Судьбы мертвых - Тесия Цай

Тесия Цай

Судьбы мертвых

Original title:

DEATHLY FATES

Tesia Tsai

На русском языке публикуется впервые

Книга не пропагандирует употребление алкоголя. Употребление алкоголя вредит вашему здоровью.

Все права защищены. Никакая часть данной книги не может быть воспроизведена в какой бы то ни было форме без письменного разрешения владельцев авторских прав.

DEATHLY FATES. Copyright

© 2026 by Tesia Tsai. All rights reserved.

Published by arrangement with the author and her literary agents, Triada US Literary Agency (USA) via Igor Korzhenevskiy of Alexander Korzhenevski Agency (Russia)

© Издание на русском языке, перевод, оформление. ООО «МИФ», 2026

* * *

Папе, который научил меня смеяться, и маме, которая научила меня быть яростной

Пролог

Пронзительный звон колокольчиков достиг деревенских ворот, словно волны смерти, накатывающие на берега живых[1].

Матери похватали детей, утаскивая их от окон в постели и запирая ставни. Изможденные работой крестьяне спешили по домам, будто кролики, юркнувшие в безопасные норки. Даже ночные дозорные побросали свои посты, и лишь трепещущий факел встречал зловещих гостей.

Из теней на главной дороге вышла высокая фигура с посохом из персикового дерева, на котором покачивались железные колокольчики. Мужчина был облачен в хлопковые одежды жреца с перекрещенным воротником, и сине-зеленая ткань в лунном свете казалась призрачно-бледной. На его макушке красовалась квадратная черная шапочка.

К нему жалась девочка не старше десяти лет, ее пухлое личико было необычайно мужественным для такого маленького ребенка.

За ними следовало то, что больше всего напугало селян: шеренга окоченевших трупов с вытянутыми вперед для равновесия руками. Пепельная кожа просматривалась под покрытой пылью одеждой, вокруг витал тошнотворно-сладкий запах гниения. Талисманы фу, приклеенные к головам, подобно длинным желтым вуалям из бумаги, заставляли их медленно и молча тащиться за жрецом.

Когда группа приблизилась к притихшей деревне, жрец повернулся к девочке и спросил:

– Знаешь, почему мы всегда должны звонить в колокольчики, Сиин?

– Чтобы вести усопших домой? – отозвалась та. Отец впервые позволил дочери отправиться с ним в путешествие, и ей хотелось его впечатлить.

– Правильно. – Жрец указал на пустые деревенские улицы, и четки мала, обмотанные вокруг его запястья, блеснули в свете факела. – Но есть еще одна причина: мы должны громко звонить в колокольчики, чтобы предупредить живых. Ведь это невероятное несчастье для смертных – смотреть на ходячих мертвецов.

– Но как же мы, ба[2]? – спросила Сиин. – Разве мы сами не живые?

Отец улыбнулся:

– Мы, слуги богов, ходим по тонкой грани между жизнью и смертью. Если быть мудрее и защищаться, мертвые не смогут навлечь на тебя несчастье – как и навредить физически.

Сиин посмотрела на их немертвую паству. Серые лица четко выделялись на фоне очертаний темного леса позади.

– А зачем мертвым мне вредить? – Она снова уставилась на отца. Тот зарабатывал себе на жизнь, служа мертвым, но, похоже, это сделало его лишь добрее. В карих глазах отразилось терпение и даже веселье, когда девочка продолжила: – Мы пастыри, что ведут их домой и дарят возможность получить достойное погребение. Зачем нам вредить?

Они прошли деревенские ворота, и дорога сузилась, уступая место жилым домам и заведениям, построенным здесь за годы. Ни звука, ни вздоха не было слышно за закрытыми окнами и дверями. Но все же Сиин представляла, как селяне тихо молятся у алтарей, рассыпая клейкий рис, чтобы отвадить беду.

Отец провел их мимо постоялого двора без остановок. Они никогда не задерживались там, где обитали люди.

– Не все так благодарны, – сказал он. Колокольчики позвякивали в такт движению посоха. – Среди мертвых неминуемо попадаются те, кто затаил в себе злобу. А когда зло достаточно сильно, оно может даже обратить мертвых против жреца или жрицы, желающих им добра.

Сиин поежилась, снова обернувшись на трупы. Талисманы поднимали их безжизненные тела и препятствовали разложению, но лица мертвецов были пустыми и бездушными, а губы не двигались. Они более не могли думать и чувствовать, как когда-то, и угрозы от них исходило, как от соломенных кукол младшей сестры девочки.

– Ты когда-нибудь встречался с таким трупом? – спросила Сиин.

– Однажды. – Заметив выражение ее глаз, отец снова улыбнулся и положил руку девочке на макушку, будто оберегая. – Не тревожься, дочка. Пока рядом твой сильный и красивый отец, ты всегда будешь в безопасности.

Смех Сиин развеял минутный страх. Пусть и хорошо знакомая со смертью, она была лишь ребенком и не совсем избавилась от кошмаров. Девочка вцепилась в руку отца, радостно улыбаясь, несмотря на унылую работу.

– Обещаешь, ба? Обещай, что останешься рядом со мной на сто лет – нет, на тысячу!

Он сжал ее крохотные пальчики и усмехнулся:

– Обещаю. И твоя мать, и твоя младшая сестра – мы всегда будем с тобой.

Сиин упивалась его словами, не ведая, что это было лишь обещание мягкосердечного отца – и нарушить его столь же просто, сколь и дать.

Глава 1

Как всегда, я почуяла смерть раньше, чем увидела. Запах был одновременно глубоким, нутряным, тошнотворно-сладким и тлетворно-гнилым. Большинство людей сбежали бы подальше от этой вони, а не отправились к ней навстречу.

Но я была жрицей ганьши, пастырем мертвых, и мне предложили сорок тысяч серебром за возвращение трупа с вражеской территории.

Я приблизилась к покинутому месту битвы – огромному развороченному полю. Пожелтевшая трава была вытоптана тяжелыми сапогами и лошадиными копытами, человеческие выделения смешивались с грязью от недавнего дождя.

Все всегда считают, что если смерть была кровавой, то сильнее всего в воздухе должен ощущаться именно металлический привкус крови. Но именно вонь экскрементов, исторгнутых после ослабления мышц, заставила меня обвязать шарф вокруг носа и рта.

Как бы ни была я привычна к смерти, мне не удалось не содрогнуться, осматривая поле. Более сотни мертвых сыаньских солдат усеивали проклятую землю. Стрелы и копья торчали из земли, как сломанные кости. Даже деревья, обрамлявшие один край поля, выглядели сиротливо, их ветви склонились в знак уважения к погибшим. Сейчас было раннее утро, но густо-оранжевое солнце будто садилось, а не вставало.

Я обвела взглядом шеренгу трупов и поняла, что работка выдалась еще та.

Но ее надо было выполнить.

Когда я приблизилась к ближайшему телу, цоканье копыт позади заставило меня оглянуться. Ко мне подъехал вэньский солдат в полном доспехе и с лицом, закрытым железной маской. Я смотрела, как он обводит меня взглядом, отмечая