Печать безумных. Пророчество - Екатерина Ивановна Гичко

Екатерина Гичко

Печать безумных. Пророчество

Глава 1

Ночь, которую не вспомнишь и не забудешь

— Тащите!

Охранники с недоумением посмотрели на обеспокоенного Саврия, который придерживал рвущегося встать хайнеса. Последний выглядел весьма неадекватно, и не было понятно, стоит ли воспринимать его слова всерьёз. Не лучше ли помочь довести повелителя до лекаря?

Принять решение помогла Лирка.

Страх, скрутившийся невообразимо тугой пружиной, наконец развернулся, подбрасывая девушку на ноги так резко, что мужчины вздрогнули и невольно сами потянули к ней руки.

— Не смей! — яростно прорычал Риш, почти вырываясь из рук Саврия.

Но могла ли его услышать Лирка, которая словно вернулась на одиннадцать лет назад и превратилась в ту девчонку, которая мучилась от стыда и страха? Пылающий бешенством взгляд только подстегнул её, и она, оскалившись, отбилась от протянутых рук и сиганула через перила на пролёт ниже.

— Олухи! Взять! — донеслось ей вслед, подгоняя не хуже драконьего рыка.

— Лирка, ты чего⁈ — Нарий, которого девушка едва не сбила, покачнулся, а сама Лирка, словно не узнав его, проскочила мимо и бросилась через холл по коридору направо.

Следовавшим за девушкой охранникам Нарий самоотверженно подставил подножки, но второй из мужчин успел с руганью извернуться, вцепиться в его щиколотку и утянуть вредителя за собой. И вовремя, иначе бы у Нария появились проблемы куда значительнее стёртой до крови скулы. Над их куча-малой ястребом пролетел хайнес, только полы чёрного мундира взметнулись крыльями! А следом, уже протоптавшись по спинам, пронёсся встревоженный Саврий.

— А ну не сметь! — прогремело по холлу, когда Риш увидел, что среди прибежавшей стражи есть идиоты с уже взведёнными арбалетами. — Хоть синяк, хоть царапину… Пошли все вон! — хайнес передумал использовать стражу для поимки одной не в меру шустрой птички. — Перекрыть все выходы! И чтобы сметь не смели приближаться к нам!!!

— Господин, — Саврий попытался перехватить Узээриша за локоть, но тот с негодованием отдёрнул руку и стремительно зашагал по коридору направо.

Его откровенно вело из стороны в сторону, перед глазами плавала муть, но даже дурнотное состояние не могло остановить Риша. Гремучая смесь из ликования, злости и облегчения разрывала его и давала силы для преследования.

— Я же всё равно тебя найду, — зловеще прошелестело по коридору, — птичка моя. Где ты, славная Кая? Хватит меня злить.

Царила гулкая тишина. Набежавшая стража боялась лишний раз пошевелиться. В таком состоянии многим из них видеть хайнеса Узээриша не доводилось ни разу. Но вот отца его старожилы знали в таком бешенстве и соваться откровенно опасались.

Самым смелым оказался взволнованный Саврий.

— Господин, что случилось? Мне отдать распоряжение, чтобы всех связанных с Лиркой задержали?

— Прочь! — совсем недружелюбно оскалился Риш. — Это моё личное дело! Не лезь!

Грубость не оказала на помощника видимого эффекта, но он отошёл и шёпотом приказал немедленно найти и привести господина Винеша. И хайрена Иерхарида тоже.

— Врать мне посмела… — едва слышно шептал под нос Риш, с шумом втягивая воздух. — Не видела вас той ночью, — передразнил и зарычал.

Саврия откровенно пугала смесь злости и радостного торжества на лице хайнеса. Тот, видимо, больно уж крепко приложился головой. Помощник бы даже подумал, что господин привязался к Лирке на пустом месте, если бы та не перепугалась и не слиняла, показывая тем самым, что чем-то провинилась.

Покачивающийся Риш замер около двери, ведущей в одно из подсобных кухонных помещений, и тщательно принюхался. Самодовольно улыбнулся, даже облизнулся в предвкушении и прижался к створке всем телом.

— Не откроешь сама — вынесу, — тихо-тихо и жутко-жутко пообещал он.

Замершая по другую сторону двери Лирка позволила себе задышать и в отчаянии осмотреть небольшое помещение с двумя крохотными, забранными решётками оконцами, которые располагались под самым потолком. Всё было заставлено шкафами с посудой, по стенам висели длинные ряды чугунных сковородок, а на полу высились столбы из стоящих друг в друге кастрюль.

Тёмные! Лирка досадливо цыкнула. И зачем она только побежала⁈ Дура! Лучше бы просто призналась и… ну, соврала что-нибудь про стыд. Первый ужас, что хайнес всё же вспомнил ту злополучную ночь, малость утих. Хотя там, на лестнице, глядя в полыхающие яростью жёлтые глаза, Лирка едва не умерла. Ей-боги, казалось, что сердце разорвётся от осознания, что он вспомнил!

— Птичка моя Кая, — полз из-за двери пугающий проникновенный шёпот.

Лирка стиснула зубы и зажмурилась. Жгучий стыд вновь затопил сознание. Он вспомнил, как они… Распахнув глаза, женщина с силой проморгалась. Ничего страшного. Подумаешь… Со сколькими он спал? Вон розовым конвертам числа нет! А у них было один-единственный раз и больше десяти лет назад. Совсем давно!

— А я ведь тебя подозревал…

Коварный шёпот сбил всё самовнушение, низвергнув Лирку в пучину стыдливых переживаний.

— Обманула меня…

Вот ещё и чувство вины подключилось!

Дверь дёрнулась, и Лирка едва не сползла на пол. Ноги неожиданно и подло ослабели.

— Сдайся по-хорошему, иначе… — хайнес ненадолго умолк, а затем со слегка безумной радостью продолжил: — Даже не знаю, что сделаю с тобой. Вообразить не могу!

Девушка постаралась задавить животный страх — хотя Шани больше недоумевала, чем боялась — и здраво подумать о… Боги! Она заперлась на складе с кастрюлями, а по другую сторону стоит сам хайнес и грозится ей чем-то неведомым ему самому! Больший абсурд вообразить сложно. Здравые мысли в таком состоянии отказывались приходить. Лирка по второму разу осмотрела оконца, но решётки даже на вид казались надёжными. Да и вряд ли кто-то оставил бы такую лазейку для незваных гостей.

«Эй, что творится?»

Вот только Ирреса и не хватало! Объятой переживаниями Лирке уже чудилось, как разъярённый подселенец выходит разобраться с осаждающим её убежище Сильнейшим и раскрывает тем ещё и себя. Из горла вырвался всхлип, и женщина почти со стыдом утёрла заслезившиеся глаза.

«Ты чего?» — испугался Иррес.

Именно этот момент выбрал хайнес, чтобы прошептать:

— Ну же, птичка моя, не заставляй меня выносить дверь. Я и так побит.

«Ты его избила, что ли⁈ — поразился дух. — За что?»

— Это не я… — чуть слышно выдавила Лирка и умолкла, потому что злой хайнес больно уж хорошо слышал.

— Не ты⁈ — Риш был поражён её наглостью. — Я говорю, что вспомнил, а ты ещё смеешь отрицать⁈

«Чего он вспомнил?» — судя по напрягшемуся голосу Ирреса, тот и сам всё понял.

«Спокойно, — поспешил встрять господин Наэш. — Не делаем хуже. Лиркая, пришло время всё обсудить с хайнесом. Давай,