Королевство теней и пепла - Дж. Ф. Джонс

Дж. Ф.Джонс

Королевство теней и пепла

Переведено специально для группы

˜"*°†Мир фэнтез膕°*"˜ http://Wfbooks.ru

Название: A Kingdom of Shadow and Ash / Королевство теней и пепла

Автор: J.F. Johns / Дж. Ф. Джонс

Серия: Kingdom of Gods #1 / Королевство Богов #1

Переводчик: nasya29

Редактор: Евгения Волкова

Финалист премии Next Generation Indie Awards 2025 в жанре романтического фэнтези.

Идеальный выбор для поклонников Fourth Wing, Королевства мостов и Змеи и голубки!

Двое врагов. Одна проклятая судьба.

Фэнтези о врагах, ставших любовниками, которое сожжёт мир дотла.

Сто лет назад восемь королевств объединились, чтобы стереть с лица земли страну ведьм, превратив её в бесплодную пустошь.

С тех пор они не произнесли друг с другом ни слова.

До сегодняшнего дня.

Мэл Блэкберн намерена положить конец вековой вражде, выйдя замуж за огненного принца — жестокого правителя, чья слава гремит по всем землям.

Но покорять сердце жестокого принца Мэл вовсе не собирается.

Она собирается пронзить его кинжалом.

Ведь если Мэл убьёт огненного принца, она разрушит древнее проклятие, в которое уже никто не верит.

Но убийство окажется далеко не таким простым, как она думала…

Ведьмы жаждут мести.

А в стране огня и драконов, кажется, у каждого есть свои тайны.

Включая саму Мэл Блэкберн — девушку с ведьмовскими глазами, четвёртую дочь королевства тьмы. Ту, что хранит секрет, способный погубить их всех.

Или спасти.

Подойдёт для тех, кто любит истории о врагах, ставших любовниками, медленно развивающуюся романтику, придворные интриги и тёмную магию.

Пролог

Сто лет назад

Мир полыхал.

Табита Вистерия вырвалась из-под тенистых, безликих деревьев к болотам, не слушая шёпот страшилок из тёмных углов — о духах, что прячутся под мутной водой. Эти сказки не могли её отпугнуть: не теперь, когда едкий запах горелого дерева жёг лёгкие, а далёкое зарево превращало небо в кровоточащую рану.

Горел её дом.

Элмвич.

Место, где она оставила своего любимого.

Ледяная вода поднялась ей до бёдер, но даже жалящий холод не смог вырвать Табиту из транса, в который вогнал ужас, въевшийся в кости. Страх свернулся глубоко в животе живым, дышащим существом и душил изнутри. Её город обращался в пепел, а муж всё ещё был там.

Невидимые руки утонувших тянулись к ней: костлявые пальцы едва касались щиколоток, их присутствие цеплялось за неё, как шёпот забытой скорби. Но её час ещё не пришёл. Ещё нет.

В эти воды не входили. Они священны — это было пристанище мёртвых. Но этой ночью, в эту проклятую, нечестивую ночь, Табита пошла бы и по рекам подземного мира, только бы добраться до него.

Она прижала дрожащие пальцы к губам и прошептала заклятье в сложенные ладони: древние слова задрожали в воздухе, будто молитва.

«Deduc me in tenebris».

Веди меня во тьму.

Мир стих. Над болотом опустилась тишина — жуткая, неестественная, словно безмолвное дозволение. Духи отступили.

Табита побежала.

Хриплые рыдания рвались из груди, пока она пробивалась сквозь ледяную жижу, с каждым шагом приближаясь к пеклу. Ближе к дому. Ближе к тому, что осталось от Элмвича.

И тогда она услышала их — крики.

Не живых. Нет, живые давно бежали. Эти стоны принадлежали мёртвым, застрявшим между мирами, тем, кто с ужасом взирал, как их деревня рушится в угли, а кости обращаются в прах.

Дым царапал горло, когда она, спотыкаясь, неслась по булыжным улочкам — мимо иссечённых огнём дверных проёмов, мимо осколков смеха и жизни, теперь утраченных. Она не остановилась. Не могла.

Он будет ждать.

Он обещал.

Они должны были встретиться у плакучей ивы, там, где река целует землю. Она спрятала их ребёнка — он тоже должен был оставаться в укрытии. Он поклялся ей, что, что бы ни случилось, не уйдёт оттуда.

Табита ускорилась, ступни едва касались земли, когда позади остался город. Пламя ревело у неё за спиной, лизало кожу, как жестокие руки самой судьбы.

И тут она увидела.

Ива горела.

Крик Табиты рассёк ночь — сырой, надрывный. Чистая, ничем не смягчённая агония.

И там — в самом центре всего — тело, привязанное к дереву, пожираемое огнём.

Ей не нужно было видеть лицо. Она знала.

Ноги её подкосились. Она рухнула на опалённую траву, царапая землю пальцами, пока из горла вырывались всхлипы. Потянулась к нему, вытянула руку к пламени, а огонь лишь оскалился в ответ.

«Liber flammarum», — прохрипела она, голос надломился от горя.

Огонь отступил, но было поздно. Пепел прилип к её пальцам, запах горелого мяса вился в воздухе, словно последнее проклятие. Она свернулась, прижимаясь к тлеющим углям — их жар был жестоким контрастом пустоте в груди.

Вдалеке, на чёрном небе, рыскали драконы: металлические крылья сверкали серебром во тьме. Они приходили волнами, изрыгали пламя и топили город в разорении. На каждый огонь, что ведьмы успевали погасить, сверху обрушивался новый.

Табита подняла голову и в последний раз впилась взглядом в небо, прежде чем всё расплылось и провалилось в чёрный.

…

Она очнулась в тишине.

Плакучая ива стояла обугленной, безжизненной — её скорбь была вырезана на почерневшей коре. И под ней, где корни обвивали землю, лежал он — холодный и неподвижный.

Она не заплакала. Слёзы иссякли. Горе выпотрошило её.

Осталась лишь ненависть.

Табита Вистерия прижала ладонь к земле, вонзила пальцы в сырой пласт. Когда заговорила, её голос стал сталью, обёрнутой тенью:

— Я проклинаю королевства и их богов.

Её фиолетовые глаза вспыхнули, как догорающие звёзды, вздувшиеся силой.

— Да будет так: в ночь смерти моего возлюбленного, через сто лет спустя, тьма падёт на них. Пусть страдают, как страдали мы. Пусть узнают разорение, как узнали мы.

Ветры завыли. Болото задрожало.

— Лишь когда огонь прорвётся через тени, им будет даровано прощение.

Табита поднялась — опустошённая, разломанная — и смотрела, как поднимается вода. Она не остановила её, когда та потянулась вперёд; не вздрогнула, когда вода забрала его тело; не шепнула прощания, когда болото унесло его в страну мёртвых.

Когда, наконец, тьма сомкнулась над ней, эту ведьму больше никогда не видели.

Глава 1

Дом Теней

Некоторые шепчут, что назревает война. Я не хочу им верить. Наша любовь будет держать нас, как бы ни вмешивались боги. Теперь я боюсь каждый день. Хэдриан говорит во сне, всё повторяет чьё-то имя — того, кто не из этого мира. Я боюсь за него. Говорят, был однажды король, к которому прикоснулась рука бога, — и он сошёл с ума. А если Хэдриан идёт