Дьявол - Мишель Хёрд

Мне нужно проявить терпение и подождать, станет ли она более расслабленной в ближайшие дни. Может, ей просто нужно привыкнуть к моему присутствию.

Я снова тяжело вздыхаю, потому что терпение – не моя сильная сторона.

Глава 5



Дженна

Через пять минут после ухода мистера Кахуна я слышу рев двигателей и перевожу взгляд на дорогу.

Когда целая группа мотоциклистов подъезжает к заправке, мое сердце начинает бешено колотиться, грозясь сломать ребра. Дыхание учащается, и я замираю, не сводя глаз от мужчин.

Я наблюдаю, как Дерек закуривает сигарету, а затем смеется над чем-то, что говорит Уэйн. Когда Кирк присоединяется к ним и они направляются к магазину, я ощущаю, как по телу пробегают мурашки, а внутри все сжимается от страха.

Нет. Уходите.

Трое мужчин заходят в магазин, и мое тело начинает дрожать от страха. Кирк и Дерек направляются к холодильникам, а Уэйн останавливается у прилавка и улыбается мне.

— Как поживает моя любимая сучка? Скучала по мне?

Мое дыхание с хрипом вырывается из легких, когда я обнимаю себя за талию, опускаю голову и сгибаю плечи.

Они все начинают смеяться, и когда пальцы Уэйна касаются моей руки, я отшатываюсь, врезаясь в полки позади себя.

Не заботясь о магазине, я мчусь в конец прилавка, пересекаю кладовую и оказываюсь в маленьком туалете. Захлопнув дверь, я быстро запираю ее и упираюсь руками на случай, если они попытаются выбить ее.

— Да ладно тебе, сладкая попка. Не порти веселье, — слышу я крик Уэйна, когда они, кажется, начинают крушить магазин.

— Выходи, выходи, где бы ты ни была, маленькая шлюха, — кричит Дерек. — Или я все здесь разгромлю.

— Стоит вновь заставить эту сучку сосать наши члены, — говорит Кирк, а затем громко смеется.

В конце концов шум стихает, затем я слышу, как мотоциклы заводятся и уезжают с заправки.

Я медленно отпираю дверь и слегка приоткрываю ее. Убедившись, что никого нет, я осторожно выбираюсь из своего укрытия.

Зайдя в дверной проем, ведущий из кладовой в магазин, я по-прежнему никого не вижу, но беспорядок тут же бросается в глаза: упаковки конфет, чипсов и печенья разбросаны по всему полу.

Я смотрю на прилавок и вижу несколько долларов, лежащих рядом с моим телефоном.

По крайней мере, они его не забрали.

Чувствуя себя совершенно разбитой, я начинаю наводить порядок.

— Что случилось? — внезапно спрашивает мистер Оливейра прямо у меня за спиной, пугая меня до смерти.

Я вскрикиваю и бросаюсь в другой конец магазина, желая укрыться за рядами полок. Когда мой взгляд, полный ужаса, останавливается на нем, я вижу, как на его лбу проступают морщинки, а лицо приобретает опасное выражение.

Он выглядит устрашающе, когда смотрит на беспорядок, который мне все еще предстоит убрать, а затем переводит взгляд на меня. Его голос звучит как низкий рокот, когда он спрашивает:

— Что здесь произошло, Дженна?

Мне нужно успокоиться. Он мой любимый покупатель, и я не хочу его пугать.

Я качаю головой, медленно возвращаясь к лежащим на полу упаковкам, и начинаю расставлять все по полкам, а мистер Оливейра продолжает смотреть на меня, не двигаясь с места.

— Ты можешь говорить? — внезапно спрашивает он.

Я киваю и дрожащими руками кладу последнюю упаковку на место. Обхватив себя за талию, я расправляю плечи и возвращаюсь к прилавку, но когда прохожу мимо него, он кладет руку мне на плечо. Из меня вырывается всхлип, и, не в силах себя остановить, я бросаюсь к выходу и выбегаю из магазина.

Я делаю глубокий вдох и, чувствуя, как на глаза наворачиваются слезы, продолжаю идти к боковой стороне здания, где присаживаюсь на корточки. Закрыв лицо ладонями, я изо всех сил стараюсь успокоиться.

Почему они пришли именно сегодня?

Я с нетерпением ждала встречи с мистером Оливейрой. Когда он пришел в третий раз, я сообразила, что его имя можно посмотреть на карточке.

Мистер Э. Оливейра.

Закрыв глаза, я стараюсь дышать глубже, но вдруг на меня падает тень. Открыв их, я вижу мистера Оливейру, который сидит передо мной на корточках.

Выражение его лица уже не такое суровое, и теперь он смотрит на меня с нежностью.

— Хочешь, я отвезу тебя домой? — спрашивает он.

Я качаю головой и, набравшись смелости посмотреть ему в лицо, открываю рот, но не могу произнести ни слова.

Сегодня вечером я хотела поздороваться с ним. Просто поздороваться. Но потом появились байкеры, и трое из тех, кто ранее надругался надо мной, начали грубо насмехаться.

Он медленно протягивает ко мне руку, и я замираю. Я даже не успеваю сделать вдох, когда он нежно прикасается ладонью к моей щеке. Он наклоняет голову, его золотисто-карие глаза пристально смотрят на меня.

— Если тебе что-нибудь понадобится, можешь обратиться ко мне, — бормочет он.

Этого я точно никогда не смогу сделать. Я чувствую, как мое лицо заливается краской, а по шее ползет румянец.

— И если у тебя проблемы, я могу помочь.

Нет, не может. Никто не может мне помочь.

Я поднимаюсь на ноги и возвращаюсь в магазин, как раз в тот момент, когда машина Мюриэль сворачивает на заправку.

Если я расскажу кому-нибудь об Уэйне, Дереке и Кирке, они убьют меня и того, к кому я обращусь за помощью. Мотоклубу всегда сходили с рук убийства, и на этот раз, вероятно, им снова удастся избежать наказания.

Я спешу к кассе и, когда Мюриэль заходит в магазин, хватаю пачку сигарет и кладу ее на потертый деревянный прилавок.

Она оглядывается по сторонам, а затем спрашивает:

— А где тот красавчик? Это же его внедорожник, да?

Я выглядываю в окно и, увидев вмятину на задней двери, но никаких следов мистера Оливейры, хмурюсь и пожимаю плечами, переводя взгляд на Мюриэль.

Она кладет деньги на прилавок и берет сигареты.

— Увидимся завтра. — Выходя из магазина, она смотрит налево и останавливается. — О, привет. Я видела тебя здесь пару раз. Ты недавно в городе?

— Можно и так сказать, — отвечает мистер Оливейра, тут же появляясь прямо за окном.

Я смотрю на него, когда Мюриэль говорит:

— Мы всей компанией тусуемся в доме друга. Хочешь пойти? Это отличный способ познакомиться с местными жителями.

На его лице мелькает