Нарциссическая личность. Психологические особенности и тактики психотерапии - Анна Николаевна Азарнова

ощутил, что отступили и пустота, и апатия, и какое-то мучительное внутреннее чувство, с которым он жил много лет и к которому даже почти привык, – внезапно воздух стал душистым и теплым (дело было в мае), а молодая листва заиграла яркой зеленью; что-то в его душе, что до этого долго мучилось, согрелось и успокоилось. Он не решился подойти к ней и познакомиться, он весь вечер стоял и безотрывно смотрел на нее; пару ночей после этого он провел без сна, и эти пара дней и ночей после их встречи были воистину блаженными, потому что он чувствовал себя совершенно спокойным и счастливым – спокойным и счастливым, как никогда раньше. По его словам, словно внутри что-то вдруг щелкнуло и встал на место кусочек пазла, который все время до этого находился не на своем месте.

Однако потом ощущение покоя начало рассеиваться; проснулся здравый смысл и расчет, и ему стало не по себе при мысли о том, что он себе чуть было ни позволил. Он начал обесценивать и девушку, и переживание, связанное с ней, и совершенно убедил себя в том, что то, что произошло, ровным счетом ничего не значит. Я до сих пор помню слезы, навернувшиеся на его глаза, когда он рассказывал мне о том, что почувствовал в тот вечер. «Я не тоскую о ней, – сказал он тогда. – Если бы я подошел к ней и познакомился, ничего, кроме глупости, я бы не натворил и до сих пор бы расхлебывался. Но я очень скучаю по тому чувству, которое тогда было. Никогда мне так хорошо не было».

Как объяснить эти внезапные влюбленности? Очень часто мужчины и женщины, которые переживали такое чувство, сообщали, что его крайне сложно описать и оно, похоже, вообще непереложимо на язык слов; однако некоторые из них говорили, что они в этот момент ощущали глубокое внутреннее созвучие с тем человеком, которому это чувство было адресовано. «В этот момент я почувствовал, что я не один, – так сказал один из них, – она была той, кто мог без слов понять меня, той, кому не надо было ничего объяснять».

Во влюбленности те аспекты нарциссически организованной личности, которые обычно прочно закрыты от нее самой, но которые составляют самую ее суть, отзываются внешнему миру, дают о себе знать как о живых. Как правило, это вызывает у нее сильную тревогу, потому что то, что обычно жестко контролируется и находится в подавленном состоянии, вырывается из-под контроля; фальшивое, компенсаторное «Я» нарциссической личности ощущает в этот момент угрозу и пытается обуздать вырвавшиеся на свободу стихийные силы. Влюбленность и человек, которому она адресована, агрессивно обесцениваются. Такие периоды проживаются поэтому нарциссической личностью драматически тяжело, а исходом подобных историй является раз и навсегда данное себе обещание больше никогда не позволять себе такой уязвимости, больше не отдавать самого себя во власть другого человека. На склоне лет нарциссически организованные люди говорят о любви как о большом несчастье и большой угрозе; кредо их житейской мудрости – «Пусть лучше любят тебя, чем любить будешь ты». Сам драматический накал такой влюбленности объясняется не только и не столько силой самого чувства, сколько силой того сопротивления, с которым встречает его фальшивое нарциссическое «Я».

3. Переживания внутреннего отклика на боль другого существа – человека или животного. Обычным, ежедневным состоянием, в котором живет нарциссически организованная личность, является состояние пустоты, скуки и сниженной витальности. Она пытается и не может найти вокруг себя ничего, что может вывести ее из этого тягостного состояния. Но есть то, что выводит почти наверняка. Это – боль другого существа, рождающая некую внутреннюю вибрацию, не всегда понятную ей самой, но, очевидно, живую. В особенности речь идет о боли, которая входит в резонанс с той внутренней болью и с тем внутренним страданием, которое таится под защитами нарциссически организованной личности.

Помню, как-то раз я зашла в зоомагазин и стала свидетельницей внезапной смерти морской свинки, содержавшейся там, – смерти от несчастного случая. Один из посетителей магазина стоял и рассматривал несчастное животное, кричавшее от боли, широко раскрытыми глазами; происходящее словно завораживало его. Помню крайне неприятное чувство гадливости, охватившее меня, – он явно был сильно заинтересован происходящим. Лощеный, важный, он не мог оторвать глаза от клетки и того, что там происходило. Сейчас сама картина, предстающая передо мной в этом воспоминании, вызывает крайне болезненные чувства, но тот человек явно не страдал, он, скорее, выглядел внезапно ожившим и затронутым. Подобные реакции весьма характерны для нарциссической личности. Боль человека и животного может резонировать с глубоко похороненной болью ее Внутреннего Ребенка, той внутренней ее части, которая аутентична, и которую убить до конца невозможно, и которая у нарцисса загнана глубоко внутрь и жестоко подавлена. В моменты такого резонанса она начинает подавать сигналы, и сигналы эти распознаются сознанием. Став свидетелем чужих страданий, такой человек может внезапно испытать трепет, а на глаза ему наворачиваются слезы – живые слезы, приносящие ощущение того, что ты жив. По этому чувству нарциссическая личность тоскует, и это чувство она часто пытается, но не может вызвать сознательным усилием.

В жизни таким условным «механизмом», помогающим ощутить жизнь внутри себя, для нарциссической личности является созерцание чужой психической и физической боли. Такому человеку очень трудно дается резонанс с позитивными эмоциями окружающих; будучи свидетелем чужой радости, чужого примирения, чужой нежности, чужого сближения, она не может сорадоваться. Более того, эти эмоции нередко кажутся фальшивыми, к ним нет доверия. В этом смысле страданию и боли нарциссически организованная личность доверяет несравненно больше. Доверяет она в этом смысле и импульсу неудовольствия, враждебности и гнева.

Однако, наблюдая за страданиями других живых существ, нарциссическая личность не сострадает им. В этот момент ее внимание сосредоточено не на страдающем, а на собственном внутреннем процессе, который откликается либо не откликается на происходящее вовне. Через созерцание чужой боли такой человек может услышать боль внутри себя, которую в обычном ежедневном своем состоянии не способен расслышать и почувствовать, к которой нет прямого доступа, что создает серьезное хроническое психическое напряжение. Именно поэтому нарциссически организованный человек может причинять другим людям или животным боль и сосредоточенно наблюдать за тем, как она проживается. Другая мотивация такого поведения связана с получением удовольствия от полного контроля над другим живым существом и ощущения его полной беспомощности – удовольствия, близкого к садистическому.

Иногда хорошо работающим способом почувствовать себя живым, помимо созерцания чужой боли, становится для нарциссической личности собственное переживание физической боли, в особенности в сочетании с беспомощностью; различные виды мазохизма, в том числе сексуального,