Отечественная и зарубежная психология религии: параллели и пересечения в прошлом и настоящем - Татьяна Владимировна Малевич

Павлюченков Н. Н. Психология религии в трудах священника Павла Флоренского // Вестник ПСТГУ. Сер. I: Богословие. Философия. 2011. Вып. 5 (37). C. 99-112.

Попова М. А. Фрейдизм и религия. М., 1985.

Религиоведение / Под ред. М. М. Шахновича. СПб., 2006.

Рязанова Е. В. Психология религии // Введение в общее религиоведение / Под ред. И. Н. Яблокова. М., 2008. С. 255–327.

Рязанова Е. В. Священник Ойген Древерманн и некоторые проблемы проникновения психологии в католическую Церковь // Государство, религия, Церковь в России и за рубежом. М., 1998. № 1–2. С. 105–112.

Самыгин С. И., Нечипуренко В. Н., Полонская И. Н. Религиоведение: социология и психология религии. Ростов н/Д, 1996.

Сербиненко В. В. Философско-психологический диалог: В. Зеньковский и З. Фрейд // Вестник Мурманского государственного технического университета. 2013. № 2 (16). С. 374–377.

Соловьев В. С. Собр. соч.: В 2 т. СПб., [б. г.]

Сторчак В. М. Психоаналитическая концепция религии К. Г. Юнга и современность // Религиоведение. 2006. № 1. С. 138–151.

Сурова А. Б. Религиозно-философская и психоаналитическая интерпретация проблемы пола: В. В. Розанов и З. Фрейд. М., 2014.

Флоренская Т. А. Диалоги о воспитании и здоровье: духовно ориентированная психотерапия // Духовно-нравственное воспитание. 2001. № 3. С. 3–94.

Флоренский П. А. Соч.: В 4 т. М., 1994–2000. Т. 1–3.

Флоренский П. А. Философия культа. М., 2004.

Франк С. Л. Душа человека // Франк С. Л. Предмет знания. Душа человека. СПб., 1996. С. 419–632.

Франк С. Л. Психоанализ как миросозерцание // Путь. 1930. № 25. С. 22–51.

Фрейд З. Собр. соч.: В 10 т. М., 2008. Т. 9.

Эткинд А. М. Эрос невозможного: История психоанализа в России. М., 1994. Юнг К. Г. Структура психики и процесс индивидуации. М., 1996.

Юнггрен М. Русский Мефистофель: жизнь и творчество Э. Метнера. СПб., 2001.

Яблоков И. Н. Основы религиоведения. М., 2004. С. 168–175.

Corvelyen J., Leuten P. Psychodynamic Psychologies and Religion: Past, Present, and Future // Handbook of the psychology of religion and spirituality / Eds. R. F. Paloutzian, C. L. Park. N. Y., 2005. P. 80–100.

Crone A. L. Eros and Creativity in Russian Religious Renewal. Leiden; Boston: Brill, 2010.

Vergote A. Psychoanalysis, Phenomenological Anthropology and Religion. Luven, 1998.

Д. С. Дамте

Психоанализ и религия: взгляд советских исследователей

В одной из своих работ Зигмунд Фрейд указывает важную особенность психоанализа, «благодаря которой он становится предметом всеобщего интереса, чего не могут добиться ни психология, ни психиатрия. При психоаналитической работе завязываются отношения с очень многими другими гуманитарными науками, с мифологией, а также с языкознанием, фольклором, психологией народов и религиоведением, изучение которых обещает ценнейшие результаты»[456]. В трудах Фрейда и его ближайших учеников (Отто Ранка, Теодора Райка, Карла Абрахама, а затем и Карла Густава Юнга) психоаналитический метод применяется к исследованию произведений искусства и литературы, сказок и мифологических образов. Интерес психоаналитиков к исследованию религиозных обрядов и представлений также был очень высок.

Движение психологии бессознательного[457] от чисто психологической теории к более широкому кругу проблем почти сразу привлекло к себе внимание как западных, так и отечественных исследователей. В то же время они не могли не заметить встречное движение психоанализа и теологии. Методы и понятия сначала фрейдистской, а затем и юнгианской теории все чаще и чаще начинают использоваться в практической деятельности священника, в пастырском душепопечении. Первый существенный шаг вперед в этом направлении сделал протестантский пастор Оскар Пфистер[458], близкий друг Фрейда. Впоследствии это движение было подхвачено целым рядом психологов и теологов, из которых наиболее известными являются Карл Густав Юнг[459] и его ученик Йозеф Рудин[460], известный психиатр Вильфред Дайм[461] и знаменитый психоаналитик и философ Эрих Фромм[462]. В наше время одним из самых известных представителей этого движения является немецкий психоаналитик, теолог и мыслитель Ойген Древерман[463].

Однако когда мы говорим о сближении психологии бессознательного и теологии, то сталкиваемся со своеобразным парадоксом. С одной стороны, психология бессознательного, особенно фрейдистский психоанализ, на первый взгляд весьма далека от сотрудничества с теологией и позиционирует себя как чисто эмпирическое, можно сказать, позитивистское учение[464]. Психоанализ, по выражению Фрейда, «есть исследовательский метод, беспристрастный инструмент. наподобие исчисления бесконечно малых»[465]. К тому же сам основатель психоанализа открыто называл себя атеистом. С другой стороны, мы встречаем множество примеров активного взаимодействия психоанализа и теологии как на теоретическом уровне, так и в практическом отношении[466]. Нет ли здесь противоречия? Каковы основания подобного взаимодействия? На эти вопросы пытались дать ответ как западные, так и отечественные исследователи. Наша работа посвящена разработке этой проблемы в трудах известных советских психологов.

В 1920-е гг., в период расцвета психоаналитического движения в СССР, на русский язык были переведены сочинения ведущих психоаналитиков, в том числе работы, посвященные исследованию религии[467]. Под редакцией И. Д. Ермакова издавалась серия «Психологическая и психоаналитическая библиотека», где были опубликованы переводы многих сочинений Фрейда, а также работ К. Г. Юнга, М. Кляйн, Э. Джонса, печатались также труды известных русских психоаналитиков. В 1923 г. в этой серии выходит сочинение Фрейда «Тотем и табу», посвященное первобытным верованиям; перевод его на русский язык был выполнен известным психоаналитиком, учеником К. Абрахама, М. В. Вульфом. В серии готовились к изданию переводы целого ряда сочинений Теодора Райка, посвященных психоаналитическому исследованию религиозных обрядов. Однако это издание не было осуществлено. В 1928 г. выходит перевод работы Фрейда «Будущее одной иллюзии».

Психоаналитическая концепция религии в трудах советских исследователей тех лет не раз становилась предметом всестороннего анализа и критики. Достаточно назвать труды М. А. Рейснера, А. Т. Лукачевского, Г. А. Гурева, C. Н. Чеботарева, В. И. Мамлеева (Майского), чтобы понять, насколько интересной и дискуссионной представлялась тогда развиваемая психоаналитиками концепция религии и культуры[468]. Конечно, сейчас она также является предметом дискуссий в самых разных областях гуманитарных наук. Отсюда нам понятно значение работ упомянутых советских ученых и значение поднимаемых ими проблем в настоящее время. Рассматривая вопрос более детально, мы видим, что их труды в наше время представляют не один лишь исторический интерес. К тому же у современного исследователя не может не вызвать уважения широкая эрудиция и глубокое знание материала, которое демонстрируют в своих трудах советские психологи и исследователи религии тех лет.

Почему их так интересовали проблемы психоанализа культуры и религии? С одной стороны, здесь можно видеть попытку ответить