История России. От краха Российской империи до современной России - Андрей Николаевич Сахаров

трех государств в случае агрессии Германии. СССР предлагал провести свои войска через территорию Польши, чтобы выйти к границе Германии. Правительство Польши, имея к этому времени гарантии Англии и Франции о ее защите в случае нападения Германии, ответило категорическим отказом на предложение СССР. Правящие круги Англии и Франции как союзники Польши не содействовали решению вопроса о пропуске советских войск к германской границе и старались не брать на себя никаких конкретных военных обязательств. Неудача этих переговоров была фактически предрешена. Главная ее причина коренилась в глубоком недоверии западных лидеров к СССР, их желании держать СССР в резерве и «пригласить подать руку помощи при определенных обстоятельствах в наиболее удобной форме». Этому способствовал развязанный Сталиным в стране «большой террор». Сталин, в свою очередь, также не мог преодолеть негативного отношения к своим идеологическим противникам. На переговорах и одна и другая сторона допустили крупные стратегические просчеты, не проявив должной гибкости, широты мышления, предвидения, недооценив агрессивные намерения фашистской Германии. В конечном счете именно нежелание Англии и Франции занять конструктивную позицию на переговорах с Москвой поставило крест на последней попытке создать единый антифашистский фронт государств Европы.

В сложившейся обстановке, чтобы предотвратить реальную угрозу войны, советское правительство приняло решение о начале переговоров с Германией в ответ на ее предложение об улучшении государственных отношений. Политика нацистской Германии представлялась Сталину более понятной, предсказуемой, чем политика буржуазно-демократических стран Англии и Франции. Переговоры с Германией давали возможность советскому лидеру расколоть участников Мюнхенского сговора на два лагеря, а Гитлера он надеялся перехитрить.

Искать сближения с Германией Сталина вынуждала также непростая обстановка на востоке страны. Возраставшая агрессивность Японии вполне реально обозначила перспективу войны СССР на два фронта.

Японская агрессия. Захватив Маньчжурию, Северный и Центральный Китай, Япония 29 июля 1938 г. вторглась и на советскую территорию в районе озера Хасан. 6–9 августа 1938 г. в результате ожесточенных боев советская территория была очищена от японских захватчиков. Однако японские милитаристы продолжали свои провокации. 11 мая 1939 г. Япония начала военные действия в районе реки Халхин-Гол, пытаясь захватить территорию Монгольской Республики. Согласно Протоколу 1936 г. о взаимной помощи между СССР и Монголией для отпора агрессору была создана первая объединенная армейская группа из советских и монгольских войск под командованием Г. К. Жукова. Необъявленная война на Халхин-Голе продолжалась все лето. В ней приняли участие с обеих сторон десятки тысяч солдат и офицеров, сотни танков и самолетов.

Первые недели сражений складывались для советских войск не очень удачно. Сил для отпора агрессии на восточных границах Монголии было явно недостаточно. Вскоре лучшие советские асы, воевавшие в республиканской Испании, были направлены в район конфликта. Они добились перелома в воздушных боях, полного господства в воздухе. В середине сентября агрессор потерпел сокрушительное поражение, что заставило Японию пересмотреть планы предстоящих военных действий, отдав предпочтение южному направлению. События у реки Халхин-Гол явились одной из причин неучастия императорской Японии в войне против СССР на стороне гитлеровской Германии ни в 1941, ни в 1942 г.

Сговор двух диктаторов. Смена внешнеполитических приоритетов летом 1939 г. вовсе не результат случайного стечения обстоятельств, не экспромт в условиях цейтнота, а следствие эволюции советской внешнеполитической стратегии.

Сталин, как никто другой, знал, что к большой войне страна не готова, еще меньше устраивала его перспектива таскать каштаны из огня для западных союзников. Он надеялся вступить в войну в качестве «смеющегося третьего».

Союз с Великобританией и Францией не давал Сталину возможности реализовать его доктрину безопасности страны, базирующуюся на расширении сфер влияния и территориальных приобретениях, а главное, не давал столь желанный нейтралитет и неучастие в возможном европейском конфликте. Несомненно, важную роль в советско-германском сближении сыграли экономические мотивы, хотя каждая из сторон преследовала прямо противоположные цели. Гитлеру нужен был спокойный тыл на Востоке, чтобы вести войну с Францией и Англией. Сталин хотел оттянуть начало войны, чтобы нарастить военные и индустриальные мускулы и вступить в войну в роли суперарбитра, когда воюющие стороны сами ослабят друг друга. Не случайно через 1,5 месяца после немецкого предложения возобновить торгово-кредитные соглашения в декабре 1938 г. последовало развернутое постановление Политбюро ЦК ВКП (б), обязывавшее наркоматы обороны, тяжелой, авиационной, судостроительной и военной промышленности в 15-дневный срок представить списки для заказов в Германии оборудования и приборов.

Советско-германские переговоры начались 15 августа 1939 г., и уже 23 августа (когда еще не были формально завершены продолжавшиеся военные переговоры с Англией и Францией) министр иностранных дел Германии И. Риббентроп и В. М. Молотов, в мае 1939 г. сменивший на посту главы Наркомата иностранных дел отправленного в отставку М. М. Литвинова, подписали в Москве Пакт о ненападении сроком на десять лет. Одновременно с ним был подписан дополнительный секретный протокол, где разграничивались сферы интересов Германии и СССР в отношении соседних суверенных государств (Польши, Латвии, Эстонии, Литвы, Бессарабии). В протоколе была реализована идея геополитической доктрины Сталина обеспечения безопасности СССР за счет разграничения сфер влияния и территориальных приобретений, в частности возврата СССР земель, отошедших Польше по Рижскому договору 1921 г. Фактически в этих документах решалась судьба третьих стран без их участия и согласия. Эти документы разрабатывлись в условиях строжайшей секретности. О них ничего не знали до момента подписания некоторые члены Политбюро и руководящие работники Наркомата иностранных дел. Секретный протокол, составлявший основу договоренности сторон, не был предъявлен Верховному Совету для ратификации и долгое время держался в тайне, наличие его отрицалось руководством СССР вплоть до 1989 г. И только в конце 1980-х гг. он стал достоянием общественности.

Оценка факта заключения с Германией договора о ненападении до сих пор остается неоднозначной. Одни исследователи утверждают, что Сталин, заключив пакт, выбрал единственно правильный путь, расколов антисоветский фронт, другие обвиняют его в предательстве западных демократий и развязывании рук Гитлеру. Наконец, третьи делают акцент на стремлении советского руководства к дальнейшему революционному переделу мира. К сожалению, доступный для исследователей круг источников не дает исчерпывающих аргументов ни для одной из названных точек зрения.

Несомненно, договор нанес удар по международному престижу СССР, активно выступавшего до этого против фашизма. В известной мере он дезориентировал советских людей накануне грозного испытания. Что касается утверждения, что заключение советско-германского Пакта о ненападении давало Сталину выигрыш некоторого времени для укрепления обороноспособности страны, то оно верно лишь отчасти. Очевидно, что и Гитлер также не напрасно потратил полученное время. За два года вермахт, не имевший в 1939 г. серьезного боевого опыта, приобрел его. Германия смогла аккумулировать экономический потенциал оккупированных ею стран Европы для наращивания своей военной мощи. Немецкие вооруженные силы получили новые танки, средства связи и людские ресурсы.

Тем не менее Пакт Молотова –