Роанна Энгерская. Путь на Юг - Виктор Постоенко

Посетителей было немного, рабочий день. Мне было интересно наблюдать, как Илара и Мэйси знакомились с местной простой городской кухней, с тем, чем питаются простолюдины.

И даже добавки попросили.

После обеда Ройна попросила меня зайти в помещение. Там она еще раз, извинившись, спросила разрешения проверить мой пульс. Мол, она столько родов приняла, хочет послушать, мальчик у меня или девочка.

В этом деле глаз был у нее был наметанный. Правда, я понятия не имела как это можно сделать без узи, но видимо были какие-то способности у некоторых людей.

Она внимательно прислушивалась, потом как-то встревожилась. И попросила позволения послушать меня просто ухом. Я расстегнула одежды, и дала ей приложить ухо к моему животу. Что там она могла услышать?

Тихонько вошла Франкис. Ройна зашипела на нее – замри. Мне эти манипуляции уже не нравились. Ройну я знала, просто так она ничего не будет делать.

Потом она откинула голову, подозвала Франкис, мол ты то же послушай. Та приложила ухо на несколько мгновений, попросила не дышать, потом так же откинула голову и вопросительно посмотрела на Ройну.

Та, улыбнувшись, кивнула головой. Потом обе отползли от меня, не вставая с колен и поклонились. Что за чушь?

- Ваше Высочество, Роанна, у тебя там два сердцебиения, одно посильнее, это мальчик. А послабее это девочка. Поздравляем, Ваше Высочество.

- А как же дворцовые врачи? – как-то обиженно, еще не веря в услышанное, промямлила я.

- Так они поди и не принимали никогда двойню, откуда им знать то, они же из дворца не выходят. А я не слыхала что бы кто-то двойню рожал из знатных. Не волнуйся, все будет хорошо, я уже не раз принимала двойню. Все будет хорошо. А дворцовых лекарей не ругайте, если человек с этим не сталкивался, то откуда же ему знать.

Мы еще какое-то время посидели одни, тихо разговаривая. Потом пришел супруг, и я попрощалась с обеими тетушками, решив ему пока ничего не говорить.

По возвращению во дворец провели посадочные работы и в нашем саду огороде. Тут уже больше старались Делла и Арин вместе с служанками.

А я не знала то ли мне плакать, то ли радоваться. Послала за Нанке.

Выслушав меня, подруга рассмеялась. Потом обняла и сказала, что надо радоваться, сразу отстреляешься и завяжешь ему все там на крепкий узел.

Ну а серьёзно предложила немедленно с этой вестью посетить Императрицу, что мы и сделали.

Это был первый раз, когда я назвала Императрицу мамой.

Глава тридцать первая. Мастера. Франки и бритты. Первый бой.

С каждым днем знаковых новостей приходило все больше и больше. Император дал свое позволение на строительство большой настоящей католической церкви в Андоле. Министр Вэллер выделил для нее место, которое попросили католические священники.

Что бы церковь стояла по всем их канонам. Строить собирались все переселенцы, я даже не ожидала такого единения. Ведь часть из них принадлежала к протестантской церкви.

На «Рооне» пришел Бойл с командой, выгрузили много имущества на верфи. Он оставлял в Рианоле большую группу судостроителей, а сам хотел сходить в Армар и Тирит и посмотреть тамошние верфи.

Оба фрегата спущены на воду и уведены к достроечной набережной. Ее построили в районе судоверфи. Оборудовали кранами по чертежам двух молодых людей. Там же стоят приведенные из Арлона уже вооруженные пушками четыре новых корвета.

Сейчас им ставят мачты и готовятся к полному оснащению. В Арлоне заложили четыре фрегата. На модернизированной верфи в Десмуа заложили еще четыре новых 24 пушечных корвета.

А на основном стапеле начали постройку двух 86-ти пушечных линейных кораблей улучшенной версии «Горца». Сам «Горец» поставлен в док для обработки и обшивки днища. Одновременно с ним в док завели и «Неустрашимого».

Это последние корабли с еще не обшитым днищем. Командовать отремонтированным 18 пушечным кастильским галеоном, получившим имя «Эттиль», О.Брайен назначил известного мне капитана Оглсторпа. Корабль грузится тяжелой артиллерией и военным имуществом для строящихся рианольских береговых фортов.

Ко мне во Дворец Бойл привел двух скромных молодых людей, не старше тридцати лет. Это и были изобретатели из Эдинбурга. Как я и подумала, они предлагали самую настоящую одноцилиндровую паровую машину.

Беседуя с ними, я постепенно старалась натолкнуть их на мысль об увеличении числа цилиндров. И подумать, как подавать туда пар. Мы сидели несколько часов, пока я не нарисовала им настоящий кривошипно-шатунный механизм, как помнила.

К моему удивлению один из них достал почти такой же рисунок. И еще я посоветовала им сплавать на остров Тамн. Один из рыбаков рассказывал, что там на побережье прямо из берега выступают пласты черного камня, который очень хорошо горит в костре.

Один из мастеров вскинулся – неужели это уголь? Я сделала тупой вид и переспросила, а что это такое. Мне горячо объяснили и про происхождение, и про полезность угля.

Я уже сама об этом думала. Но раз появились знающие люди, значит это будет уже исходить не от меня.

Мы просидели над бумагами практически до обеда. Затем я отправила обоих мастеров обратно в Андол с почтовой каретой. Конечно до судового двигателя еще далеко, но начало положено.

Они прирожденные инженеры, пусть дальше сами додумывают. Идею перераспределения пара я им тоже подсказала. Готовую машину предложила отдать Фишеру. Пусть с ее помощью воду из шахты качают.

Мои растеньица росли неумолимо. Следить за ними взялась Инхора. Дома она помогала матери с огородом, и уж поруководить прополкой и поливом могла и без меня.

Скоро будем высаживать помидоры. Тридцать кустов здесь и пятьдесят в усадьбе. Сколько нормально взошло. Неужели я скоро поем моей любимой в детстве вареной кукурузы, посыпанной солью?

Во время моих визитов в усадьбу Ройна каждый раз слушала меня и радовалась. Я уже не волновалась так. Хотя передвигаться стало заметно тяжелее.

Причина для приглашения обеих женщин есть, и весомая. Я уже обговорила это с Императрицей. И она поддержала меня. Сначала вообще хотела разнести в пух и прах дворцовых лекарей за такое упущение, но я отговорила.

Незачем. Да и в чем их вина если ранее с подобным не сталкивались и не обратили внимание на другой пульс. Может и не услышали.

Генерал Стар обживался в здании Генерального штаба. С собой он взял с десяток бывших старших офицеров бриттской армии.

Ольга Михайловна, которая была то же в положении, вместе с дочкой разместились в купленном Императором для генерала небольшом городском уютном особняке. Со своим парком и небольшим прудиком.

Я попросила ее заглядывать ко мне. Мы общались на росском языке, и она написала под мою диктовку пару листов. Каково же было мое удивление, когда я увидела, что в этом мире в росском языке нет