Хаос созвездий - Хиллари Рейнер

«Хаос созвездий»

Хиллари Рэймер

Друзья, важная информация!

Этот перевод создан с любовью к книге исключительно для ознакомления и обсуждения в кругу совершеннолетних читателей (18+).

Все права на оригинальное произведение принадлежат его законному владельцу. Если вы являетесь обладателем этих прав и возражаете против публикации, напишите нам (в сообщения сообщества), и мы сразу же всё уберем.

Наши скромные просьбы:

Пожалуйста, не копируйте руссифицированные обложки и текст в социальные сети (TikTok, Pinterest, Facebook, Instagram и др.).

Делитесь файлом с друзьями, выставляйте в свои группы, но оставляйте ссылку на наш канал.

Нам важно ваше мнение!

Будем рады почитать ваши мысли о книге в обсуждениях. А лучшей благодарностью автору произведения будет ваш честный отзыв на сайтах вроде Goodreads (только, пожалуйста, без упоминания того, что это был любительский перевод).

Перевод выполнен телеграм-каналом:

ЧерноКнижницы

«Тем, кто всегда очарован ночным небом».

ПРЕДУПРЕЖДЕНИЯ ДЛЯ ЧИТАТЕЛЕЙ

• Ненормативная лексика

• Умеренное насилие

• Утрата члена семьи

• Упоминание самоубийства (вне страниц книги)

• Сексуальные темы / сцены откровенного характера

• Тревожность

• Упоминание физического насилия

Глава первая

Звёзды никогда не лгали.

По крайней мере, именно это Новалис Старсторм говорила себе, глядя на затянутое облаками ночное небо. Пелена туч скрывала сияние луны, а снег падал вокруг неё, словно кружевные лоскуты, из-за чего было почти невозможно разглядеть созвездия.

Дыхание зимы опустилось на всё королевство, покрыв горы тонким слоем инея и сковав ветви каждого дерева сверкающим льдом. Ветер налетал с севера, принося с собой аромат спелых ягод, заснеженных вечнозелёных деревьев и чего-то, что напоминало ей тёплый сидр с ириской, который в самый холодный сезон можно было найти по всему Эйрамиру. Ещё один порыв зимнего ветра пронёсся по балкону, обжигая холодом её щёки и кожу, пробираясь сквозь тяжёлые слои её бархатного платья.

Новалис стряхнула холод, ползущий вверх по позвоночнику.

Она перестала дрожать уже давно.

Потому что сегодня была ночь Зимнего солнцестояния, вечер, построенный на обещаниях, которые шепчут звёзды, и на загаданных желаниях. Это был сезон благословений и магии, когда всё казалось возможным. Мечта могла стать реальностью, если такова была воля судеб. Согласно легенде, если в полночные часы солнцестояния взглянуть на небо, звёзды откроют тайну: что угодно — от самого сокровенного желания до самых коварных честолюбивых устремлений или даже имени своей истинной пары.

Разумеется, это был всего лишь миф.

Сколько Новалис себя помнила, небо в ночь Зимнего солнцестояния никогда не бывало ясным.

Она была фейри из рода Старсторм, рождённой в Доме Селестин под знаком Эстрелы, богини луны и звёзд. От неё ожидали сострадания, покладистости и неспособности мириться с чем-либо, кроме совершенства. Хотя обычно она была благоразумной, время от времени её всё же завораживали чудеса этого мира. Ей не следовало очаровываться сказочными историями о любви или замирать в предвкушении встречи со своей истинной парой в ночь, наполненную празднествами Зимнего солнцестояния.

И всё же она стояла здесь, на самом высоком балконе дома своей семьи, ожидая, когда облака рассеются. Хотя бы для того, чтобы увидеть хоть что-нибудь.

Новалис протянула руку, представляя, будто сможет поймать падающую звезду в ладонь. Её бледная кожа мерцала в тусклой дымке лунного света, но звёзды не открывали ничего.

Она вздохнула, и её дыхание белым туманом повисло перед ней, словно ленты серебристого дыма.

— Новалис.

Позади раздался мужской голос. Голос, который она узнала бы где угодно. Голос, в котором всегда слышалось лёгкое разочарование.

Она обернулась к своему брату, Ариесиану Старсторму, лорду Дома Селестин. Одетый в цвета их дома — сапфировый и серебряный, он выглядел истинным воплощением благородного титула, дарованного ему по праву рождения. Герб их дома — восьмиконечная звезда, по обе стороны которой располагались два полумесяца, был вышит светлой нитью на лацкане его приталенного сюртука. Серебристые волосы были зачёсаны набок и гладко уложены назад, подчёркивая чёткие линии его лица. Он слегка склонил голову набок, а тёмные брови сошлись на переносице.

Ариесиан скрестил руки на широкой груди, возвышаясь над ней.

— Без плаща ты так и простудишься.

— Не нужно преувеличивать, — тихо пробормотала Новалис.

Она отвернулась от него, понимая, что, если продолжит смотреть на звёзды, он начнёт упрекать её за пренебрежение своими обязанностями. Пора было возвращаться в бальный зал, где от неё ожидали, что она будет играть роль любезной хозяйки. Она будет улыбаться, кивать и благосклонно принимать внимание потенциальных женихов. Проведя рукой по своим длинным лавандовым волосам, чтобы убедиться, что ни один волосок не выбился из причёски, Новалис направилась к двойным стеклянным дверям.

— Ты не хуже меня знаешь, что фейри не заболевают только потому, что на улице холодно.

Ариесиан смахнул снежинку с воротника своего сюртука.

— И всё-таки, что ты здесь делаешь?

Избегала испытующих взглядов и слухов о том, что к Середине лета, если у неё всё ещё не будет пары, звёзды сами выберут ей спутника. Давала себе несколько мгновений, чтобы перевести дух, и отчаянно желала, чтобы легендарные мифы были чем-то большим, чем просто историями, придуманными мечтателями.

Все эти причины она оставила при себе. Ей не хотелось тревожить Ариесиана собственными, такими незначительными заботами.

— Мне нужен был свежий воздух. — Новалис пренебрежительно махнула рукой, когда Ариесиан придержал для неё дверь. — Ты ведь знаешь, каким переполненным и душным бывает Бал Йоля, когда все… дышат.

Это было, мягко говоря, жалкое оправдание.

К её удивлению, Ариесиан усмехнулся.

— Не припомню, чтобы ты когда-либо испытывала такое отвращение к светским мероприятиям.

— Напротив, сами мероприятия меня вовсе не тяготят. — Она свернула за угол коридора к широкой лестнице, ведущей вниз, в роскошный бальный зал. — Просто мне никогда не нравилось быть предметом всеобщих разговоров.

Этого ей едва ли удавалось избежать.

Она остановилась на верхней площадке лестницы, окидывая взглядом открывшуюся перед ней картину. Бальный зал Дома Селестин был великолепен. Его убранство должно было впечатлить знать всех пяти домов Эйрамира, создавая у каждого гостя ощущение, будто он оказался в настоящей зимней сказке. Вазы в каждом углу были наполнены пуансеттиями с золотистыми кончиками лепестков, водопады покрытых инеем голубых зимнецветов ниспадали с опоясывающего зал балкона, а у неприметных входов тут и там висели сверкающие веточки омелы, перевязанные красными лентами. Омела, без сомнения, была делом рук её младшей сестры,