Там, где кончается тревога. Психологический роман-терапия о свободе, которую обретает человек, избавляясь от тревожности, страхов и панических атак - Павел Алексеевич Федоренко

– Вторая колонка – «Доказательства ЗА». Какие факты из вашей жизни подтверждают эту схему?

– Папа ушел. Муж изменил. Первый парень в институте тоже обманывал…

– Третья колонка – «Доказательства ПРОТИВ». Есть ли в вашей жизни примеры надежных мужчин?

Анна задумалась:

– Дедушка… Он прожил с бабушкой пятьдесят лет, до самой смерти. Мой школьный учитель – он помогал мне после развода родителей, был очень добрым. Сосед дядя Вова – всегда приходил на помощь, когда что-то ломалось…

– Продолжайте.

– Мой врач – уже двадцать лет наблюдает меня, очень внимательный и честный. Коллега по работе Михаил – можно положиться в любой ситуации…

Список рос, и Егор видел, как удивляется Анна.

– Получается довольно много, – сказала она. – Я просто не обращала на них внимания.

– Почему?

– Потому что они не подтверждали мою схему. Мозг видит только то, что ожидает увидеть.

– Точно. А теперь давайте создадим новую, более сбалансированную схему. Как можно переформулировать ваше убеждение?

Анна долго думала.

– «Среди мужчин есть разные люди. Некоторые надежные, некоторые нет. Нужно научиться их различать».

– Отлично! А теперь последнее упражнение. Закройте глаза и представьте себя семилетней.

Анна неуверенно закрыла глаза:

– Представляю…

– Как она выглядит?

– Маленькая, испуганная. Сидит в углу и плачет, потому что папа больше не придет.

– А теперь представьте, что вы, взрослая и мудрая, подходите к этой девочке. Что вы ей скажете?

Голос Анны дрогнул.

– Скажу… что это не ее вина. Что папа ушел не потому, что она плохая. Что взрослые иногда не могут быть вместе, но это не значит, что все люди плохие.

– Что еще?

– Что она вырастет и встретит хороших людей. Что научится отличать тех, кому можно доверять. Что у нее будет красивая жизнь, если она не будет бояться.

– Откройте глаза. Что чувствуете?

Анна открыла глаза, и Егор увидел, что они влажные от слез.

– Жалость к той девочке. И… злость на маму. Зачем она внушала мне, что все мужчины плохие? Она же лишила меня половины жизни!

– Мама тоже была травмирована предательством вашего отца. Она защищала вас так, как умела.

– Понимаю… Но все равно обидно. Сколько лет потрачено на страхи!

– Анна Сергеевна, а давайте используем технику «Здесь и сейчас». Когда мысли уносят вас в прошлое или будущее, важно уметь возвращаться в настоящий момент.

– Как это делать?

– Очень просто. Скажите мне: что вы видите прямо сейчас?

– Вас. Кабинет. Цветы на столе.

– Что слышите?

– Ваш голос. Тиканье часов. Шум машин за окном.

– Что чувствуете телом?

– Мягкость кресла. Тепло от чая. Легкое напряжение в плечах.

– А теперь скажите: прямо сейчас, в эту секунду, вас предают?

– Нет.

– Причиняют боль?

– Нет.

– Вы в безопасности?

– Да.

– Вот и все. Когда старые страхи начнут затягивать в воронку прошлого, возвращайтесь в настоящий момент. Здесь и сейчас вы взрослая, сильная женщина, которая может постоять за себя.

– А если с Алексеем что-то пойдет не так?

– Тогда вы справитесь. У вас есть опыт выживания после предательства. Значит, справитесь и снова, если понадобится. Но это не значит, что нужно ждать предательства.

Анна записывала в тетрадь.

– Знаете, что самое странное? – сказала она. – Я всю жизнь боялась, что меня бросят или предадут. И в итоге сама себя бросила – заперлась дома, отказалась от отношений, от радости.

– Очень точное наблюдение. Иногда мы так боимся боли, что лишаем себя всего хорошего.

– А теперь хочется наверстать упущенное. Жить, любить, доверять… Осторожно, но жить.

– Это мудрый подход. Доверие без наивности.

Время сеанса подходило к концу.

– Анна Сергеевна, домашнее задание. Каждый день практикуйте технику «Здесь и сейчас». И ведите дневник доказательств против старой схемы – записывайте все примеры порядочности и надежности, которые встречаете.

– Обязательно. И еще… Можно вопрос?

– Конечно.

– Вы сами работали со своими детскими схемами?

Егор задумался. Обычно он не рассказывал клиентам о себе, но иногда собственный опыт мог быть полезен.

– Работал. У меня была схема «Я должен быть идеальным, чтобы меня любили». Формировалась годами в семье, где любовь зависела от достижений.

– И как справились?

– Долго и трудно. Помогли отношения с женой – она полюбила меня со всеми недостатками. И работа с клиентами – видя их боль от перфекционизма, понимал свою.

– То есть лечили других и лечились сами?

– В каком-то смысле да. Часто мы становимся психологами, чтобы понять себя.

* * *

Вечером Егор ехал домой и думал о разговоре с Анной. Детские травмы – сложная тема. Они формируют нас, но не определяют навсегда. Главное – осознать их влияние и медленно, терпеливо менять устоявшиеся паттерны.

«Каждый приходит в этот мир с чистым листом, – размышлял он. – А потом родители, учителя, сверстники пишут на этом листе свои истории. Часто – истории боли, страха, недоверия. И человек всю жизнь живет по чужому сценарию, даже не подозревая об этом».

Он вспомнил собственное детство. Отец – строгий инженер, для которого «хорошо» было синонимом «отлично». Мать – учительница, которая постоянно сравнивала его с другими детьми. Любовь нужно было заслуживать пятерками, победами в олимпиадах, идеальным поведением.

«И я заслуживал, – думал Егор. – Всю молодость отличником был, стипендиатом, гордостью родителей. А когда началась тревога, чувствовал себя дефектным. Ведь идеальные люди не болеют неврозами».

Только терапия помогла понять: невроз как раз и развился из попыток быть идеальным. Организм взбунтовался против нечеловеческих требований.

Дома его встретили привычные звуки и запахи. Елена готовила ужин, мальчишки играли в гостиной, Катя делала домашнее задание. Обычная семейная жизнь, но для Егора – источник исцеления.

– Пап, помоги с историей! – попросил Андрей. – Не понимаю, почему люди в древности верили в богов.

Егор сел рядом с сыном.

– А как ты думаешь?

– Ну… наверное, им было страшно? Не понимали, откуда гром, молния, землетрясения?

– Правильно. Людям нужны объяснения. Если их нет, мозг их придумывает.

– Как у твоих клиентов?

– В каком смысле?

– Ну, ты говорил, что они тоже придумывают объяснения своим страхам. Что все болеют, что все предают…

Егор удивился проницательности сына.

– Очень точное сравнение! Древние люди придумывали богов, чтобы объяснить природные явления. А тревожные люди придумывают катастрофы, чтобы объяснить свои ощущения.

– И что лучше – боги или катастрофы?

– Ни то, ни другое. Лучше искать настоящие объяснения. Изучать науку вместо мифов. И изучать себя вместо фантазий о катастрофах.

Максим подошел к ним с рисунком:

– Пап, смотри! Я нарисовал семью!

На листе были изображены пять человечков, держащихся за руки. Все улыбались, над ними светило солнце.

– Красиво! А