Измена. Круиз для одинокой жены - Кира Арден

Кира Арден

Измена. Круиз для одинокой жены

Глава 1

Я смотрю на мерцающий экран монитора, где медленно, пиксель за пикселем, рендерится 3D-модель просторной гостиной в скандинавском стиле. Идеальные линии, выверенный свет, уютные кресла, в которых так и хочется утонуть с книгой. Идеальная картинка чужой жизни, которую я создаю изо дня в день, работая дизайнером интерьеров.

За панорамным окном офиса вовсю хозяйничает май. Солнечные лучи нагло бьют по глазам, отражаясь от капотов машин в пробке, деревья уже покрылись той самой пронзительно-салатовой дымкой первой листвы, от которой обычно хочется жить, творить и влюбляться заново. Но внутри меня — глухая, беспросветная ноябрьская серость.

Я с силой тру виски, пытаясь прогнать зарождающуюся головную боль. Мысли снова и снова возвращаются к утренней ссоре с Игорем. Вернее, к отсутствию ссоры. Ссоры подразумевают эмоции, страсть, желание что-то доказать. У нас же остался только холодный обмен претензиями, брошенными через плечо. Мы превратились в идеальных соседей по элитной квартире, которые почему-то спят в одной кровати, отвернувшись к разным краям.

Дверь кабинета распахивается без стука. На пороге — Катя, моя лучшая подруга со времён университета. На ней узкий бежевый плащ, который она не успела расстегнуть в приёмной, в одной руке — стаканчик кофе с собой, в другой — небольшой бумажный пакет, в котором что-то завёрнуто в фольгу и фольга уже потемнела от тёплого жира. Волосы, как всегда, заколоты на затылке так нарочито небрежно, что сразу понятно: над этим утром она работала минут сорок.

— Ленка, хватит гипнотизировать монитор, ты так дыру в нем прожжешь! — с порога заявляет она, бросая сумочку на диванчик для клиентов и опускаясь следом. Пакет ставит мне прямо на чертёж, не задумываясь. — Мама вчера пирожки пекла. С капустой, как ты любишь. Сказала: «Ленке отнеси, она у тебя худющая, как кошка перед стиркой». Ешь, пока тёплые. У меня к тебе серьезный разговор. И не вздумай отнекиваться.

Я открываю пакет. Из фольги пахнет так, что у меня сразу подступает к глазам — тётя Зина пекла мне эти пирожки на каждый экзамен на втором курсе, и я с тех пор не могу есть капустные пирожки ни в каком другом исполнении. Я вынимаю один, ещё горячий, кусаю и смотрю на Катю поверх него.

— Катюш, у меня сдача проекта в пятницу, заказчик лютует, — я пытаюсь изобразить улыбку, но выходит, кажется, жалкая гримаса. — Давай на выходных кофе попьем?

— Никаких выходных за кофе. И никаких проектов, — она решительно расстегивает молнию на сумке и достает плотный глянцевый конверт, с легким шлепком бросая его на мой рабочий стол. — Открывай.

Я недоверчиво смотрю на белый картон, украшенный золотым тиснением.

— Что это? Опять сертификат на какие-нибудь экстремальные танцы или прыжок с парашютом? Кать, у меня нет сил...

— Открывай, кому говорят! — Катя ставит стаканчик на самый край моего стола, в опасной близости от чертежа, и я машинально отодвигаю чертёж подальше.

Я вздыхаю, беру конверт и вскрываю его. Внутри обнаруживается посадочный талон. Речной круиз. Лайнер «Княжна Виктория». Маршрут на пять дней с остановками в живописных городах Золотого кольца. Каюта класса люкс с панорамным балконом. Отправление... завтра вечером?!

— Катя, ты сошла с ума? — я смотрю на неё снизу вверх, и где-то под рёбрами начинает мелко дёргать. — Какой круиз? Завтра? Ты в даты смотрела? У меня работа, у меня муж, в конце концов!

— Работа не волк, заказчик подождет пару дней, если ты скажешь, что слегла с мигренью. А муж... — Катя делает театральную паузу, склоняя голову набок. Ее глаза на мгновение сужаются, теряя привычную смешинку. — Лен, давай начистоту. Когда вы с Игорем последний раз нормально разговаривали? Не о том, кто купит продукты или оплатит коммуналку, а просто... разговаривали?

Я опускаю глаза на билет. На картоне написано: «Каюта 412, верхняя палуба». Я почему-то не могу оторваться от этой цифры — четыреста двенадцать. Как будто, если я её внимательно прочту три раза подряд, утренняя ссора с Игорем перестанет быть правдой.

— У нас сложный период, — глухо отзываюсь я, повторяя мантру, которой успокаиваю себя последние полгода. — У него на работе завал...

— У него всегда завал! — фыркает подруга, подаваясь вперед. — Лена, посмотри на себя. Ты бледная как моль, под глазами тени. Ты потухла. Этот твой брак высасывает из тебя все соки. Тебе нужно вырваться из этой рутины, сменить обстановку, подышать воздухом. Побыть одной, в конце концов, и понять, чего ты хочешь от жизни.

— Это слишком дорогой подарок, Катя. Я не могу его принять.

— Можешь и примешь, — отрезает она, и в этом «отрезает» совсем нет привычной шутки. — Я купила его ещё месяц назад, хотела поехать сама, но… у меня нарисовалась срочная командировка в Питер. Конференция, отказаться невозможно. Вылет завтра в обед, возвращаюсь к выходным. Билет на круиз невозвратный, и кому я его подарю кроме тебя? Не пропадать же добру? Считай, что ты спасаешь мои деньги.

Она встает, подходит ко мне и мягко обнимает за плечи.

— Ленусь, пожалуйста. Я же вижу, как ты мучаешься. Поезжай. Отдохни. А Игоря оставь в покое. Поверь мне, ему это тоже пойдет на пользу — соскучится, поймет, кого потерял. Да и не заметит он особо, он же женат на своем ноутбуке.

Я смотрю на роскошный белый теплоход, изображенный на буклете, и чувствую, как внутри поднимается отчаянная, почти пугающая жажда сбежать. Просто собрать чемодан и исчезнуть на пять дней из этой квартиры, пропитанной равнодушием.

— Хорошо, — говорю я, и сама не очень понимаю, кто это говорит за меня. — Я поеду.

Глава 2

Дорога домой в вечерних пробках кажется бесконечной. Всю дорогу я прокручиваю в голове предстоящий разговор с Игорем. Как он отреагирует? Удивится? Расстроится, что я уезжаю одна? Или устроит скандал из-за потраченного без его ведома времени?

Когда я открываю дверь нашей квартиры, меня встречает привычная тишина, разбавляемая лишь приглушенным гудением системного блока из кабинета. В прихожей пахнет парфюмом Игоря и кофе.

Я разуваюсь, прохожу по коридору и заглядываю в полутемную комнату. Игорь сидит в своем эргономичном кресле, уткнувшись в два огромных монитора. На левом бесконечной лентой бегут какие-то цветные графики — кажется, он снова торгует фьючерсами на бирже, на правом — темная тема редактора кода. На нем домашние спортивные штаны и черная футболка, наушники сдвинуты на