Истинная поневоле. Отвергнутая жена Дракона - Анна Кривенко

Анна Кривенко

Истинная поневоле. Отвергнутая жена Дракона

Глава 1

Похищение

Аннушка жалась к моей ноге, вцепившись в юбку пальцами. Холл драконьего замка пугал своими размерами, странной мрачной архитектурой, холодом, от которого пробирало до костей. Или же это от волнения, я не знаю.

— Мама, а нас отпустят домой? Мне страшно! — прошептала дочурка слабым голосом.

— Всё будет хорошо, солнышко, — ответила я, погладив ее по золотистым волосам. — С нами Бог. Он нас сохранит…

Говоря это, я всё равно не могла унять дрожи. Если бы я была одна, то не чувствовала бы себя так паршиво. Но со мной Аннушка, и волнение о ее судьбе пробивало любую броню.

Нас схватили внезапно. Это были воины-чужестранцы — пугающие, в черных одеяниях и в драгоценных кольчугах, которые по слухам, создавались из драконьих чешуек. Во главе отряда, окружившего нас прямо у реки, где мы с дочкой собирали ягоды, был мужчина, который прямо у меня на глазах превратился в огромную рептилию.

Дракон!

В тот миг я поняла, что мы с Аннушкой пропали.

Драконы были давними врагами нашего королевства, хотя войн между нами не было уже лет двести. Но народ всё ещё помнил, какими свирепыми и беспощадными могут быть эти существа.

Предания гласили, что когда-то люди были рабами драконов, но восстали и отделились, образовав несколько государств. Почему нелюди за это не истребили род людской лично для меня было загадкой.

Я собралась дорого продать свою жизнь и спасти Аннушку. Попыталась броситься в реку, чтобы она могла нырнуть в глубину и уплыть, но воины были быстрее, и нас благополучно схватили. Я намочила только подол платья и расцарапала ноги об камни.

Нас с Аннушколй посадили в клетку и перенесли сюда на спине дракона. Я думала, нас собираются сбросить с большой высоты, но ошиблась.

Всё время старалась сохраняет бесстрастность, чтобы малышка имела хоть какую-то надежду, хотя у самой этой надежды не было и в помине.

И вот нас привели в холл драконьего замка и оставили в одиночестве кого-то ожидать.

Одежда на мне была крайне ветхой: когда мы с доченькой шли в лес по ягоды, то всегда надевали самые старые платья. Если сок попадёт на ткань, хотя бы не жалко будет. Поэтому на лифе и по подолу красовались крупные заплаты, кромка местами была надорвана, края платья прилипли к ногам, потому что до сих пор не обсохли после реки.

Другими словами, мы представляли собой крайне жалкое зрелище.

И вот послышались шаги.

Я с напряжением ждала приближения человека, точнее, дракона, от которого зависела наша судьба.

Первым в холле появился высокий аристократ в немного странном, непривычного кроя камзоле. Его длинные черные волосы — слегка волнистые и густые — свободно лежали на плечах. Он был молод и неожиданно красив, но красота эта скорее отталкивала, чем привлекала. Потому что во всём его облике сразу же чествовалось нутро: это был самый настоящий хищник. Скорее всего, жесткой и немилосердный…

Вслед за ним вышли еще четверо незнакомцев, одетых не столь вычурно.

Аристократ остановился в нескольких шагах от меня, разглядывая нас с Аннушкой с гримасой жуткого напряжения.

— Кто это??? — наконец произнёс он, поворачиваясь к стоящим позади. — Только не говорите мне… что это она???

— Простите, милорд, — проблеял мужчина с посеребрёнными висками. — Это действительно она. Мне жаль…

Всё внутри сжалось от очень дурного предчувствия. Что происходит? Чего они от меня хотят???

Дрожь, пробежавшая по телу Аннушки, заставила мое сердце стать сердцем волчицы. Я за свою роднулю на части порву…

Посмотрела на аристократа упрямо и агрессивно, заводя ребёнка за спину, но он в ответ лишь скривился.

— Грязная и дикая человеческая женщина… — простонал горько. — О боги, за что???

Отвернулся, намереваясь удалиться, по пожилой мужчина остановил его взволнованным вопросом:

— Милорд, так что же нам с ней делать?

— Не знаю, — рявкнул аристократ, заставив окружающих вздрогнуть, а меня стать похожей на натянутую пружину. — Уберите её с глаз долой. И отмойте, чтобы никакую заразу не принесла…

— А девочку?

— Какую девочку? — молодой человек развернулся, хмурым взглядом выискивая Аннушку, которая со страхом выглядывала из-за моей спины. Похоже, до этого момента он ее просто не замечал…

Не отдам её! Убью каждого, кто попытается приблизиться. Тяжелое детство научило меня быть сильной, и мне плевать, что это драконы!

— Откуда этот ребенок? — гаркнул аристократ, смотря на своих слуг разъярённым взглядом. — Зачем сюда притащили еще и ее???

Седовласый страшно смутился.

— Ну так ведь… это ее дочь, милорд! — проблеял он, опасаясь еще большей вспышки гнева.

Глаза аристократа — зеленые, яркие, как и положено, наверное, дракону — стали большими и круглыми. Но ненадолго. Он схватился за голову и простонал.

— О боги, она еще и не девственница! Мне конец…

С этим отчаянным возгласом он рванул прочь, оставив после себя наполненный страшным напряжением воздух и измученных слуг.

Наконец седовласый выдохнул и повернулся ко мне. Нахмурился, сразу же стал важным и высокомерным.

— Веди себя прилично, женщина, иначе даже истинность тебя не спасет! Отведите её в спальню на втором этаже! — последнюю фразу он адресовал двум молодым женщинам, выскользнувшим вдруг из невидимого прохода. — Вымойте её… их и накормите. Если будут буянить, свяжите. Выполнять!

Девушки поспешили подскочить к нам и хотели схватить меня за руки, но я не дала. Выпрямила спину, приподняла подбородок и с максимальной суровостью произнесла:

— Не трогайте меня! Я могу передвигаться самостоятельно!

Служанки (по всей видимости, это были именно они) удивились, отступили и указали на широкую лестницу с дубовыми перилами, которая вела наверх.

— Пойдем, солнышко, — шепнула дочери. — Как видишь, мы сможем немного передохнуть.

Кажется, Аннушку мои слова успокоили.

Мне бы иметь такой покой!

И что это за «истинность», которую мне приписывают? Ничего не понимаю. Возможно, здесь какая-то ошибка, и убедившись в ней, нас отпустят?

Но сердце подсказывало, что на это можно не рассчитывать.

Тогда я сбегу!

Но сделать это с ребенком на руках будет ужасно трудно. Аннушке всего семь, и она слаба здоровьем.

Но ведь удалось же мне выжить, когда я оказалась на улице с младенцем на руках? Значит, и сейчас выживу!

* * *

За год до этого…

Мальчишка лет десяти, закутанный в черный плащ, вышел из темноты навстречу крепкому мужчине бандитской наружности.

— Господин, — неожиданно поклонился громила. — Я готов отдать вам долг за спасение своей семьи. Просите о