Тайна призрачного доспеха - Елизавета Берестова

Тайна призрачного доспеха

Глава 1

Нежеланное путешествие

Э́ни Ва́да с унылым видом поглядела в окно, за которым крупными каплями хлестал дождь. Он продолжал идти со вчерашнего вечера.

— Какое жуткое невезение! — в сердцах воскликнула девушка. — Жители Арта́нии, видать, порядком нагрешили, раз боги лишают нас всех зимы, поливая, словно из ведра. Осень длится и длится, а зима и не думает приходить. Я просто отказываюсь принимать такую несправедливость, — последовал долгий печальный вздох.

Э́рика Така́ми — чародейка на службе Кленовой короны, усмехнулась. Ей прекрасно была известна причина, по которой столь сильно печалилась подруга, страстно призывая зиму. Две недели назад Эни ездила в родной город отмечать свой день рождения, и родители подарили девушке отличную модную шубку из меха северной лисицы. Теперь девушка каждый день ждала наступления холодов, чтобы покрасоваться в обновке.

— Странно, что тебя совсем не огорчает эта противоестественно отвратительная погода, — Эни повернулась к подруге, — я начинаю верить в слухи о бесчувственности чародеек.

Эни Вада была рослой, румяной брюнеткой и зарабатывала на жизнь уроками музыки для девочек из хороших семей. Ученицы любили её за покладистый, добродушный характер, умение уместно пошутить и способность помочь поверить в собственные силы.

— Наверное, потому что у меня нет шубки из магически воссозданного драгоценного серебристого меха, — рассмеялась Эрика.

— На жалование, которое тебе платят в коррехидории ты запросто могла бы купить и настоящую северную лису, — заметила подруга.

— Пока что мне заплатили только один аванс, — парировала чародейка, — я ещё и месяца не отработала, посему думать о шубах и прочей роскоши пока рано.

— Неужели спасённая графиня Сакэ́да кроме платья тебя ничем не отблагодарила?

— Платья от Ка́ртленов было более чем достаточно. Хотя оно и стоило баснословно дорого, зелёный шёлк с вышитыми птицами и традиционное артанское кимоно совершенно не для меня.

Эрика Таками — недавняя выпускница Академии магии, получила назначение в Королевскую службу дневной безопасности и ночного покоя, где работала коронером в столичной коррехидории. По магической специализации девушка была потомственной некроманткой (чем очень гордилась), поэтому и внешне старалась соответствовать: красила в радикально чёрный цвет свои русые от природы волосы, густо подводила чёрно-фиолетовым глаза и подрисовывала себе более густые брови. Губную помаду также выбирала в фиолетовых оттенках. Одевалась почти всегда в чёрное, отдавая предпочтение платьям западного кроя с широкими юбками и шнуровкой на корсаже, отчего её начальник — граф Ви́лохэд О́кку, смеясь, называл её «горничной в трауре». Парни из коррехидории пытались проявить интерес к невысокой, красивой чародейке с отличной фигурой, но Рика резко пресекала любые ухаживания и фривольности. Одному, особо ретивому, на полном серьёзе пообещала превратить на пару недель его прилизанные волосы в голубиные перья. Тура́да-ДУРА́ДА более не повторял своих нелепых попыток любезничать с чародейкой, но девушка догадывалась, кто пустил по коррехидории обидное до чёртиков прозвище «Заноза», а самые смелые уточняли, где именно. Конечно, в глаза некромантке никто из коллег не осмелился бы сказать подобное, но за спиной наверняка шептались. Рике очень хотелось для острастки снять амулет, глушащий ауру смерти, которая пропитывала всё её существо и заставляла окружающих испытывать жестокую тоску, густо замешанную на страхе, НО… Она просто не имела морального права этого делать ради забавы. Бабушка вбила это ей в голову лет в пять-шесть. Как раз тогда у девочки обнаружился этот дар к некромантии и печать бога смерти. Бабуля — жрица в семейном храме Бога Смерти Эрарру, надела на шею внучки амулет, чтобы эта печать оставалась скрытой от окружающих. Она говорила, что встречаются люди, невосприимчивые к подобному, но пока на жизненном пути двадцатитрёхлетней некромантки подобные уникумы не встречались.

— Не переживай, — успокоила Рика приунывшую из-за погоды подругу, — сходим в Торговый квартал в следующие выходные. До Нового года ещё полно времени, успеешь купить задуманное.

— Ещё целую неделю ждать, — капризно протянула Эни, — и не факт, что через неделю похолодает до шубки!

— Походишь пока что в осеннем пальто. Оно у тебя тоже красивое.

Эни собиралась возразить, что пальто ей успело порядком поднадоесть за время затянувшейся осени, но не успела ничего сказать, её прервала квартирная хозяйка, появившаяся в дверях с озабоченным видом.

— Рикочка, — проговорила она строгим голосом, — с тех пор, как вы поступили на королевскую службу, в нашем доме начали постоянно появляться незнакомые мужчины.

Госпожа Призм считала себя добропорядочной вдовой с твёрдыми принципами и по старой закалке была категорическим противником посещений своего дома представителями противоположного пола.

— Снова пришёл какой-то незнакомец в форменном берете и требует позвать вас вниз. Я, право, даже и не знала, что ему ответить.

— Спасибо, госпожа хозяйка, я сейчас же спущусь, — ответила девушка, — уверена, это по работе. Не беспокойтесь.

Госпожа Призм покачала седой головой и молча удалилась. У неё на лице было написано, что было бы неизмеримо лучше, если б сотрудники Королевской службы дневной безопасности и ночного покоя выбирали для рабочего общения с её жилицей рабочее время.

Эрика, терзаемая недобрыми предчувствиями, спустилась на первый этаж. В холле небольшого двухэтажного особняка на улице Колышущихся папоротников, где они с подругой снимали комнаты, её ждал белобрысый сержант Меллоун. Парень мял в руках форменный берет и был практически сухим. На плечах мундира блестело не более пары десятков дождевых капель. Это означало, что он приехал в служебной карете. Значит, дело срочное.

— Мистрис Таками, — проговорил он, стараясь не встречаться глазами с чародейкой, — здравствуйте. Вас требуют в коррехидории.

— Кто эти самые, которые требуют? — ядовито поинтересовалась Рика, понимая, что ехать придётся.

— Господин коррехидор, — удивлённо пояснил сержант и даже поглядел ей в глаза, — кто же ещё? Его сиятельство граф Окку велел незамедлительно привести вас. Что-то срочное. Да, и ещё он сказал, чтоб вы собрались.

Он снова уставился на носки своих вычищенных форменных ботинок. Рика подозревала, что за дурацкой байкой о том, что с некромантом не следует встречаться взглядом, стоит всё тот же Дурада. Она гадала, какие именно ужасы измыслил адъютант коррехидора: сглаз, порчу, укорочение жизни ровно на время, пока глаза некроманта смотрят в твои собственные?

«Нет, — мысленно возразила Рика, — собираться не стану, поеду прямо в домашней юкате! Спасибо за „заботу“, господин граф!