Бывший муж. А кто теперь кому не пара - Ева Стоун

Бывший муж. А кто теперь кому не пара

Ева Стоун

Глава 1.

— Горячо любимому будущему мужу от его не менее горячей будущей жены. С днем рождения! Свой подарок ты получишь сегодня ночью… — читаю надпись на открытке, которую муж предусмотрительно спрятал во внутренний карман пальто, и не дышу.

У него сегодня действительно день рождения. Он только что вернулся с работы, сухо поцеловал меня в губы, стоя на пороге, и не хотел отдавать своё пальто, когда я предложила повесить его в шкаф.

Я как почувствовала, что что-то не так, и наобум заглянула в его карманы, чтобы убедиться, что ошибаюсь.

А там... открытка с большим сердцем и целящимся в него купидоном.

Моё собственное сердце сразу же подпрыгнуло в груди, а дальше всё как во сне — и вот я уже несколько минут стою ни живая, ни мёртвая, сминая в руках матовый картон.

— Евангелина, — голос мужа врезается мне острым ножом прямо в спину. — Чем ты так занята? Я думал, мы едем в ресторан.

Что делать? Как реагировать? Судя по голосу, он далеко, в самом конце коридора, и у меня есть возможность спрятать открытку обратно и не выдать себя.

Но что потом? Разве я смогу нормально… функционировать, дышать, жить после того, как узнала, что мой муж приметил себе другую жену?

— Ева, — уже мягче зовёт меня муж. — Что ты там копаешься возле одежды? — а вот и нотка недовльства подоспела.

Выбора нет. Ловким движением я засовываю открытку обратно и разворачиваюсь к мужу на пятках.

— Ничего, — говорю, растягивая губы в искусственной улыбке.

Смотрю на мужа и понимаю, что несколько строк, выведенных красивым женским почерком на мелованном картоне, только что перечеркнули мою жизнь.

— Иди ко мне, — муж подходит ко мне не торопясь и распахивает объятия.

На нём тонкий свитер из мелкой вязки бежевого цвета, мягкие домашние штаны, но, несмотря на это, его образ нельзя назвать тёплым. Потому что он не такой человек.

Мой муж — настоящий мужчина с военным прошлым, у которого во взгляде всегда колкий мороз.

Даже я, как его жена, могу по пальцам перечесть те дни, когда видела его расслабленным до конца.

А так, в повседневной жизни мой муж всегда начеку. Уверенный в себе, непоколебимый, надёжный, одним словом — скала.

Скала… Но тогда, откуда у него на примете может быть новая жена? И куда при таком раскладе он собрался девать меня — старую?

С образом защитника не вяжется образ изменника, как ни крути. Может, я сплю?

— Ева? — в последний раз зовёт меня он и сам подходит. Обнимает. Буквально вжимает в своё сильное, каменное тело. — Я скучал по тебе.

— Я т-тоже… — заикаюсь я ненамеренно, просто слова и мысли путаются.

Надо что-то срочно предпринять. Дать ему отпор, сказать, что я всё знаю… Но как это сделать, когда в раненом сердце теплится надежда, что это ошибка?

Что ему шутки ради сунули в карман глупую открытку, чтобы жена дома поревновала?..

Тут же себя останавливаю. Не будь глупой, Евангелина. Не будь глупой…

— Может, давай до ресторана… — он опускает свои горячие ладони на мои ягодицы, говорящим жестом намекая на интим. — Уже не помню, когда у нас последний раз был секс. А то все работа, работа... — характерная хрипотца в его голосе подтверждает настроение.

— Меня скорее стошнит, — я случайно произношу вслух свои мысли.

Ваня настолько увлечён то ли своими мыслями, то ли предвкушением, что с опозданием реагирует на мои слова.

Но когда реагирует, голос его становится тверже гранита. Он отстраняется от меня, заглядывает в глаза. И на миг его взгляд отрывается от меня и скользит к вешалке.

Всё понятно. Он понял, что я нашла и прочитала открытку.

— И давно тебя от меня тошнит, жена? — вся эта фраза, один большой упрёк.

— Для начала убери от меня свои руки, а потом, может быть, поговорим.

Муж удивляется, ведь мой голос тоже может быть твёрдым.

Вскинув тёмную бровь, он смотрит на меня взглядом, в котором читается: «ну давай, попробуй потягаться со мной», — и с опозданием убирает руки.

Чуть склонив голову набок и пронзая меня взглядом-рентгеном, говорит:

— Я жду.

Ждёт он, зараза… А что мне ему говорить? Как вообще реагировать и как себя вести, когда только что узнала про измену? Разве к такому можно быть готовой?!

И ведь он прекрасно понял, что я знаю. Понял — и ждёт от меня реакции.

А я не могу ударить в грязь лицом. Поэтому подбираюсь, делаю глубокий вдох и, повторяя его мимику, тоже склоняю голову набок.

Да-да, Демидов, я от тебя за годы брака тоже научилась носить надменную мину вместо лица.

— Двоежёнство в нашей стране запрещено. Это тебе так, для справки.

— Зато ползать по карманам, я смотрю — нет.

И всё. Он говорит только это, и снова складывает губы в жёсткую линию, показывая, что говорить дальше должна я.

— То есть мы не будем говорить о том, что у тебя есть другая женщина, и сфокусируемся на том факте, как именно я нашла доказательства твоей измены?

— А ты готова к такому разговору? — меня убивает, что удивление в его голосе искреннее.

Как будто он считает меня настолько глупой и слабой, что для меня единственным вариантом автоматически становится прощение.

— Я, если что, серьёзен, — добивает меня он. — Есть сильные женщины, Ева. Такие, знаешь… про них в народе говорят: конь с яйцами. Они ещё любят наравне с мужиками бодаться, — скептически ухмыляется он. — Но это не про тебя. Ты не такая. Ты мягкая, женственная, ведомая в хорошем смысле этого слова. Твоя судьба — быть за мужем. То есть за мной. Ну а другие женщины, — он пожимает плечами, как будто это несущественная мелочь, — я обещаю, ты больше ни о чём не узнаешь.

Глава 2.

Раньше я любила слушать, как мой муж говорит. У него прирожденный талант к ораторскому искусству, и как человек с образованием, он умеет делать это убедительно.

Но сейчас его слова, словно ядовитые стрелы — удар за ударом