Как воспитать вундеркинда - Виктор Васильевич Клименко

Это уже не общение, а отношения, напоминающие военную битву. Грозный тон, гнев, угроза — всё идёт в ход. Всё направлено на то, чтобы добиться победы. Победа любой ценой!

Почему реактивный человек берёт на вооружение военное мастерство? Почему он так упрямо борется за победу? Почему противоположные мысли и взгляды воспринимаются и оцениваются им как ошибки, обман, нелепость?

Моралист считает себя носителем и олицетворением истины, добра и красоты. А всё то, что вокруг него (истина, добро и красота, которые не отвечают его собственным меркам), — источники отрицательных эмоций.

Парадокс? Да!

Когда человек чувствует, что не хватает сил поддерживать гармоничные отношения окружающей и внутренней среды и утрачивает опору вне себя (в истине, добре и красоте, существующих вне его), то что ему остаётся делать? Нужно отыскивать опору в другом месте. Где? Верно: в себе. Свято место пусто не бывает.

И реактивный человек укладывает внешнюю среду (людей, предметы, явления — всё) в собственное прокрустово ложе, в рукотворную гармонию и природу — и разрушает ту гармонию, которая заложена природой в человеке. Разрушает, не ведая того, что творит.

Чтобы вы не сомневались, уважаемый читатель, в том, что реактивный человек считает себя носителем истины, добра и красоты, попробуйте ответить на такие вопросы. Почему Хам и Ханаан, а потом Нимрод действовали противоестественно? Почему Герострат сжёг храм Артемиды в Эфесе? Почему подростки уподобляются вандалам и разрушают всё вокруг себя, забавляясь такой игрой? Почему дети (некоторые, не все) быстро учатся хитрить, лениться, пользоваться шантажом, становятся подхалимами и т. д., то есть делают всё, чтобы не делать ничего полезного?

Перечень вопросов можно продолжать до бесконечности. Но механизм этих и всех других противоестественных действий человека один: амбивалентность (двойственность) эмоций, изменяющих свой знак, чтобы сберечь сниженный против нормы оперативный энергопотенциал неприкосновенным для истощения или перегрева.

Почему Герострат сжёг храм Артемиды в Эфесе — одно из чудес света, творение гениев человечества, олицетворение совершенной красоты, гордость всей Греции?.. Вот так — внезапно — в один миг — в пепел — в ничто. Почему?

Легенда донесла до нас его оправдание на суде: любой ценой хотел увековечить своё имя.

Помните: человечество уже прошло через ханаанство, пытавшееся создать себе имя. Понятно, Герострат лгал. Но он выразил ещё одну мысль: «Вместе с тем я хотел уберечь человечество от страданий! Со временем воплощение человеческого гения будет разрушаться, дальше придёт к упадку. Ато, что люди будут видеть, — руины, хаос, — не каждый выдержит…» Чтобы храмжил только в представлении людей, он был уничтожен. 

Так вот, если вы, уважаемый читатель, пожелаете увековечить своё имя, то, надеюсь, таким путём это сделать вам и в голову не придёт. А Герострату пришло. Он, не сомневаясь, эту идею реализовал.

У моралиста особое поведение.

Когда ведется беседа с кем-нибудь из них, даже с самыми «трудными» (правда, до сих пор неизвестно, кто для кого труден: взрослые, родители, учителя для отрока или он для всех них!) один на один, при этом он искренний, раскрепощённый и может сразу понять душу собеседника. Тогда видишь перед собой нормальных отроков, тонко чувствующих, глубоко понимающих, с большим, чем у предыдущих поколений, кругозором. С каждым из них можно договориться! А если нужно было что-то сделать вместе, то на каждого из них можно рассчитывать и доверять!

Но достаточно отрокам-моралистам с отсутствующим энергопотенциалом собраться в компанию (их объединяет родственное состояние души, которая у каждого начала разрушаться) — и они становятся бандой.

Повод для сближения у них самый невинный — музыка. Естественно, самая современная, модная, во всех её разновидностях. Под музыку начинается курение, «бормотуха», а в последнее время и наркотики. Когда «накачка» достигает критической точки, она ищет выхода. И тут в ход идёт проверенное временем — агрессивность. В толпе всё делается легко.

У толпы особое магическое поле, где каждый заводится от других и действует как будто под гипнозом. Кто-то ставит цель, к которой все стремятся, но о последствиях уже никто не думает. Ведь мыслей уже нет, над душой доминируют только эмоции, затопившие сознание.

Группа отроков-моралистов — это точная модель толпы, разница только в масштабах, а законы, по которым они живут, — те же. Вот и бьются окна, стёкла машин, при малейшем «трении» страдают прохожие, дело доходит до поножовщины.

Итак, пока отрок один, он где только возможно и поведением, и речью стремится выделить себя, обратить на себя внимание. А в толпе — старается быть «как все» и находит удовольствие от этого «неотличия».

Почему же он платит эту огромную цену за такую обречённость?

Всем известны проявления жестокости и вандализма отроков. Кто не наблюдал их равнодушно-ненавидящую силу, с которой они развлекаются, играя в разрушения. Уничтожают духовные и материальные ценности, обычные предметы и природу вокруг себя. Что это? Случайные импульсы?

«Я так захотел», — тихо и уверенно отвечает отрок, который сломал деревце, разрушил детскую площадку, поджёг стог сена…

Им двигала душевная потребность? Конечно, нет. Что же привело к преступлению? Инстинкт самосохранения? Тоже нет. А что?

Месть. Расплата за содеянное ему зло. А поступки — ответ бездушного тела на дискомфорт, созданный унижением достоинства, неуважением и обидами за искреннее желание помочь другим стать лучше — нравственнее. Искренность, откровенность и прямолинейность — силы начинающего моралиста — обернулись против него, возвращаясь с противоположным знаком, и искалечили его душу. И потому, когда отрок действует, как вандал, в его душе уже нечему шевелиться.

Понятно, механизм, который ничем не контролируется, не может работать совершенно и творить добро. Действия отрока, которые не контролируются нравственными чувствами, остаются  бездумными, потому что он утратил способность задумываться не только перед тем, как что-то делать, ной о результатах собственных поступков. Он утратил и возможность учиться. У него затуманено сознание. У него — бездушие.

ОТРОК-ЭСТЕТ – СЕНТИМЕНТАЛЬНЫЙ ЧЕЛОВЕК

Точный план продуктивного действия может начертить только совместная работа мышления, чувств и воображения — критичность души. Но у нашего отрока существует ограничение — отсутствие энергопотенциала. Он где-то на уровне усталости, но состояние это нельзя как-то назвать, оно — на границе нормы и патологии. Это и ограничивает гармонию его души. У него доминируют эстетические чувства. Поэтому он стремится найти силы, которые и возвращают в оптимальное состояние. Вот тут необходимы определённые расчёты, чтобы определить меру нагрузки, которая бы возобновила эффективность работы механизмов траты, возобновления и накопления энергии.

Отсутствие энергопотенциала рождает в человеке антагонизм между мышлением, чувством и воображением. Первым страдает мышление. Потому что оно наиболее энергоёмкий процесс, а ограниченность энергии тормозит