Тепло светлячков. О маленьких чудесах, что делают жизнь полной - Цзинь Юйцзян

В холле больницы с одной стороны охранники изо всех сил удерживали разъяренного мужчину и его спутников, с другой — сотрудники службы урегулирования конфликтов пытались разогнать толпу и утихомирить ситуацию. Все вокруг погрузилось в хаос. В конце концов прибывшие по вызову полицейские выпроводили зачинщиков из приемного отделения.

Потом мама, прихрамывая, повела меня наверх в свой кабинет. Всю дорогу она шла впереди, молча, ни разу не оглянувшись. Когда мы зашли в офис, она даже не стала приводить в порядок растрепанные волосы и смятую одежду, а сразу начала меня отчитывать:

— Кто тебе позволил вмешиваться? Как ты могла так разговаривать с людьми?! Ты вообще понимаешь, как это было опасно?!

Тогда я совсем не осознавала, почему мама так рассердилась. Мне казалось, она, наоборот, должна похвалить меня за смелость. Ведь мы с ней договаривались пообедать вместе, а теперь выходит, будто я специально пришла сюда скандалить? Я просто хотела помочь ей, когда увидела, как ее обидели. Я думала, что она слишком нерешительна и поэтому избегает склок, боится, что ссора обернется местью, отчего никогда ни с кем не вступает в открытые конфликты. Даже сталкиваясь с несправедливостью или грубостью, она все сносит молча. Я расплакалась от обиды и ответила маме сквозь слезы:

— А что я сделала не так? Я просто не могла сдержаться… Он не имел права так тебя оскорблять и тем более толкать!

— И что с того? Я каждый день сталкиваюсь с чем-то подобным и слышу такое не в первый раз, это часть моей работы. Моя задача — налаживать отношения между пациентами и больницей. Они просто были на взводе, вот и сорвались. Когда остынут — все пройдет. Ну накричали, подумаешь. Но твое поведение сегодня не только помешало моей работе — оно подвергло опасности тебя. Ты еще слишком молода и не понимаешь, насколько жесток бывает этот мир. Ты еще не способна защитить себя, так с чего ты взяла, что можешь вступаться за других? Если бы тот человек вдруг причинил тебе вред, я бы себя не простила. Даже думать о том не желаю… Поэтому, пожалуйста, больше не приходи ко мне в больницу. Здесь слишком сложная обстановка, я не хочу, чтобы ты сюда возвращалась, — ответила мама почти дрожащим голосом.

Сначала она смотрела на меня, а потом отвернулась к окну. Растрепанные волосы закрывали половину ее щеки, но были видны морщины между бровями. На ее лице ясно читались усталость и напряжение.

Она будто хотела что-то еще сказать, но так и не произнесла ни слова. Вместо этого она встала, повернувшись ко мне спиной, подошла к окну и долго смотрела на нескончаемый поток машин и людей на улице. Когда я опустила голову, то заметила, что тень мамы упала прямо к моим ногам. Сначала ее очертания были четкими, но постепенно начали расплываться и, затуманенные круглыми каплями, окончательно стерлись.

Я лишь однажды случайно увидела, как мама работает, а для нее так проходят обычные трудовые будни. Она всегда вела себя очень осторожно и даже немного боязливо, но здесь вынуждена была ежедневно сталкиваться с тем, что раньше вызывало у нее страх. Более того, когда она помогает другим справиться с переживаниями, она как будто впитывает в себя весь их эмоциональный мусор.

Вот такая полная стресса работа у мамы всю жизнь. Она слышала в свой адрес самые обидные и грубые слова. В больнице она видела слишком многое: рождение и смерть, тепло и холод человеческих отношений. Она старается с пониманием относиться к другим, но при этом ей приходится сдерживать собственные чувства, прислушиваясь к голосу разума. Она всегда отдавала себя работе без остатка, помогала людям, но так и не смогла найти лекарства от собственных душевных перегрузок.

Многолетняя занятость и постоянный труд постепенно разрывали ту связь, что была между ней и папой. Накопившийся из-за работы стресс причинял маме боль, но она никогда не жаловалась — просто пряталась, чтобы тайком поплакать. Вот только она не знала, что я часто это видела.

Наступал следующий день, и еще до моего пробуждения она приводила себя в порядок и снова отправлялась на свое поле битвы.

В старшей школе у меня случились первые романтические отношения, из-за чего я попала в разряд проблемных учеников и моя успеваемость резко ухудшилась. Мой бунтарский характер довел папу до отчаяния, он всерьез начал сомневаться, что делать. Пока он с учителями давил на меня самым жестким способом, требуя немедленно образумиться, мама повлияла на меня по-своему, изменив весь ход моей жизни.

По-настоящему теплые отношения с ней у меня начали складываться только в старших классах школы. До этого я была гораздо ближе с бабушкой и папой. Я не понимала, что тяжелая работа приносит ей столько боли. Но все равно любила свою маму, которая надевает белый халат в больнице, дома читает книги, водит меня в рестораны и всегда дарит подарки на праздники.

Когда я впервые влюбилась и скатилась по учебе, мама не стала меня строго отчитывать. Вместо этого она просто спросила: «Расскажешь, что за мальчик тебе нравится?»

Мама говорила со мной по душам, как с подружкой, делясь историями из своей молодости. Впервые она объяснила мне, с чем ей приходится сталкиваться на работе. А позже, когда из-за занятости она уже не могла со мной подолгу болтать, мы стали переписываться.

Именно в письмах, которые мама отправляла мне, я узнала ее мысли, взгляды на жизнь, а также ее неповторимую нежность и романтичность.

Раньше я никогда не считала себя красивой, из-за неуверенности в себе даже думала, что уродлива. Но мама часто делала мне комплименты, говорила, что я очень милая. А после похвалы всегда добавляла: красота, конечно, важна, но даже самая привлекательная внешность — ничто по сравнению с вечной красотой женщины: умом и добрым нравом.

Мама любит читать. Она говорит, что это питает душу и пробуждает ум. Под ее влиянием я тоже полюбила книги. Мне нравится с их помощью исследовать прошлое и будущее нашего мира.

Мама беседовала со мной об истории, делилась легендами, рассказами о любви и интересными фрагментами из биографий известных людей. За всеми этими разговорами скрывались глубокие жизненные смыслы. Когда мама преподносила мне их в форме рассказов, мне вовсе не было скучно.

Наоборот, я восхищалась тем, как она помнит все, что когда-либо прочитала. Та мама, которая писала мне письма и листала со мной книги, была совершенно не похожа на ту, кого я знала по ее работе.

Именно в тот период