Нечаянно женат. Ребенок прилагается - Ольга Николаева

«Галь, ты с ума сошла? С Ириной связывалась?»

«На коя ляд тебе Ирина? Она твои деньги хочет отжать. А тут – сразу целая семья. Чего ты паришься, милый?»

Еще одна шальная на мою голову.

– Ты смотри на дорогу, дружище. Иначе нам придется зашивать не только рот, а еще что-нибудь!

Фаина успела загрузиться в машину и усадить Агату.

Дай волю – и она уже давила бы на газ, если бы до него дотянулась.

– Куда ехать?

– Слушай меня. Покажу дорогу!

Всего пару раз она чуть не завела меня под кирпич, заставила сделать несколько лишних кругов… С одним объяснением: она пешеход, и все эти ваши дорожные знаки ее не волнуют!

– Маша, я тебя сейчас привезу пациента! Нужно его срочно спасти!

Параллельно еще с кем-то договаривалась.

– Приедем – увидишь. Да, я знаю, что ты стоматолог, а не терапевт. Это как раз по твоей части, да!

Стоматолог?

– Не смотри на меня так. Стоматологи отлично разбираются в чужих ртах. И с твоим она тоже справится! – Я только мыкнуть успел, а Фаина тут же переключилась на меня. Сказала – как отрезала.

– Мамуль, не пугай человека! Вдруг, он зубнюков боится?!

– Он меня не испугался, Агаточка, милая. Тетю Машу переживет уж, как-нибудь…

– Мамуль, а что с ним? Папа еще живой? Он в зомби не превратился?

Встревоженный голосок Агаты заставил очнуться. Я вышел из кабинета, реально похожий на зомби: ноги-руки шевелятся, глаза хлопают, ничего связного сказать не могу… И слюна капает. И думать ни о чем не хочется. Просто упасть бы и не шевелиться…

– Это анестезия, малыш. Сейчас лекарство перестанет действовать – и он вернется к нормальному состоянию.

– Думаешь? – Ребенок недоверчиво рассматривал мою физиономию…

– Ты как, вообще? Маша сказала, что все должно быстро зажить. Завтра к утру будешь как новенький…

Очаровательная женщина. Заботливая… Сначала чуть язык не откусила. Потом заставила тыкать в него уколы, чем-то пшикать и поливать… А теперь обещает, что скоро все будет прекрасно…

– Алло, гараж! – Перед моим носом кто-то пощелкал пальцами… – Ты в себе, Макс? Соображаешь хоть что-нибудь?

– Мам… Все-таки, он зомби… Смотри – глаза закатываются…

Я забыл. Совсем забыл сказать «зубнюку», что у меня реакция неадекватная на анестезию… Сознание не теряю, но какое-то время хожу, как будто в тумане. Пьянею, короче, от любых подобных средств!

– Вижу… Черт. И как его теперь одного оставить?

– Мам, ты что, с ума сошла? Это же папа! Как оставить? Разве так можно?

Чуть слезы на глаза не навернулись. Обнять захотелось девчушку. Прижать к себе. И поплакать немного – из благодарности!

Мда… Реально. Это меня повело от лидокаина, или как эта хрень называется…

– Дочь, ты что, собралась его к нам поселить? – Голос Фаины стал строже и холоднее. А беспокойство в нем усилилось…

Надо было что-то ей возразить. Что-то сказать на тему, что мне ее покои и нафиг не уперлись, и жить у них я вовсе не собирался!

Но вместо внятных слов смог только что-то промычать. И пустить слюнки. Дочь Агата заботливо их протерла салфеткой. Ну, и подумаешь, что этой же салфеткой она только что смахивала пыль с кроссовок… Обо мне давно так никто не заботился. Наверное, только мама – в детском саду…

– Ты машину вести не сможешь, как я понимаю, да? – Фаина заставила встать с дивана, на котором я так удачно и тепло пристроился, потянула к выходу из клиники.

– У… у…

Ну, допустим, смог донести свое отрицание. Фаина, кажется, поняла…

– Ключи давай.

– А?!

Похмелье начало отпускать.

Головой и качал, и мотал, и всячески отрицал…

Но руку с ключами протянул. Эта женщина умела уговаривать. Или мне вот так припёрло согласиться, и это не могло не радовать?

– Отлично.

– Ой, мамулечка, ты опять нас покатаешь, да? Круто, круто, круто! Мне нравится, когда ты гоняешь!

Твою мать!

Это на что я только что подписался?

Отдал ключи от своей тачки, в которую не всякому даже сесть разрешал? Какой-то малознакомой ЖЕНЩИНЕ?!

Ага.

Агата не ошиблась: я точно становлюсь зомби.

– Агата, ты помнишь, да? Нужно пристегнуться. И глаза закрой, на всякий случай. И уши.

– Ну, маааам… Так же не интересно совсем! Я хочу насладиться путешествием!

– Дочь, ты снова запомнишь всякие слова неправильные. А я не хочу их из тебя выводить полгода, как в прошлый раз!

– Ты хоть водить умеешь? – Чето вдруг осенило. Внезапно.

Похоже, ощущение себя на пассажирском кресле очень сильно отрезвляло…

– Умею. Права в наличии. Только практики маловато. Так что тоже – давай, пристегивайся. И глазки прикрой. И … рот держи закрытым. А то язык твой опять пострадает!

– У-у! – Я должен! Должен был видеть!

Если мы будем влетать с ней в столб, в стену, если будем падать в кювет – я хотел наблюдать это. И запомнить последние свои минуты перед смертью!

– Что «у-у»? Боишься, что ли?

Фаина презрительно дернула бровью… И губы скривила…

– Ага.

Вот это у меня отлично вышло. Еще головой кивнул.

И даже нисколько не стыдно было признаваться, что мне по-настоящему страшно! За себя или за тачку – не разобрался.

– Дурак совсем? У меня дочь сидит на заднем сиденье. Я с ней никогда не лихачу!

– Ааааа…

– И вообще, лучше помолчи. Раздражаешь, когда мычишь. – Она уверенно дернула рукоять передачи, утопила в пол педаль…

Машина дернулась, как резвый конь, и заглохла.

– Че творишь?

– Блин. У тебя автомат, да ? А я ищу сцепление…

Нужно было нанять специального человека для переговоров. Не жалеть ни времени, ни денег.

Пускай бы он за отдельную плату приобретал себе седые волосы и тратил километры нервов!

Лично я конкретно постарел за этот день. И помирать в ближайшие сутки совсем не хотелось

Зато очнулся. И протрезвел!

– Выходи.

– Что ты опять мычишь там, теленочек?

– Мама! Ты же сама говорила мне: нельзя людей называть животными. Зачем ты папу обзываешь?

Нет. Однозначно. Я начинал обожать и очень любить эту девочку! Несмотря на ее маму со странностями..