто был в активной проработке и кого выдёргивали раз в пару дней на общение в кабинет.

Кто-то из сокамерников иногда выбывал из этой тусовки, выходя на свободу. На освободившиеся места к нам в тот же день подселяли новичков.

Некоторые из них оказались колоритными персонажами, достойными отдельного рассказа!

* * *

Первым запомнился мне Фарид, азербайджанец лет двадцати трёх.

Заехав к нам в камеру, он, как и предполагалось, расположился перед кроватями и принялся рассказывать о себе. Но это представление отличалось от типичных историй новоприбывших.

Усевшись на полу и скрестив по-турецки ноги, Фарид стартовал классически: родом из Баку, переехал с отцом в Крым ещё маленьким, здесь вырос, ходил в школу. Говорил он с лёгким акцентом, но это не мешало вовлекаться в его историю.

Дальше рассказ Фарида плавно перетекал к его карьерному пути.

Начинал он с простого: уважаемый коммерсант из своих, знакомый его дяди, позвал Фарида помочь на работе – нужно было переставлять на складе ящики с водкой, привозимой с завода. На этой должности Фарид проработал с полгода – и так заработал себе стартовую репутацию.

На следующей ступени карьеры ему поручили сопровождать машину с водителем, доставлявшим ящики с завода на тот самый склад. Так он узнал, что завода нет, есть только какой-то подвал в селе, а водка палёная.

Но это не смутило карьериста, и на этой уважаемой позиции он проработал два года.

И как проработал! Его останавливали, требовали взятки, угрожали арестом, пытались его зарезать, убить иными способами, но он всегда выходил сухим из воды. Фарид, как и любой нормальный джигит, на поясе под рубашкой носил кинжал, и в самых сложных ситуациях он неизменно выручал его.

Наконец Фарид приблизился к топовым позициям – его начали отправлять с большой составной фурой, заполненной водочными ящиками, в другие области. Здесь ответственность была громадной. Он слышал, что некоторые карьеристы, добравшись до этого уровня, не могли устоять перед соблазном – они брали фуру, ехали с ней в далёкую область, сдавали ящики на оптовой базе и получали деньги. Но дома их после этого уже не видели.

Фарид проработал в этой ответственной должности две недели. За это время он успел доставить первую фуру и, главное, – вернуться с ней и деньгами домой!

Отчего-то ему кажется, что его начальник не до конца ему доверяет, но Фарид докажет, что он честный человек, может возить по несколько фур в месяц и возвращаться с деньгами. Тем более что ему подсказали места, где сдавать водку можно по более высоким ценам, чем ожидает начальник, так что бизнес для всех предполагался хороший.

В спецприёмник Фарида забрали за излишне эмоциональное празднование своей первой поездки. В местном кафе, будучи навеселе, он разбил только что принесённую официантом бутылку красного вина, уронив её на каменный пол. Фарид стал требовать замены, но замену не предоставили, что вывело его из себя. А это, в свою очередь, вывело из себя хозяина заведения, который, недолго думая, вызвал патруль.

Завершая свою историю, Фарид заявил, что дядя вытащит его отсюда не позже чем к вечеру. Так что обедать он не будет – дома его накормят!

Не знаю, как другие, но я, выслушав хроники Фарида, не удивился тому, что этот водочный герой, пропустив обед и ужин, остался с нами на ночь.

После ужина он неожиданно заплакал. Он сидел на своей кровати, свесив ноги и наклонив голову, закрывая лицо одной рукой. Ему скинулись куском хлеба, и он жевал его, продолжая всхлипывать.

Парня было реально жалко.

На следующий день, выспавшись и позавтракав, он снова обрёл осанку джигита и пообещал всем в камере, что его заберут или сегодня, или, самое позднее, завтра.

Я мог бы иронизировать над происходящим, если бы не помнил, как сам две недели назад был абсолютно уверен в скором своём освобождении. Как там? Пара дней, не больше – и я на свободе?

Фарида не забрали ни через день, ни даже через несколько.

И вот, в один прекрасный вечер, после ужина, когда все настраивались на скорый отбой, я вдруг услышал, как с койки Фарида доносится странный звук – как будто кто-то хрипит и одновременно стонет.

Сразу после этого я вижу, как Фарид мешком валится со своей койки и падает на пол. На полу он начинает трястись, выпрямив руки, страшно изгибается, краснеет и продолжает хрипеть… На краю рта появляется пена…

Я бегу к нему и пытаюсь успокоить его, держа за плечи, как-то привести в себя. Но это не помогает, страшные судороги продолжаются; похоже, Фариду становится только хуже.

Ко мне подходит Иван. Похлопав меня по плечу, говорит:

– Зря паришься, лепит парень, потрясётся и встанет.

Я смотрю на Ивана и думаю: у людей «с опытом» эмоции совсем атрофированы, у человека же приступ – эпилепсия или сердце!

Кто-то из нашей камеры громко стучит в дверь изнутри и кричит:

– Врача позовите!

К нам вбегает охранник – с подкреплением, но пока без врача. Вбежавшие окружают трясущегося Фарида и смотрят на него с полминуты.

Затем один из них берёт с нашего стола кастрюлю с водой для питья, возвращается и с размаха выливает её Фариду на голову.

И вот, Фарид на моих глазах перестаёт трястись и хрипеть, открывает глаза и смотрит на человека, опрокинувшего на него кастрюлю… Затем он встаёт, отряхивает голову, снимает промокшую казённую рубашку и садится обратно на кровать.

– Ещё раз устроишь – пожалеешь, – грубо и буднично говорит один из охранников, и всем составом они выходят из нашей камеры.

* * *

Жизнь – сложная, иногда слабо поддающаяся прогнозам штука, не мне говорить.

Минула неделя после красочного заезда нашего Фарида, с тех пор притихшего. Мы только что позавтракали. И вдруг дверь камеры открывается – и звучит команда:

– Гулиев, с вещами на выход!

На наших глазах Фарид выпрямляется, возвращает себе надменность молодого джигита и, обведя камеру уверенным взглядом, с лёгким акцентом произносит:

– Я же говорил, меня дядя заберёт. Что мне не верили?

Глава 55